Как пионеры Артека подсунули «жучка» послу США в Москве

«Ласточки» успеха не принесли

16 ноября 1933 года были установлены дипломатические отношения между СССР и США, и с тех пор советские контрразведчики не прекращали попыток тайно посетить здание американского посольства в Москве. Натиск усиливался с приближением Второй мировой войны.

В 1938 году очаровательным «ласточкам» («ласточка» - на жаргоне оперативников НКВД агентесса-обольстительница. - Авт.) - агентессам 2-го отдела Главного управления государственной безопасности НКВД СССР, в основном, из балерин Большого театра - удалось наладить интимно-деловые отношения с рядом американских дипломатов. Одновременно морские пехотинцы из охраны здания посольства постоянно, без физических для себя увечий, «подрывались» на энкавэдэшных секс-бомбах - молодых привлекательных преподавательницах русского языка.

В ходе массированных ударов по сердцам американцев, падких до дармовой «клубнички», «садовникам» из НКВД стало известно, что наиболее охраняемой зоной в посольстве является верхний этаж, доступ на который строжайше контролировался. Там размещались кабинеты политического отдела Госдепа, военных разведчиков, шифровальщиков, сотрудников отдела собственной безопасности, и, наконец, рабочий кабинет посла.

Попытки НКВД проникнуть в спецзону американского посольства с целью установки там подслушивающих устройств приобрели маниакальный характер вслед за информацией, поступившей в сентябре 1941 года от агента 5-го отдела Главного управления госбезопасности НКВД СССР «Старшина». Согласно полученным от него данным, американский военно-воздушный атташе в Москве являлся германским агентом. Он передавал разведывательные сведения немцам, получаемые им от своих связей в СССР, и, в первую очередь, от американских граждан, работавших в советской промышленности.

Справка

«Старшина» - лейтенант гитлеровского люфтваффе Харро Шульце Бойзен, внучатый племянник и крестник германского адмирала фон Тирпица. В числе других бонз Третьего рейха Бойзену особо симпатизировал рейхсмаршал Герман Геринг, который способствовал его продвижению по служебной лестнице в суперсекретном Пятом отделе генерального штаба вермахта. Казнён гестапо в 1942 году как один из руководителей «Красной капеллы», разведсообщества, действовавшего в пользу СССР на территории гитлеровской Германии и сопредельных стран.

Как бы ни была оперативно значима информация, поступавшая из кабинетов нижних этажей посольства США, Сталин по возвращении с Тегеранской конференции поставил перед Берией задачу во что бы то ни стало проникнуть в рабочий кабинет посла - Аверелла Гарримана, - так как все секретные совещания, на которых принимались наиболее важные для советской стороны вопросы, проводились именно там.

От «клубнички» к «жучкам»

17 декабря 1943 года Берия доложил Сталину, что микрофон уникальной конструкции создан и успешно прошёл испытания. Дело по его внедрению застопорилось из-за неприступности этажа, где располагался кабинет посла. Даже организованный там с помощью «ласточек» пожар не способствовал проникновению туда сотрудников НКВД под видом пожарных. Охрана была непреклонна: «Пусть всё сгорит, но вход на этаж посторонним именем президента Соединённых Штатов запрещён!»

Сталин, выслушав Берию, напомнил собеседнику, что «нет таких крепостей, которые не могли бы взять большевики». И в свойственной ему фамильярно-снисходительной манере неожиданно спросил:   

- Лаврентий, ты что-нибудь слыхал о Троянском коне?

Под Троянским конём Сталин подразумевал - и Берия это мгновенно понял - изготовление подслушивающего устройства, закамуфлированного под какой-нибудь предмет, который, будучи вручён Гарриману, остался бы в его кабинете.

- Вот что, Лаврентий, - добавил вождь, - иди и посоветуйся с Молотовым. Он хорошо знает пристрастия и слабости Гарримана. А через три дня доложишь мне план действий.

…Молотов, выслушав Берию, посоветовал ему обратиться к личному переводчику Сталина - Валентину Бережкову, прекрасно осведомлённому о вкусах и увлечениях американского посла.

Бережков, он же агент «Михайлов» 3-го отдела Главного управления государственной безопасности НКВД СССР, сообщил Берии, что последним увлечением американского посла являются изделия из дерева, поэтому вся его арбатская резиденция Спасо-Хауз напичкана деревянными поделками, изготовленными старыми русскими мастерами из ценных и реликтовых пород деревьев. Даже фотографию своей жены, установленную на рабочем столе кабинета в посольстве, Гарриман обрамил богатым багетом из чёрного дерева, который приобрёл в антикварном магазине.

На этом Берия прервал беседу. Он почувствовал, что судьба, наконец, смилостивилась над ним, и он сможет доложить Хозяину план действий по внедрению микрофона в кабинет посла ранее, чем истекут назначенные ему три дня!

