«Мы просто делали свою боевую работу»: как танковый прорыв капитана Юрия Яковлева спас жизни российских миротворцев в Южной Осетии

В ночь с 8 на 9 августа 2008 года из населенного пункта Хетагурово по танковой колонне капитана Юрия Яковлева ударили грузинские «самоходки» и БМП. Именно неполная танковая рота Яковлева и выдвинулась тогда вперед, разметав огневые средства и опрокинув тщательно подготовленный опорный пункт грузинских войск, а потом ранним утром 9 августа их колонна 19-й мотострелковой дивизии входила в Цхинвал и была встречена яростным огнем грузинской артиллерии. Российский миротворческий батальон к тому времени истекал кровью, и ему нужна была немедленная помощь. Тараном брони и огня снова стали яковлевские Т-72. Они дерзким рывком пронзили грузинские позиции, уничтожив при этом два вражеских танка. К лагерю миротворцев они прорвались вместе с разведывательным взводом лейтенанта Алексея Ухватова. Остальные силы нашей тактической группы грузины отсекли бешеным  огнем за полкилометра от позиций миротворцев. То, что за этот день дальше сделали полтора десятка российских танкистов на пяти своих боевых машинах, стало подвигом и записано в современных учебниках ведения танкового боя.

«По любви к армии и танкам»

В семье Героя России Юрия Яковлева  военная служба - дело привычное. Прадеды прошли через Первую мировую, один из них вернулся с Георгиевским крестом. Отец мамы погиб в боях Великой Отечественной, второй дед, отвоевав танкистом, вернулся с наградами и инвалидностью. Двоюродный брат Юрия за «Афган» тоже имеет боевые награды. Племяннику довелось пройти через бои на Северном Кавказе. Поэтому, как говорит майор запаса Яковлев,  в Челябинское высшее танковое командное училище поступил сразу после школы «по любви к армии и танкам». На такой же ноте и учился - с увлеченностью прикладными военными дисциплинами, с особым вниманием к наставлениям преподавателей, прошедших боями Афганистан и Чечню.

Распределение лейтенант Яковлев получил в еще неостывающие тогда «горячие точки» Северо-Кавказского военного округа. Три года весьма динамичной службы в мотострелковом полку на территории Ингушетии командиром танкового взвода, замкомроты по вооружению дали основательный офицерский закал. Перевод во Владикавказ командиром роты в отдельный танковый батальон стал вполне логичной карьерной ступенью. И в этом качестве служил Юрий Яковлев вдохновенно,  о чем говорит признание его роты лучшим танковым подразделением 58-й армии.

Прорыв

А потом и в его жизнь нагрянула война. Танковая рота капитана Юрия Яковлева прямо с тактических учений ушла по тревоге в Южную Осетию в первые часы 8 августа 2008 года. В 12 километрах от Цхинвала танкисты Яковлева приняли первый бой - подавили огневые точки врага, работавшие по нашим колоннам на единственно возможной в горах дороге. А буквально через несколько часов их батальонная тактическая группа на окраине столицы  была атакована превосходящими силами противника. Используя внезапность, артиллерию и танки, грузинские командиры пытались раздробить, а потом и разметать наши боевые порядки. Четыре танка капитана Яковлева выдвинулись на самое острие боя, умелым сочетанием маневра и огня обеспечили выход из-под обстрела двух мотострелковых рот. А еще через пару часов капитан Яковлев со своими танкистами, приняв на броню взвод разведчиков, смог выполнить  и последующую задачу - прорваться в расположение российских миротворцев и поддержать их оборону.

Пленные грузинские солдаты потом признавались, что этот танковый прорыв поверг их в неописуемый ужас: у одной грузинской «семьдесятдвойки» разрывом снесло башню, две их БМП превратились в дымные  факелы, а один БТР просто был опрокинут таранным ударом нашей «семьдесятдвойки».

Прорываясь к миротворцам, танкисты израсходовали большую часть своих  боеприпасов. Так что в обороне они стреляли оставшимися осколочными снарядами, накрывая ими не только пехоту:  два грузинских танка сгорели у КПП миротворческого батальона, опрометчиво подставив танкистам Яковлева свои уязвимые места.

