Воевать надо до полной победы

Не упреждающий, а ответный

Прежде всего отметим, что российский удар по ВСУ 24 февраля 2022 года был не упреждающим, как убеждены многие, а ответным. Напомним, что после затишья начала 2022 года с середины февраля ВСУ резко интенсифицировали боевые действия против ЛНР: к 20 февраля украинские вооружённые формирования вели наступательные бои по всей ЛБС. Россия, пытаясь остановить агрессию дипломатическими средствами, после безуспешных призывов к Киеву остановиться, признала ЛНР и предупредила о намерении их защитить в случае продолжения агрессии. Однако Киев лишь интенсифицировал боевые действия.

Задачи, стоявшие перед ВСУ, не ограничивались захватом Донбасса и геноцидом его населения; они не собирались останавливаться на государственной границе Российской Федерации, намереваясь осуществить вторжение на нашу территорию, поскольку все другие способы втянуть Россию в непосредственный военный конфликт, чего добивался от Киева коллективный Запад, не сработали.

К 2022 году Киев сумел создать мощные вооружённые силы численностью до 300 000 штыков, хорошо вооружённые, обученные по стандартам НАТО, обеспеченные западными системами связи и технической разведки. И это была воюющая армия, имеющая восьмилетний опыт интенсивных боевых действий с равным противником (у ВС РФ такого на тот момент не было). Более полумиллиона украинских боевиков участвовали в «антитеррористической операции» (АТО), и те из них, что ушли в запас, в случае необходимости могли немедленно вернуться в строй.

Начиная с 2014 года украинцев и весь мир убеждали в том, что ВСУ сражаются в Донбассе не против своих бывших сограждан, не желавших фашистского режима, а против российских войск, которые якобы действовали на территории ЛНР. Помимо культивации в украинском обществе лютой русофобии, украинцев убеждали в необходимости «вернуть исконные украинские земли» в Брянской, Белгородской, Курской, Ростовской областях и в Краснодарском крае.

В феврале 2022 года никаких оборонительных рубежей на границе России с Украиной и Народными Республиками не было, и, скорее всего, в случае прорыва к ней украинских формирований, их не удалось бы остановить, и российские территории оказались бы оккупированы неприятелем. Что это означало бы для жителей, мы видим на примере Курской области. И дело тут не в ожесточении, возникшем в ходе затяжных боевых действий, - российские военнопленные, захваченные в плен в первый день СВО, были зверски замучены неприятелем.

В складывающейся ситуации никаких иных вариантов, кроме ответного асимметричного удара для защиты наших рубежей, не было, и он был нанесён, спутав карты неприятелю. ВСУ собрали мощную ударную группировку в Донбассе, в определённой степени оголив другие участки, и поэтому удары с иных направлений вынудили их срочно перебрасывать войска туда, чтобы купировать угрозы. Планы наступления на ЛНР и на российскую территорию были сорваны.

Но ни для освобождения всей или большей части Украины, ни для демонтажа фашистского режима сил не было - численность российской группировки была в два раза меньше количества штыков в ВСУ. Собственно, задача была осуществить принуждение к миру киевского режима по варианту августовской войны в Грузии. Что же до «жеста доброй воли» с отводом войск из Киевской, Черниговской и Сумской областей, то он был продиктован тем, что для удержания этих территорий просто не было войск. Однако принуждения из-за англо-американской позиции не получилось, а уже осенью последовал развал Харьковского фронта и оставление Херсона.

Гарантии сохранения нацистского режима

Воодушевление успехами осени 2022 года у противника не прошло полностью даже сейчас. И сегодня в Киеве есть те, кто всё ещё надеется на то, что ситуация изменится в пользу бандеровцев. Но их энтузиазм всё меньше разделяют спонсоры киевского режима в Европе и в Америке, полагая, что без заморозки боевых действий не удастся сохранить западный контроль над остатками Украины. И, соответственно, не получится подготовить украинские формирования к новому раунду войны против России. Именно эти задачи должны решить пресловутые «гарантии безопасности», которыми спекулируют Киев и «коалиция желающих».

Слова заместителя главы МИД РФ Александра Грушко о том, что лучшей гарантией безопасности Украины станет твёрдая гарантия безопасности России, указывают на главное препятствие для дипломатического пути завершения боевых действий на Украине.

«Если мы будем понимать, что территория Украины не будет использоваться как плацдарм для создания угроз безопасности России, тогда и безопасность Украины будет обеспечена», - заявил дипломат. И это действительно так - Москва была вынуждена начать СВО из-за той колоссальной опасности, которая проистекала для нашей страны с территории бывшей УССР, а ранее Юго-Западной Руси.

Освобождение всей территории четырёх новых регионов РФ, создание санитарной зоны в Сумской, Черниговской и Харьковской областях и даже проведение референдума на оставшихся под контролем Киева землях эту угрозу не уберут.

