Провал ВСУ «подготовили» американцы

В начале сентября - ровно через три месяца с момента начала украинской армией летнего «контранступа» - президент России Владимир Путин подвёл итоги этой стратегической операции ВСУ.

«О пробуксовке контрнаступления. Это не пробуксовка, это провал. Во всяком случае, на сегодняшний день это выглядит именно так», - заявил Путин.

С мнением Владимира Владимировича полностью согласился министр обороны Сергей Шойгу.

Важно понимать, что стартовавший 4 июня 2023 года «контрнаступ» реализовывался теми самыми ВСУ, многие соединения которых были обучены на территории стран НАТО, оснащены вооружением и военной техникой армий стран НАТО, а главное - действовали в соответствии с планами, разработанными для украинской армии при непосредственном участии штабных структур Североатлантического альянса, среди которых «первую скрипку» играли, безусловно, штабы армии США.

Зафиксированный Путиным и Шойгу провал летних попыток ВСУ в 2023 году взломать оборонительные рубежи российской группировки на украинском ТВД де-факто следует рассматривать как фиаско американской военной мысли. Оказалось, что к двадцатым годам XXI века U.S. Army «разучилась» планировать эффективные наступательные операции, целью которых является прорыв глубоко эшелонированной обороны противника в условиях существования сплошного фронта. Добавлю: противника, не уступающего критически наступающей стороне по количественным и качественным показателям, а также создавшего оборону, оборудованную по всем канонам полевой фортификации, прикрытую минно-взрывными заграждениями, имеющую выстроенную систему огня и необходимое насыщение личным составом, вооружением и военной техникой.

Почему же летом 2023-го наработки американской армии оказались на украинском ТВД несостоятельными? 

От большой войны к LIC

Нарратив времён Второй мировой, откорректированный в связи с появлением новых видов вооружения и на основании опыта конфликтов, в которых американская армия успела поучаствовать в период холодной войны, ко второй половине 80-х годов XX века превратил U.S. Army в наиболее боеспособную армию блока НАТО. Считалось, что эта армия была способна не только остановить рывок войск ОВД по пресловутому «Фульдскому коридору», но и проводить масштабные наступательные операции.

Чтобы не быть голословным, напомним, что в 1988 году в Европе находилась наиболее крупная группировка сухопутных войск армии США из всех, развёрнутых американцами в мирное время на заморских театрах. Группировка насчитывала более 220 тыс. человек личного состава и включала в себя 5-й и 7-й армейские корпуса, в составе которых имелись две бронетанковые и две механизированные дивизии, три отдельные бригады, два отдельных бронекавалерийских полка, ракетная бригада с баллистическими ракетами средней дальности Pershing II, пять бригад полевой артиллерии (буксируемые и самоходные 155-203-мм артсистемы, РСЗО M270 MLRS), две группы армейской авиации, несколько отдельных зенитных ракетных дивизионов, а также части и подразделения боевого и тылового обеспечения.

В случае необходимости группировку планировалось в течение 10 дней усилить ещё шестью дивизиями за счёт переброски по воздуху личного состава со стрелковым оружием из Штатов. Тяжёлое вооружение, военная техника и боеприпасы для этих соединений заранее были складированы на территории ФРГ. Оперативное развёртывание и усиление частей командования сухопутных войск США в Европейской зоне ежегодно отрабатывалось на учениях REFORGER. А умение прорывать оборону противника на европейском ТВД войска американцев и их союзников по Североатлантическому альянсу оттачивали на ежегодных учениях Autumn Forge.

В варианте, предусматривающем использование только конвенционального оружия, прорыв сплошного фронта неприятеля виделся стратегам из Пентагона следующим образом. Вначале глубоким огневым поражением достигается изоляция, снижение мобильности и ослабление обороняющегося противника на всю глубину его оперативного построения. Одновременно авиация должна нейтрализовать ВВС и ПВО неприятеля, захватив господство в воздухе. Затем находящиеся в первом эшелоне наступательной группировки пехотные бригады при поддержке инженерной техники, танков, БМП и иных средств усиления проходят полосу обеспечения и «вскрывают» главную полосу обороны неприятеля. Далее в обозначившийся прорыв, для развития и закрепления успеха, вводится второй эшелон - бригады бронетанковых и механизированных дивизий. Ширина полосы наступления дивизии на направлении главного удара - 20 км.

Не ввязываясь в затяжные бои и обходя очаги сопротивления, наступающие американские соединения должны были как можно быстрее продвигаться вперёд с целью нарушения целостности обороны противника. Темп наступления - не менее 20-25 км в сутки в тактической глубине и до 80 км в оперативной. Те же 80 км фигурировали в наставлениях, как минимальное типовое расстояние, которое соединения американской армии должны были уметь преодолеть за время начального этапа наступления. Самому наступлению положено было быть решительным и обеспечивающим полный разгром противника или принуждение его к капитуляции на выгодных для США условиях. От наступательных действий с ограниченными целями офицерам U.S. Army предписывалось воздерживаться, дабы бесцельно не растрачивать имеющиеся силы и средства.