Следуя вдруг осенившему его озарению, Берия вызвал к себе директора Всесоюзного общества культурных связей с заграницей (ВОКС) Владимира Кеменева.

Через час в приёмную наркома были доставлены два десятка сувениров из дерева, кости и кожи. Особо выделялись щит скифского воина, изготовленный из чёрной ольхи, полутораметровые бивни мамонта, телефонный аппарат «Эрикссон» из слоновой кости, подаренный Николаю II шведским королём Густавом VI, а также метровой высоты корзина для бумаг, сделанная из предколенья слоновой ноги. Отлично выдубленная, она выглядела настолько натурально, что возникало желание поискать взглядом самого слона.

Осмотрев экспонаты, Берия вызвал для консультации академиков Акселя Берга и Абрама Иоффе, кураторов работ по созданию подслушивающего устройства, а также создателя электронных музыкальных инструментов Льва Термена. Именно под его руководством группа высочайшей квалификации спецов Оперативно-технического управления НКВД изготовила и провела испытание уникального микрофона под кодовым названием «Златоуст».

Справка

Термен Лев Сергеевич (1896-1993 гг.) - российский физик, музыкант. Стал всемирно известен в 1921 году, когда изобрёл и запатентовал под названием терменвокс электромузыкальный инструмент. Выполняя задание советской внешней разведки, в 1931-1938 гг. в качестве гендиректора акционерного общества по производству электромузыкальных инструментов работал в США. За изобретение эндовибратора - «пассивного жучка», названного «Златоустом», получил Сталинскую премию I-й степени (100.000 рублей).

С 1966 года до своей кончины являлся научным сотрудником кафедры акустики физического факультета МГУ.

«Златоуст» будет работать на государственную безопасность СССР

Мировая практика создания и использования аппаратов, «снимавших» чужие государственные секреты, ничего подобного не знала. Это было пассивное подслушивающее устройство: ни элементов питания, ни тока - ровным счётом ничего, что могло быть обнаружено с помощью имевшихся на вооружении специалистов мира того времени технических средств.

Устройство, похожее на головастика с маленьким хвостом, приводилось в действие источником излучения микроволнового сигнала, который заставлял рецепторы головастика резонировать. Голос человека влиял на характер резонансных колебаний устройства, позволяя осуществлять перехват слов.

Микрофон мог действовать сколь угодно долго. Микроволновые импульсы подавались головастику чрезвычайно энергоёмким генератором с расстояния до трёхсот метров. Приём, расшифровка и запись на магнитную ленту возвращающихся колебаний осуществлялись другим уникальным устройством, расположенным на одной линии с передающим генератором. Чтобы передающиеся и принимаемые импульсы не накладывались, вся геометрическая фигура должна была иметь форму равнобедренного треугольника.

Генератор и аккумулятор микроволн были установлены на верхних этажах жилых зданий слева и справа напротив здания американской дипломатической миссии. Жильцов, разумеется, выселили. Освободившиеся коммунальные квартиры заняли специалисты из Оперативно-технического управления НКВД, обслуживающие приёмо-передающую аппаратуру. Но в целях шифровки, на балконах, выходящих на американское посольство, по-прежнему вывешивалось для просушки бельё, и женщины (сержанты госбезопасности) по воскресеньям вытряхивали коврики и одеяла, в прямом смысле пуская пыль в глаза американцам, ответственным за безопасность и изучение оперативной обстановки в окружении дипломатической миссии США в Москве.

Следует отметить, что ни руководители-разработчики, ни изготовители микрофона не знали, против кого будет работать «Златоуст». Им было лишь известно, что работать он будет на государственную безопасность СССР.

Муки принятия решения

Вызванным специалистам предстояло дать заключение, возможно ли вставить «Златоуст» в один из находившихся в кабинете наркома экспонатов.

Через минуту все трое в один голос заявили, что вмонтировать их детище в выставленные сувениры невозможно, потому что конструктивные особенности микрофона требуют, чтобы сувенир был приспособлен к нему, а не наоборот. Предложили провести монтирование микрофона одновременно с изготовлением подарка. По их мнению, этот вариант исключал бы наличие микроскопических следов на поверхности сувенира-камуфляжа и, как следствие, обнаружение микрофона.

Напоследок Термен добавил, что «Златоуст» будет функционировать эффективно при двух условиях: если его оболочку выполнить из дерева, а сама конструкция либо будет свисать с потолка, либо будет прикреплена к стене.

Встреча с научными мужами для Берии проблему не закрыла. Он по-прежнему терзался мыслью, чем же одарить Гарримана, что не только было бы принято им как подарок, но и впоследствии осталось бы в его кабинете.

