Не верьте трёпу о «неэффективности» ОДКБ

В связи с активизацией боестолкновений между движением «Талибан» (запрещена в РФ) и правительственными силами Афганистана в Таджикистане 22 июля прошли учения армии страны, а также были мобилизованы около 130 тысяч резервистов. Помимо этого, таджикское руководство обратилось за помощью к государствам, входящим в ОДКБ: поскольку в Душанбе считают, что в одиночку практически невозможно справиться с задачей охраны границы с Афганистаном. В качестве предостережения воюющих афганских сторон с 5 по 10 августа в 20 километрах от таджикско-афганской границы пройдут совместные российско-узбекско-таджикские учения.

Кто входит, а кто выходит?

Внимательные читатели отметят, что в предстоящих учениях примет участие страна, не входящая ныне в Организацию договора о коллективной безопасности (ОДКБ), - Узбекистан. Ведь на сегодня членами организации являются Армения, Белоруссия, Казахстан, Киргизия, Россия и Таджикистан. Тем не менее, именно Ташкент был первым городом, принимавшим заседания глав государств-членов Организации, а Узбекистан дважды - в 1992-1999 гг. и в 2006-2012 гг. - входил в неё. Не исключено, что новое узбекское руководство, исходя из складывающейся в регионе обстановки, решится вновь присоединиться к этой оборонной структуре, существующей на постсоветском пространстве.

В общем-то, изменчивость позиции Узбекистана по членству в ОДКБ, а также выход из неё Азербайджана и Грузии в 1999 году и стали аргументом противников Организации для доказательства её «неэффективности». Хотя причины выхода из неё этих стран никакого отношения к эффективности предлагаемых ею путей обеспечения коллективной безопасности не имеют. Для Азербайджана решающую роль сыграла позиция России по вопросу Карабахского конфликта: Москва поддерживала и продолжает поддерживать отношения и с Баку, и с Ереваном, который в Азербайджане считают агрессором.

Грузия с момента распада СССР придерживалась «западного вектора», и её антироссийская позиция от года к году усиливалась «в такт» с наращиванием сотрудничества с НАТО. Свою роль сыграла и поддержка, оказываемая РФ Абхазии и Южной Осетии.

Выход Узбекистана из ОДКБ в 1999 г. был приурочен к вступлению в ГУАМ, к созданию которой приложили руку Вашингтон и Брюссель (о создании организации, к примеру, было объявлено на саммите Совета Европы, а о вступлении в неё Узбекистана - на саммите НАТО). Но курс ГУАМ на вступление в ЕС и Североатлантический альянс в силу географии не очень-то подходил Ташкенту, к тому же в 2005 году случился Андижанский мятеж, в организации которого хорошо просматривался «американский след». Итогом стало требование ликвидировать американскую военную базу на узбекской территории и возврат в состав ОДКБ. А после обострения в связи с принятием решения и началом формирования Коллективных сил оперативного реагирования (президент Узбекистана не поддержал этого решения) снова последовал выход из Организации.

Против кого дружим?

Разговоры о «неэффективности» и «неперспективности» ОДКБ ведутся её недругами с самого момента создания Организации. Причина - восприятие её в качестве «антиНАТО», хотя страны-участники в таком качестве её не позиционируют. Хотя бы из-за различий региональных угроз, стоящих перед ними.

Да и для России в последние месяцы. Угрозы Белоруссии со стороны «евроатлантических партнёров» вполне актуальны, но к противодействию им другие страны-члены не привлекаются. Для Армении актуальным является возможная угроза со стороны Турции, а также противостояние с Азербайджаном из-за Нагорного Карабаха. Страны Центральной Азии сталкиваются с мощным давлением со стороны группировок, базирующихся южнее и угрожающих превратить их территории в оплот радикального исламизма. Пожалуй, главной объединяющей угрозой для всех членов ОДКБ (в последние месяцы это стало актуально и для ранее спокойной Белоруссии) является противодействие экстремизму и терроризму. Но опять же, союзников не приглашают. И они не торопятся стать на защиту своих соседей.

