Капитуляция, которая стала прологом к холодной войне

«Манёвры» Дёница

Перед смертью Гитлер назначил главнокомандующего ВМС Германии гросс-адмирала Карла Дёница рейхспрезидентом и верховным главнокомандующим, Йозефа Геббельса - имперским канцлером, фельдмаршала Фердинанда Шёрнера - главнокомандующим сухопутными силами. Однако Геббельс в должности рейхсканцлера пробыл всего день и покончил жизнь самоубийством. Тогда Дёниц сформировал новое правительство и стал добиваться капитуляции германских войск только на западном фронте, причём не сразу, а по частям, чтобы не вызвать негодование Сталина. И союзники поощряли такую тактику.

Так что расчёты Дёница не были столь уж фантастичны при всей их кажущейся нелепости. Как потом стало известно, именно в это время Уинстон Черчилль отдал указание фельдмаршалу Бернарду Монтгомери «старательно собрать германское оружие и складывать так, чтобы его легко можно было снова раздать германским солдатам, с которыми нам пришлось бы сотрудничать, если бы советское наступление продолжалось».

Британская и американская военные миссии ещё 21 апреля уведомили Москву, что в ближайшем будущем возможна безоговорочная капитуляция крупных сил противника на любом из участков главных фронтов: «Начальники объединённого штаба считают, что каждая из главных союзных держав, если она этого пожелает, должна получить возможность послать своих представителей для присут­ствия на переговорах по поводу любой из подобных капитуляций. Однако никакому предложению о сдаче не может быть дано отказа только потому, что будут отсутствовать представители одного из трёх союзников...».

Комментируя этот документ, в то время начальник оперативного управления советского Генштаба генерал-полковник Сергей Штеменко писал: «Мы дали на это своё согласие, хотя из текста его следовало: дескать, хотите вы или не хотите, а мы капитуляцию примем при любых обстоятельствах, даже если она будет, по сути дела, направлена против вас - наших союзников».

Красная армия не раз принуждала противника к капитуляциям, но они вели к общему успеху вооружённых сил стран антигитлеровской коалиции, а тут… Это потом уже выяснилось, что союзники разрабатывали операцию «Немыслимое» (авторство принадлежит Черчиллю. - Авт.), в ходе которой предполагалось использовать против Красной армии капитулировавшие части вермахта.

Правительство Карла Дёница понимало, что советское командование потребует безоговорочной капитуляции Германии, а отказ чреват полным уничтожением вермахта, поэтому предприняло разного рода военно-политические манёвры, в которые включились англичане и американцы. Немцы стали сдаваться союзникам чуть ли не в автоматическом режиме. 29 апреля 1945 года в королевском дворце в Казерте (Италия) был подписан документ о капитуляции группы армий «Ц». 4 мая был подписан акт о сдаче германских вооружённых сил в Голландии, Северо-Западной Германии, Шлезвиг-Гольштейне и Дании. 5 мая американский генерал Дж. Девере принял капитуляцию группы армий «Г» и было объявлено перемирие, которое распространялось на корабли и суда военно-морского и торгового флота, действовавшие против Англии. Однако сопротивление советским войскам продолжилось.

Дёница беспокоила судьба южной группировки, которую он также рассчитывал сдать американцам. Прибыв 5 мая по распоряжению Дёница в ставку Эйзенхауэра, адмирал Ганс-Георг Фриде­бург поставил перед союзным командованием вопрос о ча­стичной капитуляции немецких войск южного района. Однако ему объявили, что будет принята только общая безоговорочная капитуляция на всех фронтах, причём как на западном фронте, так и на советско-германском. Фридебург уехал ни с чем.

Считая условия Эйзенхауэра неприемлемыми, Дёниц на следующий день направил в Реймс генерал-полковника Альфреда Йодля, который принялся растолковывать намерение Дёница как можно скорее покончить с войной на западе и по-прежнему продолжать боевые действия на востоке. Более того, Йодль от имени германского командования потребовал предоставить 48 часов, то есть перенести капитуляцию на вторую половину 10 мая.