Нарком неотрывно смотрел на щит скифского воина. Его форма и размер ему что-то напоминали. Но что именно?! Вдруг его осенило. Ну, конечно же! Подарок по форме и размеру будет таким же, а досок из реликтовых и ценных пород деревьев в мастерской ВОКС - хоть отбавляй!

Не в силах сдержать восторг от сделанного открытия, Берия закружил по кабинету, танцуя лезгинку. А-с-с-а!

«Щит, бивни, слоновья нога-корзина будут вручены Гарриману в качестве прикормки, чтобы приучить его к получению подарков. Подарков-пустышек. А когда это войдёт для него в привычку, мы вручим ему подарок с "гарпуном"!» 

На радостях Берия кулаком врезал по кнопке вызова дежурного офицера.      

Пионер - всем американцам пример

4-11 февраля 1945 года в Ялте проходила Крымская конференция Большой Тройки - Сталина, Рузвельта и Черчилля, - на которой принимались судьбоносные для послевоенной Европы решения. Тогда же решалась и судьба Берии, - быть ли ему маршалом. Такова была воля Хозяина. Маршальский жезл уже натёр мозоль меж лопаток наркома, но вождь был непреклонен: «Микрофон - в кабинете посла, маршальские эполеты - на твоих плечах, Лаврентий!»

Сцену вручения «Златоуста» американскому послу нужно было обставить соответствующими декорациями. Для этого на 9 февраля назначили открытие пионерской здравницы Артек, празднование двадцатилетия его основания и вручение лагерю Ордена Трудового Красного Знамени.

Накануне, 8 февраля, нарком иностранных дел Молотов в присутствии председателя Совнаркома Сталина вручил Франклину Рузвельту и Уинстону Черчиллю приглашение от прибывших в Артек детей посетить их в день открытия лагеря. Желание пионеров видеть на своём празднике премьера и президента стран-союзниц было выражением их глубокой благодарности за помощь, оказанную детям СССР в годы войны.

Расчёт «Малой Тройки» - Сталина, Молотова, Берии - строился на том, что ни Рузвельт, ни Черчилль при всём их возможном желании не смогут взять развлекательный тайм-аут во время и без того затянувшейся Крымской конференции. И хотя между Ялтой и Артеком расстояние всего 18 километров, в годы войны требовалось около двух (!) часов, чтобы преодолеть это расстояние по разбомблённому шоссе.

Знали крючкотворцы из «Малой Тройки» также и то, что ни сэр Энтони Иден, ни Эдвард Стеттиниус - министры иностранных дел Великобритании и США - также не смогут оставить своих шефов хотя бы на время поездки в Артек.

Следующими по рангу кандидатами на поездку к детворе могли быть только посол США в Москве Аверелл Гарриман и его коллега из Великобритании - сэр Арчибальд Джон Кларк Керр. Последние были лишены возможности перепоручить выполнение миссии кому-либо из своих заместителей, так как указание навестить русских детей получили из уст Рузвельта и Черчилля.

Сталин в очередной раз доказал, что является непревзойдённым режиссёром-постановщиком политических спектаклей со шпионскими мизансценами. В Ялте он сыграл ещё одну победную партию (нет-нет, речь идёт не о результатах Крымской конференции - они всем известны), в которой он манипулировал президентом Соединённых Штатов и премьер-министром Великобритании, как проходными фигурами.

«Троянский конь» в американском стане

Кортеж машин с иностранными гостями, возглавляемый громадным чёрным «хорьхом» Лаврентия Берии, въехал на территорию Артека и медленно двинулся к дружине «Сталинские соколята», где должна была состояться встреча послов с пионерами. Было много музыки, улыбок и, несмотря на зиму, букетов свежесрезанных роз, доставленных военным самолётом из Сухуми. Охрану осуществляли два батальона офицеров НКВД, переодетых пионервожатыми.

Под конец торжественной встречи Аверелл Гарриман передал пионерам подарок правительства Соединённых Штатов - чек на десять тысяч долларов. Сэр Арчибальд Керр - на пять тысяч фунтов стерлингов. В это время оркестр грянул американский гимн «Знамя, усыпанное звёздами», и хор настоящих пионеров запел его на английском языке.

Гарримана прошибла слеза. В тот же миг четверо пионеров внесли огромный, сверкающий лаком, деревянный герб Соединённых Штатов Америки. Под бурные аплодисменты директор Артека вручил послу паспорт-сертификат герба, подписанный Всесоюзным старостой Михаилом Ивановичем Калининым.

Валентин Бережков, личный переводчик Сталина, переводил иностранцам содержание сертификата: сандал, самшит, секвойя, слоновая пальма, парротия персидская, красное и чёрное дерево, чёрная ольха - именно из этих ценнейших пород был выполнен герб.

