Польша от моря до Украины: проект европейской сверхдержавы

Жёсткий курс на стратегическое противостояние с Россией является консенсусной и неизменной величиной польской внешней политики, которая полностью разделяется всеми ключевыми политическими силами страны. Нынешний геополитический и экономический статус Польши нельзя описать однозначно: страна балансирует между амбициями европейского военного лидера и серьёзными финансовыми перекосами, которые несут угрозу для стабильности государства. Пока идут военные действия по соседству, польские обыватели вынуждены терпеть снижение уровня жизни и высокие счета за энергию. Но «чрезвычайка» не вечна.

Варшава в условиях эскалации напряжённости на континенте активно действует исходя из собственных интересов безопасности и региональных амбиций, поэтому рассматривать её как пассивный инструмент экспансии Лондона или Вашингтона было бы преувеличением. Англосаксы действительно активно поддерживают милитаризацию Польши, видя в ней противовес «старой Европе» - Парижу и Берлину. Польша также должна стать важным логистическим хабом на восточном фланге. Варшава согласна на роль ключевого союзника англосаксов, чьи геополитические цели по сдерживанию России в регионе полностью совпадают с польскими. Польская стратегия повышения собственного оборонного статуса во многом совпадает с интересами англосаксонской оси и не нарушает претензии Трампа на мировую гегемонию.

Чтобы стать вожаком в натовской стае нужны острые зубы и когти

Польша оформила свою заявку на военное лидерство в ЕС, официально провозгласив цель создать к 2030-2035 годам самую сильную и многочисленную сухопутную армию в Европе, доведя её численность до полумиллиона человек. Варшава уже тратит на оборону 4,7-5% своего ВВП - это самый высокий показатель среди всех стран НАТО, превышающий долю расходов даже США и Великобритании. Наполнение этого рывка происходит за счёт кредитов, которые придётся отдавать, а капитализация этих денег едва ли даст необходимую доходность.

Повышая свой военный статус, Польша не может не вступить в конкуренцию с региональными державами и пытается перехватить ярлык европейского тяжеловеса в сфере безопасности у Германии и Франции. Поэтому Берлин хоть и способствует становлению польского рынка вооружений, рассчитывая занять там со временем важное место, но при этом с опаской воспринимает сигналы, исходящие из окружения президента РП Навроцкого, лелеющего мечты о новых репарациях с Берлина, которые можно было бы монетизировать в военную помощь. Немцы и поляки солидарны против России в деле продвижения на Украину, но внутри Евросоюза они начинают толкаться локтями. Польша открыто критикует Германию за недостаточные темпы модернизации Бундесвера и стремится перехватить у неё статус главного гаранта европейской безопасности.

Военное усиление Варшавы меняет баланс сил в треугольнике «Париж - Берлин - Варшава» в пользу последней. Заодно Польша навязывает жёсткую антироссийскую повестку партнёрам по Вышеградской группе (особенно Чехии и Словакии) и координирует свои действия в основном со странами Балтии, которые разделяют её радикальный подход к безопасности.

Польша занимает первое место в Североатлантическом союзе по расходам на оборону в процентах от ВВП, и её траты на закупку современных вооружений могут ещё вырасти благодаря огромному притоку целевого финансирования, которым её накачивает Евросоюз. В 2022 году оборонный бюджет Польши достиг 15,1 млрд долларов, или 2,4% ВВП. По данным НАТО и Стокгольмского международного института исследований проблем мира, в 2026 году этот объём составит уже 55 млрд долларов, или 4,8% ВВП. За годы СВО менталитет польских элит переключился с целей обеспечения мирного процветания страны и возвращения трудовых мигрантов на подготовку к войне и милитаризацию экономики. В Сейме уже принято говорить о военных операциях, как раньше о дипломатии.

Новый курс правительства Польши состоит в том, чтобы максимально ускорить создание собственного ВПК, который должен стать базой для технологического рывка в науке и промышленности и укрепления военной составляющей польской внешней политики, причём внутри ЕС тоже.

