Арабо-кавказский узел Ирана

Внешнеполитическая деятельность Исламской Республики Иран всегда исходила из собственных интересов, и, действуя в регионе Ближнего Востока, а также на международной арене, страна стремилась обеспечить внутреннюю безопасность и сохранить свою территориальною целостность.

Вооружённое обострение Нагорно-Карабахского конфликта осенью 2020 года стало прямым следствием осложнения ирано-азербайджанских отношений, которые в настоящее время продолжают портиться и вызывают серьёзную обеспокоенность у Тегерана.

Тель-Авив провоцирует Баку на политику «территориального авантюризма»

Очередное ухудшение отношений двух стран с конца сентября 2021 года, имеющих 700 км общей границы, было связано с несколькими факторами.

Во-первых, проведение 12-17 сентября на каспийском побережье Азербайджанской Республики совместных манёвров Турции, Азербайджана и Пакистана под названием «Три брата». Формально такие совместные учения противоречат положениям Конвенции о правовом статусе Каспийского моря, которая запрещает присутствие на Каспии вооружённых сил внерегиональных держав, а также определяет пять прикаспийских государств (Азербайджан, Иран, Казахстан, Россия и Туркменистан) ответственными за поддержание безопасности на море и управление его ресурсами. В ответ на такие действия Баку с 1 по 7 октября 2021 года Иран провёл военные манёвры, многозначительно названные «Покорители Хайбара», вдоль границ Ирана с Азербайджаном и Арменией.

Во-вторых, Баку установил контрольно-пропускные пункты, начал взимать плату с иранских грузовиков и даже задержал двух иранских водителей. Ограничения также были введены в отношении иранских грузовиков с товарами, предназначенными для Армении. В Иране эту акцию восприняли как намерение азербайджанской стороны препятствовать торговле ИРИ с Арменией.

В-третьих, усиление стратегического партнёрства Азербайджана с Израилем. Масла в огонь подлило и провокационное интервью депутата азербайджанского парламента Расула Гаджиева турецкой проправительственной газете «Ени шафак» под названием «Иран будет стёрт с лица земли».

Официальный представитель МИД Ирана Саид Хатибзаде призвал Баку не допустить, чтобы третьи страны использовали его территорию. Это был намёк на стратегический союз Азербайджана с Израилем. «Иран не потерпит присутствия сионистского режима вблизи наших границ», - добавил он. В ходе визита в Москву министра иностранных дел ИРИ иранская сторона также выразила обеспокоенность активной ролью Израиля в Азербайджане. Иран обвинил Азербайджан в том, что его территория стала базой для израильских сил специального назначения и разведывательных структур. Тегеран считает, что Баку играет роль враждебной Ирану марионетки.

В Тегеране убеждены, что Турция и США вынашивают план отсечь Иран от Армении и Закавказья в целом. Этот зловещий план состоит в том, чтобы отрезать от Армении южную провинцию Сюник (в Баку называют Зангезур), отделяющую Нахичевань от остальной территории АР.

Такую версию излагает консервативная газета «Кейхан». Мирное соглашение 2020 года между Арменией и Азербайджаном предусматривает открытие Сюника для транспортного сообщения между Баку и Нахичеванью. До этого сообщение Азербайджана с этой автономной республикой происходило через территорию Ирана. С иранской точки зрения, именно Израиль провоцирует АР на политику «территориального авантюризма».

Скрытые и очевидные опасения Ирана

Таким образом, израильский фактор становится официальным и принципиальным элементом нынешнего ирано-азербайджанского противостояния. У Ирана есть серьёзные варианты в рамках противодействия Азербайджану и Израилю на Кавказе нетрадиционными средствами. Тегеран может полагаться в том числе на последовательную и эффективную политику финансирования подрывных оппозиционных групп или поддержки вооружённых группировок под эгидой «оси сопротивления». При всём при том иранцы понимают, что Израиль в критической ситуации может ответить аналогично действиям Ирана и «Хизбаллы» в Ливане и Сирии. Тогда тщательно отстроенная Тегераном «исламская ось» сопротивления Израилю, если и не ломается, то серьёзно меняет свою конфигурацию.

По оценке иранских военных экспертов, Израиль наряду с Турцией стал основным поставщиком передовых военных технологий и современных вооружений для Азербайджана. Данное обстоятельство обеспечило успехи азербайджанских военных в ходе вооружённого конфликта в Нагорном Карабахе.

В действительности Иран не столько обеспокоен поставками вооружений Азербайджану из Турции и Израиля, сколько серьёзно озабочен опасной, с точки зрения Тегерана, близостью Израиля к иранским границам. По мнению некоторых иранских экспертов, Израиль может использовать своё стратегическое преимущество для осуществления «террористических» акций в отношении иранских учёных-ядерщиков.

С другой стороны, Иран, не без оснований, испытывает тревогу по поводу возможных действий Израиля в отношении иранских азербайджанцев, общая численность которых составляет около 25% населения ИРИ. Тегеран, который активно работает в среде иранских и шиитских анклавов в арабских странах, ясно осознаёт весь негативный потенциал активности Израиля в азербайджанской общине Ирана, большинство представителей которой проживают в северо-западных иранских провинциях на границе с Арменией и Азербайджаном.