А судьи кто?

Но присмотримся к тем, кто муссирует вопросы «неэффективности» Организации. Последние две волны в СМИ касались конфликта в Нагорном Карабахе и столкновения на киргизско-таджикской границе. Особенно яростные атаки наблюдались со стороны… армянской диаспоры, «взъевшейся» на Москву за то, что она отказалась вступить в войну с Азербайджаном, а сосредоточилась на мирном урегулировании конфликта. Причём во время событий конца 2020 г. азербайджанские войска подчёркнуто не вторгались на армянскую территорию, ограничив боевые действия Нагорным Карабахом, признанным международными организациями частью Азербайджана, а также семью районами, отторгнутыми у этой страны в ходе Первой Карабахской войны. В отличие от Армении, с территории которой происходили ракетные обстрелы важных гражданских объектов на Апшеронском полуострове. То есть, у ОДКБ не было никакого формального повода вмешиваться в этот конфликт.

Ещё большее неприятие диаспоры, а также финансируемых Западом армянских СМИ, вызвал дипломатический успех России, остановившей кровопролитие. Позиция «диванных стратегов», живущих за пределами Армении и предпочитающих «воевать» с выходцами из Азербайджана на улицах и рынках российских, европейских и американских городов, выражалась в одной, но постоянно повторяемой в социальных сетях фразе: «Русские сволочи, быстренько побежали убивать азербайджанцев!».

Лошадиную дозу ненависти к России, а также недоверия к ОДКБ впрыснули и продолжают впрыскивать СМИ и информационные ресурсы, подконтрольные НКО/НПО. В первую очередь - соросовские.

А ныне для них появился и новый повод: несогласованность действий армянских и азербайджанских военных во время работ по делимитации и демаркации границы в трёх районах Армении. Успешно решаемые руководством двух стран по дипломатическим каналам. Как пишет председатель партии «Национальное Единение» Арташес Гегамян, «чётко вырисовывается новая гнусная по своему замыслу тактика соросовских массмедиа. Все болезненные вопросы, связанные с продвижением азербайджанских военных вглубь территории Армении, будь то в Сюникской, Вайоц-Дзорской или Гегаркуникской марзах (областях) РА в обязательном порядке увязываются не с фактической бездеятельностью вооружённых сил Армении, а с упорством, достойным лучшего применения, почему-то искусственно увязываются с нашим стратегическим союзником - Россией».

Цель всех этих нападок, поддерживаемых, кстати, многими людьми из окружения Никола Пашиняна - ослабление влияния РФ в Армении и Закавказье в целом. Поскольку природа не терпит пустоты, а внешнеполитические симпатии команды нынешнего армянского премьера хорошо известны, совершенно прозрачно, на усиление какой геополитической силы работает эта команда и подконтрольные ей СМИ. «Дальше - больше: начнётся тщательно продуманная системная работа, главная задача которой - создание соответствующей информационной базы для поднятия вопроса о нецелесообразности дальнейшего пребывания в РА 102-й Российской военной базы в Гюмри. Такова конечная цель спецслужб с берегов Туманного Альбиона (MI-6) и Потомака (CIA)», - считает Гегамян.

Примерно то же самое происходило после конфликта на киргизско-таджикской границе: первыми о «неэффективности» начали кричать иноагенты, вроде «Радио Свобода», близкие Западу центральноазиатские  общественные деятели и российские «рукопожатные» оппозиционеры.

Другой разговор, был ли тот конфликт «природным» или к нему заранее подготовились: слишком уж быстро и бурно отреагировали на него и принялись смаковать «недееспособность» ОДКБ «прикормленные» СМИ даже на равнодушной к происходящему в ЦА Украине. Да и наследили «наши партнёры»: к примеру, в 2019 году академия Deutsche Welle организовала конкурс для журналистов Таджикистана и Кыргызстана на лучшее освещение приграничных вопросов. Включая специфику их пересечения, которая и стала поводом для столкновений.

