Как меня причислили к врагам Украины
Еженедельник «Звезда» попросил известного ученого открыть секрет, как ему удалось создать эту угрозу:
- Для начала замечу, что, как следует из моей фамилии, мой дед был родом с Полтавщины. В Российской империи, равно как и в СССР, не было национальной розни. Мой дед, Василий Дмитриевич Широкорад, до революции служил инженером-путейцем в городе Тифлисе. Женился на дочери начальника станции, по отцу - полька Домброва, а по маме - немка фон Бастион.
В 1920 годах дед работал железнодорожным инженером на Украине, а в 1930-х - приемщиком в советском торгпредстве в Германии. Что там он принимал, дед молчал об этом до самой смерти. На найденном в его архиве фото дед запечатлен с германскими инженерами на фоне огромной отливки. Директор музея завода «Баррикады» узнал в отливке казенник 807-мм пушки «Дора». Благо, «Дора» до 1958 года находилась на «Баррикадах» - на заводском полигоне Прудбой.
Дед научил меня украинскому языку. Разумеется, не нынешнему новоязу, а тому, на котором разговаривали казаки, - предки моего деда.
Ни в одной из своих книг я ни разу не отозвался плохо об украинском народе. Я написал книгу о запорожских казаках, о военном братстве русских и украинцев «Русские и украинцы - братья по вере и крови».
Увы, анализ событий на Украине заставил меня написать книгу-предостережение «Россия и Украина - когда заговорят пушки». Книга была опубликована в издательстве АСТ в 2007 (!) году. Ее завершает глава «Сон Веры Павловны», где говорится о видениях одной моей подруги. Согласно «сну», в 2009 году на шахте Донбасса произошла катастрофа. Шахтеры вышли на улицу с лозунгами против засилья киевских олигархов и насильственной украинизации Донбасса. Прибывший из Галиции спецназ пустил в ход оружие. Пролилась первая кровь. Крым и Одесса поддержали Донбасс. Черноморский флот и десант спецназа пресекли попытки частей СБУ и ВСУ подавить протесты крымчан. Крым отделился от Украины…
Сказанное в книге на Украине никто не опровергнул, лишь ограничились бранью в мой адрес. Летом 2013 года один униатский епископ ерничал насчет «бреда Широкорада»: «Вон, уже 13-й год, и никаких пушек!» А ведь накаркал, иезуит!
Загадка, почему меня записали во враги Украины только сейчас? А, может, последней каплей стала моя книга «Война на Донбассе. Оружие и тактика» («Вече», 2018)?
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.