Эйзенхауэр одёрнул Йодля: если капитуляцию не подпишут немедленно, американцы возобновят воздушную войну. Однако потом «по техническим причинам» - из-за ненадёжности связи - изменил своё решение. Согласился на 48-часовую паузу. Подписание предварительного протокола о капитуляции произошло 7 мая в 2 часа 41 минуту. Компромиссное предложение Эйзенхауэра Дёниц расценил как «самое настоящее вымогательство», тем не менее вынужден был принять это требование.

Сговор в Реймсе

Получив от Дёница соответствующие указания, 7 мая в 2 часа 30 минут от имени германского Верховного командования генерал Йодль подписал условия капитуляции. В предварительном протоколе указывалось, что германское Верховное главнокомандование безоговорочно капитулирует как перед главнокомандующим союзными экспедиционными силами, так и перед советским Верховным Главнокомандованием. Оно обязалось немедленно отдать приказ армии и флоту прекратить активные боевые действия 8 мая с 23 часов 01 минуты по центрально-европейскому времени и остаться на позициях, занимаемых к этому моменту. В протоколе специально оговаривалось, что он не является всеобъемлющим документом о капитуляции Германии и её вооружённых сил, его можно было считать только предварительным.

Тем не менее на Западе войну считали уже завершённой. На этом основании США и Англия предложили, чтобы 8 мая главы правительств трёх держав официально объявили о победе над Германией. Москва не могла согласиться с этим по той причине, что боевые действия на советско-германском фронте ещё продолжались. Дёниц, санкционировав подписание протокола о безоговорочной капитуляции на всех фронтах, в то же время обязал генерал-фельдмаршалов А. Кессельринга, Ф. Шернера, генерал-полковников Л. Рендулича и А. Лёра как можно скорее отвести с восточного фронта на запад всё, что только возможно, а в случае необходимости с боем прорываться через советские линии.

Учитывая эти обстоятельства, правительство СССР не было уверено, что приказ о безоговорочной капитуляции будет выполнен немецкими войсками на советско-германском фронте. Отмечая это в посланиях главам правительств США и Англии, Сталин констатировал, что сопротивление немецких войск на советско-германском фронте не ослабевает, даже, наоборот, имеются сведения о намерениях значительной группы войск продолжить сопротивление. Он указывал на необходимость выждать момент, когда вступит в силу капитуляция немецких войск, то есть до 9 мая.

Маршал Георгий Жуков так рассказывал об этих событиях: «7 мая мне в Берлин позвонил Верховный Главнокомандующий и сообщил: «Сегодня в городе Реймсе немцы подписали акт о безоговорочной капитуляции. Главную тяжесть войны, - продолжал он, - на своих плечах вынес советский народ, а не союзники, поэтому капитуляция должна быть подписана перед Верховным командованием всех стран антигитлеровской коалиции, а не только перед Верховным командованием союзных войск. Я не согласился и с тем, - продолжал И.В. Сталин, - что акт капитуляции подписан не в Берлине, в центре фашистской агрессии. Мы договорились с союзниками считать подписание акта в Реймсе предварительным протоколом капитуляции. Завтра в Берлин прибудут представители немецкого главного командования и представители Верховного командования союзных войск».  

Позиция Сталина

Черчилль не согласился с этим предложением, ссы­лаясь на то, что парламент потребует от него информации относительно подписания предварительного протокола в Реймсе. В послании на имя Сталина он писал: «Для меня будет невозможно отложить моё заявление на 24 часа, как Вы это предлагаете». Настаивая на своём предложении, Черчилль хотел избежать возможности подписания Акта о безоговорочной капитуляции в занятом советскими войсками Берлине. Перспектива большого международного резонанса этой акции, где неизбежно была бы ярко выявлена решающая роль СССР в победе, его явно не устраивала. Поэтому Черчилль стремился сохранить в силе протокол, подписанный в Реймсе при относительном участии СССР.