Конрад Голота, заместитель госсекретаря Министерства госимущества Польши, выступая на конференции по безопасности Defence24 Days за несколько дней до подписания соглашения о безопасности, обозначил иностранным оборонным подрядчикам, что, если они хотят продавать продукцию в Польше, то им придётся инвестировать и передать технологию. Поляки настаивают на промышленной кооперации и совместных проектах с крупнейшими мировыми брендами смертоносных игрушек. Голота уверяет их, что Польша с её промышленной мощью становится одной из крупнейших экономик мира и «не будет просто сборочным конвейером, или бумажником, или кредитной карточкой».

Одной преданности Америке мало? Европа им поможет!

Тем не менее, вопреки оптимистичным заявлениям членов правительства, Польша остаётся крупным импортёром, прежде всего, американского оружия. Военные американские поставки Польше, объявленные в 2025 году, включали в себя: ракетные комплексы Javelin и связанный с ним пакет оборудования на сумму 780 млн долларов; услуги по обучению на сумму 200 млн долларов; оборудование F-35 на сумму 1,85 млрд долларов; бомбы малого диаметра GBU-39/B на сумму 180 млн долларов и AIM-120D Advanced Medium. Ракеты класса «воздух-воздух» большой дальнобойности - 1,33 млрд долларов.

Польша, при всех своих претензиях и амбициях, по-прежнему зависит от Соединённых Штатов, Южной Кореи и других производителей оружия, которые поставляют ей технологичные системы вооружения, такие как реактивные истребители, вертолёты, подводные лодки, тяжёлые боевые бронированные машины и системы противоракетной обороны.

Несмотря на высокую оценку Трампом роли президента Навроцкого в сохранении трансатлантической полезности Польши, отношения между Варшавой и Вашингтоном начинают пробуксовывать, хотя заокеанский вектор правящего класса под сомнение не ставится. Министр Косиняк-Камыш заявил, что Польша была бы готова разместить у себя 5000 американских военнослужащих, которые были выведены из Германии после ссоры между Трампом и канцлером Германии Фридрихом Мерцем. Но примерно неделю спустя Минобороны США передумало и внезапно решило отменить запланированное развёртывание контингента в 4000 военнослужащих в Польше. Даже если министр войны США Пит Хегсет создаст здесь передовой эшелон, переведя часть сил из Рамштайна в Жешув, командование в Норфолке не откажется от главных баз в ФРГ, Италии и Испании. Одной преданности в НАТО мало, нужен военный вес.

Как раз на праздник 8 мая премьер-министр Польши подписал соглашение с Еврокомиссией о получении кредитов на сумму 43,7 млрд евро для расходов на оборону. Польша стала первой страной, получившей займы в рамках программы Safety and Security in Europe, или SAFE («Меры по обеспечению безопасности в Европе»). Эта инициатива направлена на укрепление европейских арсеналов для «противодействия российской агрессии» и расширение возможностей ЕС по производству собственного оружия. Дональд Туск на церемонии подписания растрогался и даже попытался примирить на примере Польши разнонаправленные амбиции Европы и США. «Это также день, когда вся Европа показывает, что она извлекла урок из истории и что она готова, в соответствии с рекомендациями и в сотрудничестве с Соединёнными Штатами, взять на себя гораздо большую ответственность за нашу безопасность».

Кредиты ЕС по программе SAFE идут на внутренние закупки тяжёлого вооружения: гаубиц Krab и БМП Borsuk у польского холдинга PGZ. Массовый приток денег на оборону является важным дополнением к значительному увеличению бюджета, который резко возрос с началом российско-украинского конфликта, создавшего очаг напряжённости на востоке Польши. Начиная с 2022 года Польша передала Украине большую часть своих систем вооружения советских времён и с тех пор активно восполняла импортными системами лакуны в обороне. Теперь поляки решили локализовать производство части критических видов вооружений, к которым они относят дальнюю артиллерию, БМП и БПЛА. Для этого они развивают лицензионное сотрудничество с крупными корпорациями.

Польские оборонные фирмы получили в рамках программы милитаризации ЕС SAFE 3,7 млрд евро на производство артиллерийских снарядов калибра 155 мм. Об этом сообщает портал Defence24. Выпуск снарядов калибра 155 мм будет организован на пяти предприятиях, входящих в оборонный концерн PGZ (Polska Grupa Zbrojeniowa). Всего в рамках программы SAFE Польша должна получить 43,7 млрд евро. Планируется, что 89% этих средств поступят польским оборонным компаниям. Но отдавать их Брюсселю будет вся Польша.