Исчезновение в 1991 году с карты мира Организации Варшавского договора и СССР резко снизило вероятность участия американской армии в большой войне на европейском ТВД. Почти полностью потеряла свою актуальность для Пентагона и способность американской армии взламывать сплошной фронт неприятеля. Теперь в роли наиболее вероятных противников U.S. Army выступали не брутальные русские Иваны с их танковыми «ордами», а многочисленные, но технически отсталые армии Ирака и Ирана, а то и вовсе парамилитарии с китайским клоном АК наперевес. Исходя из этого, американская военная мысль породила концепцию участия войск США в конфликтах низкой интенсивности (Low Intensity Conflict - LIC) за пределами Европы.

С этого момента армия США делала упор на тиражирование разнообразных подразделений специального назначения, сетецентричность, способность использования высокоточного оружия, повышение мобильности и маршевой скорости. Тяжёлые 203-мм буксируемые и самоходные артсистемы, способные сравнительно легко уничтожать вражеские укрепления, из американской армии исчезли. Вместо них, в дополнение к оставшимся 105-155-мм артсистемам и РСЗО M270 MLRS, были приняты на вооружение самая лёгкая в своём классе 155-мм буксируемая гаубица M777 и высокомобильная колёсная РСЗО M142 HIMARS. Место классической пехоты в американской армии заняли Stryker brigade combat team - механизированные бригады на бронемашинах Stryker, а также «лёгкие» пехотные бригады, использующие бронированные полноприводники HMMWV.

Кстати, воевать теперь американцы предполагали не столько корпусами и дивизиями, сколько бригадами, а чаще - отдельными тактическими группами, действовавшими под прикрытием авиации. Считалось, что такие группы идеально подходят для стремительных маршей, рейдов, охватов, а также для просачивания в тыл врага в условиях отсутствия сплошного фронта.

Работа над ошибками

К концу первого десятилетия XXI века в американской армии уже не имелось ни одного развёрнутого соединения корпусного уровня. Зато минимальное типовое расстояние, которое уже не соединение, а тактическая группа американской армии должна была проходить за время начального этапа наступления, выросло до 100 км. Сухопутные войска США продолжали «сползать» в парадигму проведения контртеррористических операций…

Уклон в сторону планирования/реализации общевойсковых операций в формфакторе разнообразных КТО наблюдался не только у американцев, но и в армии России. С определённого момента ВС РФ тоже подхватили «моду» на выполнение боевых задач не армиями-дивизиями-полками, а батальонными/ротными тактическими группами и отрядами подразделений специального назначения.

Операции U.S. Army в Ираке/Афганистане, а также операции ВС РФ в Сирийской Арабской Республике вроде бы доказали оправданность такого подхода американских и российских военных к действиям в LIC. Но дальше произошло неожиданное - начавшаяся 24 февраля 2022 года специальная военная операция по демилитаризации и денацификации Украины быстро вышла за рамки LIC, превратившись в самый масштабный военный конфликт в Европе после окончания Второй мировой войны. Устоявшиеся за первые два десятилетия нового века военные алгоритмы в условиях СВО продемонстрировали свою неэффективность.

Первыми на себе это испытала армия России, когда её БТГр и РТГр, в высоком темпе продвигавшиеся в глубь украинской территории, сначала замедлили движение, а затем и вовсе остановились, «увязнув» в отмобилизованных и значительно превосходивших по численности соединениях ВСУ.

Дождавшись, когда в непрерывных боях батальонные и тактические группы ВС РФ «сточились», 31 августа 2022-го украинские части перешли в контрнаступление в Херсонской области. Оно оказалось проблемным - в тяжёлых боях ВС РФ затормозили продвижение противника к Херсону. Тогда украинская сторона начала наносить удары американскими управляемыми ракетами GMLRS по переправам через Днепр, тем самым, строго по заветам своих заокеанских наставников, стремясь изолировать удерживаемый российскими войсками плацдарм на правом берегу Днепра.

6 сентября ВСУ предприняли «контрнаступ» в Харьковской области, где, в связи с нехваткой личного состава на передовой, оборона ВС РФ имела небольшую глубину и носила очаговый характер. Иными словами, сплошного фронта на харьковском направлении фактически не было. Воспользовавшись этим обстоятельством, украинские рейдовые группы на полноприводниках и лёгкой «броне», действовавшие в соответствии с концепцией использования подобных подразделений в U.S. Army, проскочили в ничем не прикрытые промежутки между российскими передовыми опорными пунктами, после чего внезапно атаковали эти «опорники» с тыла.