Потерявший от восторга дар речи Гарриман, едва ли не первый раз в своей дипломатической практике сказал то, что думал: «Куда мне его девать?.. Где держать?.. Я же глаз от него не могу оторвать!»

Бережков-«Михайлов», накануне вечером получивший инструктаж от Лаврентия Берии, будто невзначай, заметил: «Да повесьте у себя в рабочем кабинете... Англичане умрут от зависти», - это уже было сказано вполголоса, чтобы не расслышал сэр Арчибальд Керр.

Так в феврале 1945 года «Златоуст», обрамлённый гербом Соединённых Штатов, благополучно оказался на сверхсекретном этаже здания американского посольства в Москве.

Операция НКВД под кодовым названием «Исповедь» по прослушиванию совещаний, проводимых послами, началась. Послами? Да! «Златоуст» отработал восемь (!) лет, пережив четырёх послов: Аверелла Гарримана, Уолтера Смита, Алана Кирка и Джорджа Кеннана.

Примечательно, что каждый вновь назначенный глава американской дипломатической миссии в Москве стремился полностью - от чернильного прибора и пресс-папье до паркета на полу - поменять интерьер доставшегося от предшественника кабинета. Несменяемым в помещении оставался только герб. Его художественное совершенство действовало гипнотически на американских дипломатов - даже шторы на окнах и мебель подбирались в тон цветовой гамме герба!

Похищение «Златоуста»

К концу 1952 года в Вашингтоне возникли подозрения, что русские дипломаты, контрагенты американского посла, ещё не сев за стол переговоров, досконально знают всё о позиции американской стороны. Но где, чёрт подери, искать «протечку»?!

Применив «детектор лжи» допросили ближайшее окружение посла. Безрезультатно! Тогда подозрение пало на кабинет главы дипломатической миссии в Москве, и шеф ЦРУ Уолтер Беделл Смит отрядил в Союз военно-транспортный самолёт с лучшими технарями-чистильщиками на борту.

Потратив три дня в бесплодных поисках, они решили провести эксперимент. Расположившись в кабинете посла Джорджа Кеннана и настроив привезённую с собой поисковую аппаратуру, они велели ему диктовать текст лже-депеши в Госдеп.

Чудо-микрофон при звуке голоса автоматически активизировался, и стрелки приборов указали направление поиска: герб! Он тут же был сброшен со стены и разбит кувалдой в щепы. Среди них тускло поблёскивала какая-то пластина…

Сияя от восторга, командированные цэрэушники с особым тщанием упаковали остатки геральдического символа американской свободы в водонепроницаемые мешки и, отказавшись от обеда, умчались на аэродром.

По свидетельству американских дипломатов, очевидцев событий, вслед за  разгромом герба и обнаружением «Златоуста» у посла начались приступы паранойи. Уподобившись фэбээровской ищейке, Джордж Кеннан ночами прятался в бильярдной, что рядом с его рабочим кабинетом, поджидая русских лазутчиков, надеясь поймать их за установкой новых «жучков».

«Удобный стул» или жизнь «Златоуста» продолжается

«Златоуст» продолжает жить своей особой жизнью. После обнаружения его в гербе, американцы и англичане попытались сделать с него копию. Работы по изготовлению аналога советского «жучка» американцами проводились в секретной лаборатории в Нидерландах под кодовым названием «Удобный стул». Одновременно английская контрразведка проводила свои исследования, зашифрованные как «Сатир».

Англичане продвинулись в исследованиях дальше американцев, но так и не сумели до конца разгадать тайну генератора, излучающего микроволны, возбуждающие пластины-резонаторы «Златоуста». Английский микрофон мог функционировать лишь на удалении всего 30 ярдов, в то время как наш - на расстоянии 300 метров.

Соединённые Штаты хранили в тайне унизительное для них открытие - «Златоуста» - в течение семи лет. Но в конце мая 1960 года, после того как мы сбили самолёт-шпион U-2 с Гарри Пауэрсом на борту, Вашингтон в попытке противостоять международной критике сделал достоянием гласности факт использования нами подслушивающего устройства, внедрённого аж в кабинет американского посла в Москве!

Генри Кэбот Лодж, представитель США в ООН, во время Чрезвычайной сессии показал герб, открыл его и продемонстрировал «Златоуста».

В последующем герб и чудо-микрофон были показаны и во время заседания Совета Безопасности ООН. Подготовленный нашими дипломатами представитель Индии в шутку попросил сделать для него копию с микрофона. Лодж смешался, и больше герб с «жучком», как позорная печать американским службам безопасности, никогда не выставлялся.

В настоящее время «Златоуст» хранится в музее ЦРУ в Лэнгли.