Вице-премьер Польши и министр обороны Владислав Косиняк-Камыш обещал, что средства SAFE будут инвестированы в БПЛА и системы защиты от них, искусственный интеллект, пространственную съёмку и высокоточные боеприпасы дальнего действия. Программа оговаривает, что 65% стоимости компонентов оружия, покупаемого за счёт кредитов, должны приходиться на компании из ЕС или Украины, что, в первую очередь, исключает двух основных поставщиков Польши - Вашингтон и Сеул. А великодержавные амбиции требуют самостоятельности в сфере ВПК, то есть преимущественной интеграции с европейцами. Кроме того, Польша рассчитывает стать нетто-экспортёром вооружений, закрыв по некоторым позициям спрос в Восточной Европе, а потом и в Западной, где она столкнётся с жёсткой конкуренцией Франции, ФРГ, Швеции, а не только Турции и Чехии.

Косиняк-Камыш убеждает, что Польша больше всего сильна своими сухопутными войсками. К 2030 году ей предстоит набрать, обучить и экипировать 500 тыс. бойцов, что более чем вдвое превышает нынешнюю численность ВС страны, включая 300 тыс. военнослужащих на действительной службе, и ещё 200 тыс. резервистов высокой степени готовности. Кроме того, ставится задача привлечь и обучить 3000 специалистов в области информационных технологий и 1000 медработников. Министр поклялся, что у Польши будут «самые организованные и оснащённые» вооружённые силы на континенте.

Милитаризация бюджета: удушение экономики или модернизация промышленности?

Масштабные оборонные расходы оказывают на экономику Польши неоднозначное влияние в краткосрочной перспективе, но точно тормозящее в долгосрочной. Создаётся видимость оживления и создания рабочих мест. Но тянуть военный обоз вместо развития науки и перевода экономики на цифру - дело контрпродуктивное, а сочетать мирную эволюцию с военной у страны не хватит ресурсов. Расчёт на Европу может себя не оправдать, так как бесплатный сыр из SAFE бывает только в мышеловке Урсулы фон дер Ляйен. Оборонные расходы временно выведены из-под жёстких фискальных правил ЕС, что позволяет продолжать финансирование крупных инфраструктурных проектов. Де-факто это усугубляет дефицитность госфинансов, напрягая налогоплательщиков за счёт болезненного перераспределения средств социальных расходов бюджета в пользу неосязаемых обывателем расходов на безопасность и будущую войну.

На данный момент милитаризация тянет польский бюджет на дно. Польша сохраняет высокие темпы роста ВВП (около 3,4-3,5%), но этот рост держится на общем потреблении и вливаниях из фондов ЕС, а не благодаря оборонному сектору. Огромный госдолг, набранный под покупку иностранного оружия, ляжет тяжёлым бременем на польских налогоплательщиков на десятилетия вперёд, особенно, если на Украине наступит мир.

Международный валютный фонд (МВФ) и Capital Economics оценивают мультипликатор военных расходов Польши всего в 0,3. Это означает, что каждый потраченный на армию злотый приносит всего 30 грошей, добавляя к росту ВВП менее 0,2% в год. Страна пытается использовать военные контракты для трансфера технологий из Южной Кореи и США, чтобы в светлом будущем переформатировать свой ОПК и начать работать на экспорт. Но пока масштаб локализации в Польше незначителен, а собственной базы для разработок и продвижения на рынки не имеется. Польская промышленность привлекательна для внешних инвесторов как источник квалифицированной и дешёвой рабочей силы, однако это не делает ВПК страны полностью независимым.

Украина для Польши - форпост экспансии на Восток или токсичный сосед?

7-8 июля в Анкаре пройдёт саммит Североатлантического альянса, на котором будут обсуждаться финансовые проблемы, связанные с оборонными бюджетами его членов. Главным пунктом повестки дня саммита НАТО станет помощь Киеву. С начала СВО только НАТО передало Украине 375 млрд долларов без учёта индивидуальных выплат стран-членов альянса. В карман Зеленского из Европы перетекло в общей сложности более 200 млрд евро «помощи»: 100 миллиардов «дали» немцы, 50 - французы и 25 миллиардов - поляки.

