«Немыслимое» Черчилля, план Аденауэра и «перестройка» Горбачёва

«Лучший немец» -  Михаил Сергеич

Наша прогрессивная общественность с прискорбием отметила, что Ангела Меркель на торжествах по случаю тридцатилетия падения Берлинской стены даже не упомянула Михаила Горбачёва, который считает это событие важнейшим делом в своей политической карьере. Вообще-то, Михаил Сергеевич много разных дел натворил, в том числе сыграл ключевую роль в объединении Германии. За что, собственно, и удостоился титула «лучший немец».

Но сегодня уже не все потомки Шиллера, Гёте и Гитлера (куда же без фюрера!) готовы носить его на руках. Согласно опубликованному в октябре «Докладу о германском единстве», только 38% немцев считают процесс объединения Германии успешным. Ещё меньше восторгов у тех, кто моложе 40 лет, - только 20%. А 57% восточных немцев заявили, что чувствуют себя в объединённой Германии гражданами второго сорта.

Так чего удивляться «забывчивости» канцлера Меркель, если она сама из «осси» - из бывших граждан ГДР? Несмотря на нынешний высокий статус, ей, надо полагать, всё равно обидно за братьев по крови.

Ещё смешнее с утверждением, будто с падением Берлинской стены канула в Лету холодная война. Сегодня мы уже отлично понимаем, что и с развалом СССР противостояние Востока и Запада не завершилось, а так называемая разрядка - следствие убеждённости западного мира в том, что в военном плане с рукой Москвы в основном покончено. По крайней мере, политическая наивность (или откровенное предательство, циничная торговля национальными интересами) горбачёвского и ельцинского окружения давала все основания для такого умозаключения.

С кем приходится иметь дело

Однако знаменитая мюнхенская речь Владимира Путина стала сигналом, что в Москве дальше обманываться уже не рады, что руководство нынешней России более не питает иллюзий и отдаёт себе отчёт, с кем приходится иметь дело.

Надо отметить, что СССР, а потом и Россия в стремлении наладить человеческие отношения на планете сделали немало бесценных подарков Западу. По большей части, как потом выяснилось, себе же во вред.

И если отталкиваться от Берлинской стены, то следует напомнить, что эта проблема возникла после того как СССР согласился разделить столицу Третьего рейха на зоны оккупации, хотя брали Берлин советские войска, причём без посторонней помощи. Ни американцев, ни англичан, а тем более французов там и близко не стояло. Решение о разделе территории «Большого Берлина» между СССР, США и Соединённым Королевством было принято ещё на Ялтинской конференции. И уже потом известный хитрец и интриган Уинстон Черчилль настоял, чтобы и Франция получила свой сектор - потому-де, что французы постоянно воевали с немцами, сильно от них натерпелись и теперь будут за воинственными соседями приглядывать.

Не будем вдаваться в дипломатические нюансы давно минувших дней и уточнять, за какие «коврижки» Сталин дал согласие разделить Берлин на зоны оккупации. Можно предположить, что в известной степени это был ещё и жест доброй воли по отношению к союзникам, причём эмоционально оправданный: после такой грандиозной войны, унесшей миллионы жизней, конечно же, хотелось верить, что мир станет другим, что все дружно извлекут свои идеологические «камни» из-за пазухи. Хотя уже тогда было известно (разведка доложила точно!), что союзники на всякий случай держали в полной боевой готовности две группировки немецких войск, которые в одних боевых порядках с англосаксами должны были ударить по Красной Армии.

Операция эта носила название «Немыслимое» и придумал её всё тот же Черчилль. Однако звёзды тогда, что называется, не сошлись, что, впрочем, не помешало американцам пригреть у себя целую армию военных преступников - как особо ценных специалистов по России. И они сыграли отведённую им роль в послевоенном противостоянии.

Наверное, «лестничное остроумие» - одна из национальных черт русского народа. К глубокому, надо сказать, сожалению. Как и наивность в одном флаконе с излишней доверчивостью. Хотя было предостаточно возможностей убедиться, что жить с душой нараспашку в современном мире себе дороже.

