Кто в небе Украины хозяин?

За десять месяцев специальной военной операции наши военные лётчики приобрели немалый опыт боевого применения оружия и боевой техники. Но если о вертолётчиках средства массовой информации хоть что-то ещё рассказывают, то о работе штурмовой авиации из доступных источников известно только то, что она взлетает, садится и иногда выполняет ракетные пуски.

В результате создаётся впечатление, будто в сфере деятельности Воздушно-космических сил на Украине ничего особенного не происходит. Между тем боевая работа лётного состава ВВС ВКС России проходит в сложных условиях - в обстановке разведывательно-информационного противоборства не только с ВСУ, но и с новейшей англо-американской и западно-европейской военной техникой. Прежде всего с зенитно-ракетными комплексами противника и западными средствами радиоэлектронными борьбы (РЭБ).

Как нам удаётся им противостоять? Что у нас получается на этом направлении и что требует совершенствования?

Война по-американски

Сегодня на Вооружённые силы Украины работает глобальная информационно-разведывательная сеть, включённая в боевое пространство, созданное США и странами НАТО в районе спецоперации. Что, собственно, и обеспечивает ВСУ получение (сбор) информации о текущей обстановке от космических, наземных и воздушных средств разведки и наблюдения. Образно говоря, ВСУ видят всё, что у нас происходит, видят везде и всегда, даже ночью.

Эта информация оперативно обрабатывается с помощью быстродействующих ЭВМ и распределяется между пунктами управления войсками, манёвренными боевыми группами и даже расчётами ПЗРК. Причём генерирование новой информации в режиме on-line позволяет наносить упреждающие огневые удары по российским войскам.

Такое взаимодействие между пунктами управления осуществляется в ВСУ на всех уровнях вплоть до боевых расчётов. И поскольку в ЗРК предварительно вводятся те данные о противнике, которые заранее получены из структур НАТО, это позволяет украинцам не использовать свои радиолокационные средства обнаружения на постоянной основе, что сразу же демаскирует позиции. Свои РЛС подразделения ВСУ включаются только на короткий промежуток времени - непосредственно перед атакой. И надо признать, что такая тактика весьма эффективна. Поэтому наша авиация вынуждена прижиматься к земле, действовать на малых и предельно малых высотах.

Но и это далеко не всё. По словам председателя Объединённого комитета начальников штабов американских вооружённых сил генерала Марка Милли, для обороны приоритетных и стратегических военных объектов на территории Украины планируется сформировать интегрированную систему ПВО-ПРО.

Надо понять, что на Украине в лице НАТО мы имеем дело с противником, обладающим высокотехнологичным оснащением, передовыми средствами связи и обработки информации. Даже сегодня в распоряжении ВСУ несколько тысяч терминалов Starlink, при помощи которых обеспечивается оперативное управление войсками. Тогда как у нас таких возможностей, тем более в таком формате, нет, что безусловно сказывается на качестве и оперативности принятия решений.

Что касается наших ВКС, то в этих условиях большую опасность для базирования армейской авиации (АА) представляет разведывательно-информационная составляющая спутниковой группировки противника. Например, наши площадки базирования АА достаточно легко обнаруживаются в тактической глубине многочисленными военными и коммерческими разведывательными спутниками США, а также подразделениями комплексов с БПЛА. Что приводит к потерям техники прямо на аэродромах.

Более того, огневое поражение площадок базирования армейской авиации в таких условиях может осуществляться в режиме квазиреального времени достаточно эффективно, что вынуждает российские ВВС, например, боевые вертолёты, действовать с запасных площадок или с заранее подготовленных площадок подскока. А также выполнять боевые вылеты на предельно малых высотах, в том числе ночью и в сложных метеорологических условиях.

Неубиваемый штурмовик

Как известно, штурмовая авиация в группировке ВВС, действующей в зоне специальной военной операции, представлена дозвуковым высокоманёвренным самолётом Су-25, обладающим уникальной живучестью из-за бронирования. Прозванный «летающим танком», штурмовик предназначен для непосредственной поддержки сухопутных войск на поле боя днём и ночью, а также для уничтожения объектов с заданными координатами. Су-25 может нести до 30 видов вооружения различного калибра и назначения. В базовое оснащение входит 30-мм двуствольная авиационная пушка ГШ-30-2 с 250 патронами, остальные боевые средства подвешиваются под крылом в зависимости от поставленных задач.

Именно из-за действий Су-25 ВСУ лишены возможности регулярно доставлять в свои части и подразделения всё снабжение, нарушено и свободное перемещение между населёнными пунктами. Оснащённость наших штурмовиков современными боевыми, радиоэлектронными и навигационными средствами позволяет уничтожать любую бронетанковую и автомобильную технику, артиллерию, живую силу, разрушать инженерные и фортификационные сооружения.

Если лётчикам необходимо нанести точечный авиаудар и, образно говоря, «сложить» штаб противника, применяются управляемые авиабомбы или управляемые ракеты. Если же цель - колонна снабжения или бронетехника, то под крыло подвешивают блоки с неуправляемыми ракетами, как правило - С-13 «Тулумбас» калибра 122 мм.

Надёжность штурмовика Су-25 не раз была доказана в ходе локальных войн и конфликтов. Это было достигнуто за счёт монолитной титановой кабины, титановой защиты двигателей и спрятанных под броню топливных баков. Например, по опыту Афганистана на 2600 боевых вылетов в среднем приходилась потеря только одного штурмовика Су-25 - уникальное соотношение. А для того, чтобы сбить Су-25, требовалось 80-90 попаданий. Но были случаи, когда самолёты возвращались после выполнения боевого задания, получив 150 и более пробоин.

Но время не стоит на месте. Изменились и требования к штурмовой авиации. Обновлённый Су-25СМЗ является глубоко модернизированной версией штурмовика Су-25. Он оснащён комплексом РЭБ «Витебск-25» (способен защитить самолёт от ПЗРК), системой спутниковой навигации ГЛОНАСС с возможностью программирования, прицельно-навигационным комплексом (ПНК) СВП-24-25 (вариант СВП-24 «Гефест»), что значительно повышает точность применения оружия по наземным целям. Например, точность удара свободнопадающими боеприпасами увеличилась в три раза и приблизилась к характеристикам, свойственным управляемому оружию.

Ключи от неба

Но для достижения максимальной эффективности боевого применения нашей боевой авиации в зоне спецоперации требуется максимально полное подавление систем управления ПВО противника, а также стационарных и подвижных зенитных ракетных комплексов. И решать эту проблему необходимо уже сейчас, не дожидаясь когда США передадут киевскому режиму батарею ЗРК Patriot и выстроят на Украине интегрированную систему ПВО-ПРО.

К сожалению, до настоящего времени украинская ПВО до конца не подавлена. Пример тому - недавнее поражение самолёта Су-24М, принадлежавшего ЧВК «Вагнер», боевиками ВСУ из ПЗРК. И это одна из причин, отчего авиация пока что не работает на всю глубину украинской территории. Вот почему становится актуальной специальная операция по уничтожению комплексных систем и средств ПВО противника.

И для этого имеются все необходимые силы и средства: самолёты ДРЛО, воздушные и наземные системы РЭБ, ударные самолёты с высокоточным противорадиолокационным управляемым оружием, планирующие авиабомбы.

Чтобы выполнить цели и задачи специальной военной операции, небо над Украиной должно перейти под наш контроль.