В российской обороне возникла брешь, в которую немедленно были брошены мотопехота и танки ВСУ. Чтобы избежать окружения, российским войскам пришлось откатываться к Купянску и Изюму. Стабилизировать фронт ВС РФ удалось лишь в октябре ценой ухода из Харьковской области. Оттеснив российские войска от Харькова, ВСУ усилили натиск на юге. 9 ноября Сергей Шойгу отдал приказ российским войскам оставить Херсон и занять оборону по левому берегу Днепра.

Главной причиной случившегося являлась уже упоминавшаяся нехватка личного состава в частях ВС РФ, действующих на украинском ТВД. В связи с этим ещё 21 сентября Владимир Путин подписал указ «Об объявлении частичной мобилизации в Российской Федерации».

Но только набором новых бойцов «работа над ошибками» российского военно-политического руководства не ограничилась. Украинские резервы, накопленные Киевом для нового (зимнего) наступления, оказались втянуты в «бахмутскую мясорубку» и там перемолоты. Тем самым российской стороной было выиграно время для подготовки собственных резервов, пополнения Объединённой группировки войск на Украине личным составом, вооружением и военной техникой, а также для создания близ линии боевого соприкосновения и в тыловой зоне глубоко эшелонированной обороны. Кроме того, в действиях ВС РФ наметился отход от практики использования БТГр и РТГр в пользу возвращения к выполнению боевых задач армиями, дивизиями и полками.

Цена почивания на лаврах

Ну, а что же противник? Судя по всему, вместо критического анализа событий осени 2022 года, командование ВСУ и его заокеанские кураторы предпочли почивать на лаврах. Принесшая осенью 2022-го Киеву успех американская концепция «высокомобильного» наступления была положена и в основу плана будущей летней кампании ВСУ. Её главной целью должен был стать прорыв на Запорожском направлении российской обороны за 72 часа на всю её глубину с последующим созданием угрозы для российского сухопутного коридора в Крым.

Ради решения этой задачи киевский режим подготовил наступательную группировку численностью примерно в 200 тысяч человек, значительная часть которых прошла обучение на Западе и была оснащена оружием, а также военной техникой западного производства. То есть летом 2023-го ВСУ готовились бросить в «контрнаступ» группировку, номинально почти соответствовавшую соединениям командования сухопутных войск США в Европейской зоне в 1988-м. При этом некоторые новые бригады ВСУ были сформированы по образцу современных бригад U.S. Army, как, например, та же 82-я отдельная десантно-штурмовая бригада, по оргштатному расписанию представлявшая собой украинский «клон» Stryker brigade combat team.

Сплошной фронт и обширные минные поля не позволяли украинцам повторить осенний фокус 2022-го с просачиванием рейдовых групп между российскими «опорниками». Поэтому совершать стремительный прорыв обороны ВС РФ теперь предстояло соединениям ВСУ, имевшим инженерную технику, БМП, БТР и поддерживаемых артиллерией. Некоторые из этих соединений в соответствии с наставлениями американцев были разбиты на тактические группы.

Преисполненные оптимизма украинские и американские планировщики ожидали, что российская оборона рухнет после первых же атак ВСУ. Затем по тылам российской группировки помчится на своих «Страйкерах» 82-я ОДШБр и другие, подобные ей «высокомобильные» соединения. Таков был план. Столкновения с реальностью в виде сплошного фронта и глубоко эшелонированной обороны ВС РФ он не выдержал.

Прописанные в современных американских уставах и наставлениях высокие темпы наступления в условиях летнего «контрнаступа» 2023 года выглядели как ненаучная фантастика. Вместо лихого «забега» в сторону Мариуполя, «Страйкеры» 82-й ОДШБр горели под Работино, бои за который продолжались на протяжении всего лета. За июнь, июль и август наступательная группировка ВСУ не смогла преодолеть даже первую из трёх, подготовленных российской армией оборонительных линий. К началу осени 2023-го на Запорожском направлении украинская армия сумела отодвинуть ЛБС лишь на 10 км, заплатив за это чудовищную цену.

«С начала так называемого наступления потери противника превысили 66 тыс. человек и 7600 единиц вооружения», - констатировал генерал армии Шойгу 5 сентября.

Резюмируя, можно отметить, что летом 2023 года, вместо стремительного прорыва российской обороны, украинские генералы получили трёхмесячное избиение ВСУ, ставшее следствием неумения (или нежелания?) американских генералов адаптировать свои методики проведения наступательных операций к реалиям украинского ТВД.

Повторюсь: СВО давно уже вышла за рамки LIC. Однако в Пентагоне этого почему-то не заметили, как и того, что к лету 2023 года американские «методички» на украинском ТВД откровенно устарели.

Выстроенная ВС РФ мощная оборона не была чем-то новым в военном деле. Напротив, она являлась «классикой жанра» даже не российских, а ещё советских уставов. И всё же такая оборона оказалась «не по зубам» ВСУ, чьё контрнаступление помогали готовить американцы.