Ни один из ныне предлагаемых нашими западными контрагентами вариантов завершения боевых действий не только не решает эту проблему, но и способствует её сохранению. Строго говоря, угроза для нашей страны с этих территорий стала формироваться практически сразу же с момента провозглашения Украиной независимости. Собственно, антироссийские и русофобские нарративы в сознание населения этой союзной республики стали внедряться ещё до окончательного распада СССР, но после 1991 года это стала основой «державной» политики нового государства.

Градус русофобии колебался при различных правителях, но вектор оставался неизменным. И все эти тридцать с лишним лет силовые структуры Украины готовились к войне с нашей страной, активно участвуя в миссиях и учебных программах НАТО. После первого и второго майдана это даже не скрывалось.

Эта работа дала очевидные и обширные результаты - даже сейчас украинцы, погрузившиеся в отчаяние от холода, темноты и произвола ТЦК, не устают ненавидеть Россию и не сомневаются в необходимости борьбы с нашей страной. Причём пропагандистские выкладки подкреплены и личным - многие потеряли родственников и друзей в АТО и в нынешних боевых действиях.

Это к тому, что даже если провести на Украине действительно свободные выборы, возможность победы на них не то что пророссийских сил (которых сегодня там просто нет), но и тех, кто стремится к нейтралитету и мирному сосуществованию, нулевая. Просто вместо Зеленского выберут Залужного или кого-то ещё, ему подобного; главное, что в этом случае остатки Украины сохранятся под контролем Запада. И главным продуктом, производимым на этих землях, так и останется лютая русофобия. Причём отнюдь не только вербального, но и вполне прикладного характера.

Главная задача наших контрагентов - даже в случае прекращения боевых действий сохранить ВСУ как боеспособную и грозную силу. Настойчивое требование «коалиции желающих» о размещении западных контингентов на украинской территории связано не с желанием принять прямое участие в войне с Россией, а дать киевскому режиму передышку для восстановления боевых возможностей ВСУ и помощи в решении данной задачи.

Впрочем, её можно решить и без официального размещения контингентов, и уж точно без вступления в НАТО. Именно так готовили ВСУ (и весьма успешно) к войне с Россией в период 2014-2022 годов.

В этом смысле весьма показателен опубликованный в Politico материал о том, что Украина опасается, что ей придётся защищаться самой в случае нового вторжения России, а гарантии безопасности Запада окажутся бесполезными. Со ссылкой на украинских чиновников издание указывает, что «любые гарантии безопасности выглядят весьма ненадёжными», поэтому «план Б» Украины состоит в том, чтобы полагаться на собственные силы.

Всё это наводит на мысль, что на переговорах нам пытаются «продать воздух», представив отказ от размещения западных сил на Украине как уступку Москве, которая должна быть компенсирована усилением ВСУ. При том, что в реальности европейские страны и не собирались направлять свои контингенты из-за чрезмерной опасности возникновения прямого конфликта с Россией, чреватого эскалацией до ядерного предела.

Как обезопасить себя

Таким образом, «план Трампа» в той или иной редакции предполагает сохранение у нашей границы, пусть даже и продвинутого на запад, государственного образования с населением в пару десятков миллионов, руководимого нацистами-русофобами, склонными к терроризму. В их распоряжении будет достаточно сильная, закалённая 12-летними боями армия, имеющая колоссальный боевой опыт и получающая самое современное оружие Запада, его разведывательную и прочую поддержку.

И самое главное - западное финансирование, без которого этот режим не сможет существовать физически, будет обусловлено его усилиями по «сдерживанию России», то есть причинению нам всевозможных неприятностей. Уговаривать кого-то не будет необходимости - ненависть к русским у значительной части населения колоссальна, а идея реванша станет главным смыслом его бытия.

Гипотетически можно прописать в условиях мирного договора множество ограничений для ВСУ, как об этом говорилось ранее. Они, разумеется, встретят сопротивление со стороны Киева и «желающих», но даже если их удастся продавить, проку от них будет не слишком много. Можно вспомнить демилитаризацию Германии по Версальскому договору 1919 года, статьи которого немцы начали нарушать уже с начала 20-х годов, а с приходом к власти Гитлера и вовсе на него наплевали. Можно не сомневаться, что эти ограничения не будут соблюдаться ни одного дня. И западные «гаранты» будут не просто «не замечать» этих нарушений, но и активно им содействовать.

С высокой долей вероятности эта территория превратится в гнездо терроризма и производства наркотиков, при этом пресечение наркотрафика и борьба с терроризмом будет трактоваться Западом как нарушение «мирного договора». То есть речь идёт о воспроизведении ситуации с «Минскими соглашениями», но в ещё более худшем варианте.

Гарантии безопасности для нашей страны, о которых говорил Александр Грушко, могут заключаться лишь в одном - в физической невозможности использовать территорию бывшей Украины и остатки её населения в ущерб России. И тут только два варианта: или её вхождение в состав России, или превращение в подконтрольную нам буферную зону, полосу отчуждения вроде чернобыльской, слабо населённую, без серьёзных производств.

Подранка нельзя оставлять ни в коем случае, любой охотник скажет, что его необходимо добрать.