Проблемы действительно есть

Проблемы есть, и никто этого не скрывает. Главная - та же, что и в НАТО, с которым сравнивают ОДКБ: отсутствие в основополагающих документах Организации положений, касающихся урегулирования спорных и конфликтных ситуаций, возникающих между членами Организации. Таких как майские события на киргизско-таджикской границе или межэтнические столкновения 2010 года близ узбекско-киргизской границы.

«Не без греха» и страны НАТО, где не раз доходило до взаимного применения оружия Турцией и Грецией, случались британо-испанские и франко-британские трения уже этого года из-за Гибралтара и острова Мэн соответственно, а также три «Тресковые войны» между Великобританией и Исландией.

Имеются несогласованные позиции и в вопросах вероятных угроз. К примеру, на сегодня Кыргызстан остался единственной центральноазиатской страной, где свободно действует целый ряд исламистских организаций, закрытых или даже запрещённых в соседних государствах. На территории ряда стран ОДКБ действует целая сеть американских биолабораторий, представляющих угрозу для населения государств-членов Организации. В Армении и Киргизии свободно ведут подрывную деятельность против ОДКБ западные НПО/НКО. Принятый парламентом Кыргызстана в июне 2021 г. закон о НПО лишь требует их финансовой отчётности, но, в то же время, предусматривает ответственность для госорганов за создание условий, способствующих ограничению деятельности этих организаций. В последние два года стал отчётливо виден крен руководства Казахстана на разрыв военно-технического сотрудничества с Россией в пользу сближения с НАТО и США, а турецкие разведчики, обучающиеся в РК, фактически не скрывают, что занимаются изучением взаимодействия подразделений стран-членов Организации.

Имеются разногласия и в отношении активно рвущихся в Центральную Азию эмиссаров турецкого проекта «Великого Турана».

Таджикистан, где население ираноязычное, имеет тесные связи с Ираном и относится к этому проекту скептически, в отличие от Киргизии, где сторонникам «Турции от Средиземного моря до моря Лаптевых» не препятствуют. После парламентских выборов отношение к «Великому Турану» в провластных СМИ Казахстана резко поменялось с прохладного на восторженное.

О проблемах известно. Не зря же председательствующий в ОДКБ президент Таджикистана Эмомали Рахмон на заседании Совета министров иностранных дел Организации Договора о коллективной безопасности заявил, что сейчас необходимо провести всесторонний анализ деятельности Организации за прошедший период и разработать Стратегию развития до 2025 года. Ещё до событий на киргизско-таджикской границе и даже до обострения ситуации в Нагорном Карабахе сайт «TehnoWar» так сформулировал эти проблемы: «низкая эффективность ОДКБ связана с рядом ограничителей: завышенной оценкой государствами региона своего национального суверенитета, превосходством национальной безопасности над коллективной, ориентацией большинства игроков на одностороннюю выгоду, отсутствием политической солидарности по важнейшим вопросам, низкой степенью сотрудничества между структурами, дестабилизирующим фактором внерегиональных игроков».

Что делать? Работать.

Укреплять Организацию договора о коллективной безопасности, вырабатывать недостающие механизмы взаимодействия и возникающих внутренних противоречий, совершенствовать Коллективные силы оперативного реагирования и сотрудничество в области совместной борьбы с внешними угрозами. В том числе - и при помощи учений, подобных тем, что пройдут в Таджикистане в августе этого года. На противостояние многим из этих угроз в одиночку у стран-членов ОДКБ в ряде случаев просто нет сил. Значит, потребность в существовании Организации, как бы ни доказывали обратное её недоброжелатели, имеется.

Прямая речь 

«Сегодня на первый план выходит совместная работа по нейтрализации угроз с территории соседнего Афганистана. Поспешный вывод оттуда иностранных войск спровоцировал стремительную деградацию обстановки, усиление и всплеск активности террористов».

Министр обороны генерал армии Сергей Шойгу на  переговорах с министром обороны Таджикистана Шерали Мирзо в Душанбе.