Тогдашний комбат миротворцев подполковник Константин Тимерман так вспоминает об этом одном из решающих моментов обороны:

- Когда в ста метрах появилась пара грузинских танков, я знал, что у наших танкистов кончились снаряды и попросил Яковлева, чтобы он припугнул супостата хотя бы «броней». Юра прыгает в танк - и туда. Рев двигателя, пыль, дым выхлопа, разрывы, лязг гусениц - он под огнем их «на арапа» брал минут пятнадцать. Не выдержали такой «психической» атаки грузины, отошли. А Юра вернулся на ободранной машине, потом четыре попадания в лобовую часть его танка мы насчитали. И говорить с ним пришлось громче обычного - капитану подсадило слух разрывами.

Выиграть время и инициативу

Можно, конечно, считать такой тактический ход результатом отчаяния, но, скорей всего, в нем было немало и от точного расчета опытного танкиста, знающего свою машину, уверовавшего в ее надежность, выучку экипажа и умеющего мастерски применить танк в бою. Кстати, потом этот же тактический прием применил и командир танка роты Юрия Яковлева сержант Сергей Мыльников. «Пустым» Т-72 он подавил две огневые точки противника и разметал изготовленное к атаке подразделение грузинской пехоты. Из армейского опыта педагогики известно, чтобы командирский принцип «делай, как я», работал на все сто процентов, ему предшествует кропотливая учеба - подчиненные должны уметь «именно так делать» и обладать готовностью применить это умение даже в условиях смертельной опасности.

Они выиграли время и инициативу в тяжком бою, фактически спасли остатки российского миротворческого батальона.

Как военный профессионал, склонный к пристальному анализу, Юрий Яковлев отдает должное подготовке грузинских танкистов в тех боях. Стреляли они метко и маневру хорошо обучены были. Грамотно выбирали позиции. При этом и их танки чешского и украинского производства значительно новее наших были. Правда, довольно быстро в тех горячих цхинвальских схватках проявился и явный бойцовский «косяк» грузин - они боялись прямого боя: как только наши танкисты шли на сближение, подготовленные натовскими инструкторами грузинские бойцы предпочитали скорее ретироваться. Намерение к новым активным действиям у них появлялось только после артобработки поля боя. Трое на одного - они были куда смелее, чем один на один.  

Сердюкову такие офицеры были не нужны

В представлении капитана Юрия Яковлева к званию Герой России есть такая строка: «Проявил мужество и героизм при  выполнении воинского долга...» Безусловно, героических поступков в эти боевые дни офицер совершил немало. Но главный его подвиг заключается, наверное, в том, что, приведя на войну танковую роту в сокращенном составе - 15 бойцов и 5 танков, в конце доложил о потере лишь одной боевой машины и одном раненном подчиненном, который вскоре вернулся в строй. При этом  танкисты Яковлева уничтожили 19 бронеобъектов противника и спасли десятки жизней наших бойцов. Их подвиги отмечены двумя звездами Героя России, двумя орденами Мужества, двумя медалями «За отвагу» и тремя медалями Суворова. А сам Юрий Яковлев, вспоминая те бои, признается, что ни о каких подвигах даже не задумывался. «Мы просто делали свою боевую работу, - говорит он о 9 августа в Цхинвале. - Сначала  расчетливо - со всем возможным в той обстановке хладнокровием, а потом, когда боезапас  израсходовали, - с хорошей дозой злости».

Офицерская карьера после тех событий у Юрия складывалась вполне успешно: он стал начальником штаба, а затем - заместителем командира батальона, получил майорское звание.

Но «оргштаты» непродуманных сердюковских «реформ» начала нынешнего десятилетия  поставили точку в военной службе боевого офицера.

Сейчас он живет и работает на Кубани, воспитывает двух сыновей, ведет активную военно-патриотическую работу. И мысленно зачастую перебирает варианты возвращения в армейский строй. И это возвращение настоящего военного профессионала с бесценным боевым опытом и искренней любовью к ратному делу и танкам, несомненно, было бы на пользу и нашей нынешней армии.