Своим умом боевой дрон не силён, он действует по программе

Как известно, во всех современных военных конфликтах активно используются беспилотники, однако решение об уничтожении цели по сей день остаётся за оператором. Дрон-камикадзе вертолётного типа Kargu-2, с участием которого произошёл инцидент, не является исключением. Помимо управляемого режима, во время которого оператор полностью контролирует действия БПЛА, предусмотрен и полуавтоматический режим. Когда Kargu-2 пребывает в «свободном полёте», он может самостоятельно обнаруживать и поражать цели. В таком случае оператору остаётся лишь направить его в определённую зону. При этом в случае необходимости человек может отменить атаку либо перенаправить беспилотник на другую цель. И если дрон-камикадзе не уничтожает цель, то он возвращается к оператору для дальнейшего использования.

Справка

Турецкая компания Defense Technologies Engineering and Trade Inc. производит Kargu-2 как для внутреннего рынка, так и на экспорт. По заявлению производителя, эти дроны-камикадзе предназначены для работы в антитеррористических операциях, а также для ведения «асимметричной войны».

В обоих случаях 15-килограммовый БПЛА управляется с земли оператором и может находиться в воздухе приблизительно в течение получаса. Оператор направляет дрон на любые объекты - как неподвижные, так и движущиеся. В случае инцидента целью атаки по невыясненным причинам стал участник Ливийской национальной армии под предводительством Халифа Хафтара, воюющей против регулярной армии правительства Ливии в Триполи.

О том, что могло послужить причиной произошедшего, еженедельнику «Звезда» рассказал военный эксперт Николай Поросков:

- Я думаю, что этот случай заставляет поразмышлять над законодательным регулированием взаимодействия между роботами, к коим фактически относятся дроны, и людьми. И речь должна идти не только о ситуациях, когда человек управляет дроном или когда дрон работает в автономном режиме, но и в более экзотических случаях - например, когда дроны управляют человеком. Я не исключаю, что уровень технического прогресса позволит осуществить такой сценарий в ближайшие годы. Поэтому я уверен, что этот пример - сигнал к тому, что необходимо срочно работать над международным законодательством. В конце концов, мы не можем предугадать, какую цель подобная техника ещё найдёт... Мы не должны полностью ослаблять контроль над робототехническими средствами. Очевидно, что квадрокоптер был помещён в данную зону действий, обнаружил некую цель и уничтожил её. И скорее всего, цель была случайная - она могла быть не обязательно отдельно взятым человеком. В этом отношении ничего сложного нет.

- Иными словами, дрон не различает человека и технику в качестве цели?

- БПЛА различает виды цели при условии, если это заложено в программе. Если дрон ориентирован на атаку человека, то он проигнорирует расположенную рядом технику - он не отреагирует ни на массу металла, ни на температуру двигателя и другие признаки, характерные для машины. В этом случае дрон будет ориентироваться на мягкие ткани человека, которые также могут быть распознаны радиоэлектронными средствами.

- Николай Николаевич, какие исходные данные требуются дрону для  атаки в автоматическом режиме?

- Условия для атаки зависят исключительно от программы, которую вы закладываете в беспилотник. То есть, прежде чем запустить дрон с каким-либо вооружением в заранее выбранную зону действия, необходимо изучить обстановку. Это касается исследований особенностей местности, а также установления боевых соединений, которые там находятся, и их вооружения. К примеру, атакующая сторона поостережётся посылать дроны в потенциальную зону боевых действий, если знает, что там есть тактическое ядерное оружие, которое каким-то образом можно повредить. И есть чёткое понимание, что, если ядерная боеголовка взорвётся, радиоактивное заражение местности распространится на огромную территорию. Иными словами, дроны не настолько автономны, чтобы самостоятельно принимать решения такого уровня.

- Как вы считаете, мог ли этот трагичный случай быть взломом или  системной ошибкой?

- Да, такой случай имеет место быть. У нас же по всему миру взламывают серверы стратегических объектов - крупных военных целей, государственных организаций... А уж взломать программу робота можно и подавно - если обойти степени защиты.

- А может, это на самом деле не первый случай, но об этом просто не принято говорить официально?

- Конечно, не всякая страна, производящая и применяющая БПЛА, заинтересована в том, чтобы трубить о подобном - такие инциденты могут значительно повлиять на политическую ситуацию, поэтому их скрывают, насколько это возможно. Особенно тщательно, я думаю, это касается эпизодов с участием разведывательных дронов.

- Существуют ли в России правовые нормы, регулирующие использование военных дронов?

- К сожалению, нет - таких проектов нет ни в России, ни за рубежом. Сейчас пока только Европа начинает задумываться об этом. Разработка законопроектов, регулирующих применение дронов - очень длительный процесс, протекающий параллельно с развитием робототехнических комплексов, и я подозреваю, что о подобных случаях мы ещё не раз услышим.