В Тегеране не принято открыто говорить о полиэтническом характере иранского социума, однако этот негласный запрет не отменяет очевидных реалий. Тегеран испытывает скрытые опасения, что если Израиль при поддержке ряда арабских стран Персидского залива начнёт работу в этом направлении, то это может реально угрожать сохранению территориальной целостности Ирана. Эти скрытые опасения отнюдь не беспочвенны, если принять во внимание недавние (июль 2021) волнения в иранской провинции Хузестан, которую многие арабские националисты и исламисты до сих пор считают арабской территорией, «оккупированной» Ираном. С другой стороны, их иранские коллеги недалеко ушли от своих арабских оппонентов в отношении проблемы трёх островов в Персидском заливе и Бахрейна.

Разброд по этническим квартирам в условиях острой нестабильности в регионе может обернуться катастрофой не только для Ирана, но и соседних стран, которые имеют схожие проблемы.

В условиях этой нерадостной перспективы, Иран, тем более, не хочет быть окружённым поясом государств, дружественных Израилю и арабским странам Персидского залива, начавшееся в 2020 г. примирение между которыми, сегодня всё больше приобретает характер военно-политического сотрудничества. С этой точки зрения, Иран готовиться к возможному альянсу Турции и Израиля в Азербайджане. Анкара располагает своим воинским контингентом на территории Азербайджана. С учётом складывающейся в Афганистане ситуации, Иран не исключает возросшего влияния Анкары на ряд государств Центральной Азии. При необходимости турецкие военные могут быстро выдвинуться в спорные районы Каспия.

Новый союзник из старых соперников

На региональном уровне, в военном плане, Иран сегодня находится в стратегическом одиночестве (несмотря на сотрудничество с Россией в Сирии). В условиях, когда США давят на Тегеран ядерной сделкой, Израиль через Авраамовы соглашения нормализовал отношения с ОАЭ и Бахрейном, а совместные действия Азербайджана и Турции в Закавказье перерастают в долгосрочную стратегию, Иран остро нуждается в союзниках.

Как известно, большинство арабских суннитских государств занимают враждебную Ирану позицию, но попытки исправить такую ситуацию Тегеран сегодня явно предпринимает, в первую очередь - со своим многолетним недругом и конкурентом по ближневосточному пространству - Королевством Саудовская Аравия. Тегерану необходимо пойти на компромисс с Саудовской Аравией из опасения, что Эр-Рияд присоединится к фронту стран, желающих нормализации отношений с Израилем. Если КСА установит официальные отношения с Израилем, то это станет не только позитивным примером для стран Персидского залива, но будет означать укрепление возможного военного союза против ИРИ, призванного бороться с иранским влиянием в регионе.

Особые отношения Ирана и КСА в последние десятилетия отличались взаимным недоверием и подозрительностью, а в 2016 году отношения между странами были разорваны, но несмотря на это, контакты между Тегераном и Эр-Риядом не прекращались. Изменение внутриполитической ситуации внутри КСА и в Иране на фоне охвативших Ближний Восток событий подтолкнули страны к тому, чтобы начать процесс переосмысления характера двусторонних связей. После 2016 года представители КСА и Ирана провели в Багдаде четыре раунда встреч, в ходе которых обсуждались различные варианты восстановления двусторонних отношений.

В первых числах октября 2021 г. министры иностранных дел КСА и Ирана последовательно сделали заявления о ведущихся переговорах двух государств. Ирано-саудовские переговоры проходят в сугубо закрытом режиме (в столице Ирака), а суть обсуждаемых вопросов тщательно скрывается. На данном этапе речь пока идёт об открытии консульских представительств, развитии торгово-экономического сотрудничества и поиска путей урегулирования конфликта в Йемене.

Что касается политической сферы, то политика двойных стандартов США в отношении Ирана и КСА побудила их к выходу на прямые контакты. В Иране уже порядком устали от политической игры США, которые одновременно оппонируют Ирану и пытаются возобновить с ним переговорный процесс по иранской ядерной программе.

По оценке иранских политиков, подобные действия США продиктованы в первую очередь несогласованностью действий внутри американской администрации и отсутствием внятной общей позиции США и их европейских партнёров. После того как США демонтировали и вывезли с территории КСА комплексы ПВО «Пэтриот», внутри саудовского руководства окончательно сформировалось убеждение, что в сегодняшней ситуации на Ближнем Востоке Эр-Рияд уже не может целиком полагаться на Вашингтон в вопросах защиты национальной безопасности и обеспечения своих интересов в регионе.

Определённое беспокойство испытывает союзник США в регионе - Израиль, который понимает, что, если сближение позиций между КСА и ИРИ произойдёт, и саудовское консульство в Тегеране будет открыто, это обозначит сворачивание антииранского союза, на который опирался и возлагал надежды Израиль. Налаживание отношений между Тегераном и Эр-Риядом может стать неприятным сюрпризом для Тель-Авива, а арабские страны (особенно государства Персидского залива), продвигавшие ранее альянс против ИРИ поймут, что противостояние с Ираном не является обязательным условием для улучшения отношений с Западом, в частности с США.