В свою очередь президент Гарри Трумэн направил 8 мая послу СССР в США Андрею Громыко письмо следующего содержания: «Прошу Вас со­общить Маршалу Сталину, что его послание на моё имя было получено в Белом доме сегодня в час ночи. Однако, когда послание поступило ко мне, приготовления продвинулись вперёд настолько, что оказалось не­возможным рассмотреть вопрос об отсрочке объявления мною о капиту­ляции Германии».

Таким образом, правительство США также не при­слушалось к соображениям, изложенным в письме Сталина, и поспешило оповестить весь мир о капитуляции Германии перед американо-английскими вой­сками. Оценивая сложившуюся ситуацию, Сталин заявил:

«Капитуляция должна быть учинена как важнейший исторический факт и принята не на территории победителей, а там, откуда пришла фашистская агрессия: в Берлине, и не в одностороннем порядке, а обязательно Верховным командованием всех стран антигитлеровской коалиции. Пусть её подпишет кто-то из главарей бывшего фашистского государства или целая группа нацистов, ответственных за все их злодеяния перед человечеством».

Ещё накануне Сталин и Молотов договорились с представителями союзников считать процедуру в Реймсе предварительной капитуляцией. Союзники согласились также с тем, что откладывать дело не следует, и назначили подписание Акта о капитуляции по всей форме 8 мая в Берлине. Эйзенхауэр известил генерала Йодля, что германским главнокомандующим видами вооружённых сил надлежит явиться для совершения окончательной официальной процедуры в то время и место, какое будет указано советским и союзным командованиями.

Этот день Победы

Историки отмечают, что генерал армии Дуайт Эйзенхауэр вначале сам намеревался отправиться в Берлин. Однако из-за возражений Черчилля и своих ближайших сотрудников он отказался от этого решения, в чём вновь отчётливо проявилось стремление правительства Англии, а также нового руководства США принизить всемирно-историческое значение акта, фиксировавшего победу над германским фашизмом, которая была одержана при решающей роли Советского Союза.

Принятие безоговорочной капитуляции фашистской Германии Советское правительство поручило заместителю Верховного Главнокомандующего Вооружёнными Силами СССР Маршалу Советского Союза Георгию Жукову. Верховное командование экспедиционных сил союзников представлял заместитель Эйзенхауэра главный маршал авиации Великобритании А. Теддер, вооружённые силы США - командующий стратегическими воздушными силами генерал К. Спаатс, вооружённые силы Франции - главнокомандующий армией генерал Ж.-М. де Латтр де Тассиньи.

Они прибыли в середине дня 8 мая на Берлинский аэродром Темпельхоф. В тот же день под охраной английских офицеров из Фленсбурга были доставлены в Берлин бывший начальник штаба верховного главнокомандования вермахта фельдмаршал В. Кейтель, главнокомандующий ВМС адмирал флота Г. Фридебург и генерал-полковник авиации Г. Штумпф, имевшие полномочия подписать Акт о безоговорочной капитуляции. Церемонию подписания Акта открыл и вёл Маршал Советского Союза Георгий Жуков.

9 мая было объявлено в СССР Днём Победы. В этот же день в 1945 году Сталин в обращении к советскому народу сказал: «Теперь мы можем с полным основанием заявить, что наступил исторический день окончательного разгрома Германии, день великой победы нашего народа над германским империализмом».

…Войска вермахта в соответствии с актом капитуляции складывали оружие и сдавались в плен. Германские вооружённые силы, как и в целом Третий рейх, прекратили своё существование. По инициативе и настоянию Советского правительства 24 мая правительство Дёница было распущено, а его члены арестованы. Сам Дёниц был препровождён в Нюрнберг, где предстал перед судом.

Такая же мера была принята по отношению к руководителям высших командных органов - ОКВ и ОКХ, которые рассматривались как военные преступники и должны были предстать перед Международным военным трибуналом. Вся власть перешла к правительствам четырёх оккупационных держав - СССР, США, Великобритании и Франции. Юридически это было оформлено 5 июня 1945 года в подписанной в Берлине Декларации о поражении Германии.

Москва отметила День Победы торжественным салютом. А 24 июня 1945 года в Москве состоялся исторический Парад Победы. И никто из шагавших тогда по Красной площади ещё не знал, что уже началась очередная война - холодная.