Надо полагать, что и в сороковые года прошлого века в советском истеблишменте были специалисты, которые понимали, что Западный Берлин - англосаксонский анклав, оказавшийся в центре ГДР, - мина замедленного действия. И военная терминология в данном случае весьма уместна, поскольку выяснилось, что бывшие союзники, наплевав на Ялтинскую и Потсдамскую конференции, взялись за пересмотр итогов Второй мировой войны сразу же, как отгремели последние залпы. Естественно, не считаясь с позицией СССР, заплатившего за победу, между прочим, самую высокую цену.

Уже в 1948 году в Лондоне состоялось совещание представителей шести западных держав, которое выработало механизмы «возрождения немецкой государственности». СССР даже ради приличия пригласить не соизволили. В том же году без согласования с Москвой союзники провели денежную реформу в так называемой Тризонии - объединённых американской, британской и французской зонах оккупации. А разные валюты - это уже разные государства, что мы с лихвой прочувствовали на себе, когда СССР стал превращаться в СНГ.

Как известно, 23 мая 1949 года Конрад Аденауэр провозгласил создание ФРГ. И только через полгода в ответном порядке появилась ГДР. Так что вопрос, кто начал первым, автоматически отпадает. При этом предложение Сталина объединить Германию в одно государство при условии её внеблокового статуса американцев, понятно, не устроило. На объединение они соглашались только при условии, если за Германией будет зарезервировано право «добровольно присоединиться к НАТО». Но такой вариант категорически отвергла Москва. Тут и объяснять нечего, по какой причине.

«Китайская стена 2.0»

Вопрос Западного Берлина, который союзники превратили в «витрину капитализма» (уровень жизни на Западе по понятным причинам был выше) и использовали в качестве идеологического плацдарма, решался, когда между ФРГ и ГДР уже пролегла обустроенная госграница. Никита Хрущёв, например, предлагал превратить Западный Берлин в вольный город под управлением независимой гражданской администрации и обещал не вмешиваться в её дела ни под политическим, ни под экономическим соусом. Но уже полыхала холодная война, и такое экстравагантное предложение, конечно же, не прошло. Не могло пройти в силу его наивности. Собственно, так и появилась в 1961 году вокруг Западного Берлина стена, которую с восточной стороны называли «Антифашистским оборонительным валом», а с западной - «Стеной позора».

Кстати, к возведению заграждения вокруг Западного Берлина подошли весьма основательно, а сама строительная операция получила весьма многозначительное название - «Китайская стена II». Аналогия абсолютно прозрачная даже в том, что это фортификационное сооружение - Великая китайская стена - не оградило Поднебесную от нашествия кочевников, а Берлинская стена не спасла соцлагерь от «тлетворного влияния Запада». Скорее наоборот - предоставила дополнительный повод говорить о «злобном оскале империи зла».

Стоило ли вообще городить Берлинскую стену - вопрос риторический. Возможно, в 1961 году другого варианта уже и не было. Думать надо было раньше, когда руководство СССР согласилось с разделом Берлина и Вены (австрийскую столицу Красная Армия тоже штурмовала в гордом одиночестве) на оккупационные зоны - если называть вещи своими именами, разменяли кровь, пролитую нашим народом в борьбе с фашизмом, на сомнительное расположение, как сейчас стало принято говорить, западных партнёров. И кто это оценил?

Мальчиш-Горбачиш - ещё комментарии нужны?

Но самое главное, что выводы не были сделаны и в восьмидесятые годы прошлого века, когда Горбачёв, который хотел всем нравиться, махом подписывал договоры с американцами, не считаясь с национальными интересами, когда Москва сама предала союзников в Восточной Европе и в одностороннем порядке распустила Варшавский договор. И теперь вот НАТО у нашего порога...

Любопытно, а этот исторический момент Михаил Сергеевич Горбачёв тоже считает одним из важнейших событий в своей политической карьере?

Ангела Меркель точно так не считает. И фигурой умолчания вокруг Горбачёва она дала понять, что для западного мира Михаил Сергеевич уже никто - так, использованный политический материал. А у Берлинской стены, которую растащили на сувениры, совсем другие герои. Какие? Ну вот смотрите: один кусок стены оказался в музее Рональда Рейгана, другой - в Лэнгли, штаб-квартире ЦРУ...

А вот холодная война, которая никогда не останавливалась, будет продолжаться до полной и окончательной победы. А там уж кто победит. Только больше не надо играть в поддавки.