Как пишет Myśl Polska, спонсоры попробуют подсчитать расходы и оценить эффективность помощи Незалежной на потраченные миллиарды. Польша, особенно после скандалов с чествованием «героев УПА» (здесь и далее - экстремистская организация, запрещённая в РФ), как один из главных спонсоров Киева, на этот раз вполне может оказаться в одном окопе с Дональдом Трампом. Как утверждает портал The European Conservative, «обостряющийся дипломатический конфликт между Киевом и Варшавой повышает вероятность того, что Польша может стать новым препятствием на пути Украины к членству в ЕС». Особенно после того, как Венгрия сняла свои возражения.

Если курс политического руководства Польши сместится в сторону усиления конфронтации из-за нерешённых вопросов, связанных с чествованием боевиков УПА, то Киев могут ожидать ещё большие проблемы. Отказ от безусловной и слепой поддержки Владимира Зеленского, включая первые жёсткие требования Варшавы пересмотреть оценку деятельности УПА и Мельника, - это реальный и долгосрочный поворот к прагматизму, а не просто заигрывание с правым электоратом.

Романтический период «безграничной солидарности» поляков с «украинскими борцами за свободу» начала 2022 года сменился жёстким отстаиванием собственных интересов. Польша прямо увязывает вопросы дальнейшей интеграции Киева в ЕС и поставок некоторых видов оружия с решением исторических споров: признание ответственности за Волынскую резню, категорический отказ от героизации бандеровцев и мельниковцев.

Как сообщило польское агентство аэронавигационного обслуживания (PANSA), в восточной части Польши вдоль границы с Белоруссией и Украиной вводится ограничение воздушного движения. Похоже, что Варшава хочет застраховать себя от пролётов по своей территории «неопознанных» украинских дронов на случай резкого обострения обстановки. Ограничения вводятся с 10 июня по 9 сентября 2026 года, но не распространяются на полёты пассажирской авиации на высоте более трёх километров. Польские ВС стерилизуют воздушное пространство и границу с Белоруссией и Украиной на всей её протяжённости. Видимо, не исключается вариант ответки со стороны России по транзитным странам, если атаки ВСУ вглубь нашей территории с их согласия продолжатся. Воевать с русскими напрямую не хочется.

При этом Варшава не планирует сворачивать накачку Киева оружием. Польша остаётся главным логистическим хабом НАТО (аэродром Жешув), продолжает передачу техники как, например, финальные партии МиГ-29 в начале 2026 года, и активно развивает с Украиной совместное производство беспилотников. В мае Польша прочно заняла место Словакии, которая была вторым по величине поставщиком электроэнергии на Украину. Однако из-за скандала с остановкой транзита российского газа в Европу и приостановки транспортировки нефти из России перетоки между странами встали. Украина долго не смогла выдерживать без дополнительных объёмов, их сейчас обеспечивает Польша.

Польская стратегия сегодня - это прагматичное использование Украины как оборонительного буфера против России при одновременном жёстком экономическом и историческом давлении на Киев ради обеспечения доминирующего положения Варшавы в Восточной Европе после окончания конфликта. При этом поражение Киева в СВО рассматривается правительством Туска как прямая угроза польской безопасности. Поствоенное урегулирование мыслится только при полном контроле «коалиции желающих» над западными областями Незалежной. Пересмотр отношений с Россией вообще не стоит на повестке дня, а жажда наложить руку на «восточные кресы» перевешивает прагматизм польского бизнеса.

Варшава готовится к походу на Москву?

Такие глубокие рецидивы геополитического проекта Юзефа Пилсудского с Польшей «от моря до моря» возможны только при наличии зримой внешней угрозы. Поэтому от русофобии как стратегии существования Варшава в ближайшее время не откажется, даже если поляки положат зубы на полку. Любая смена правительства, будь то уход из правительства Дональда Туска или возвращение к власти правых консерваторов из «Права и справедливости», не повлияет на вектор национальной безопасности Польши. Опасения деловых кругов относительно потери восточных рынков, дешёвой энергии и транзитных доходов полностью игнорируются политическим классом.

На данном этапе в пассионарном польском истеблишменте соображения геополитического сдерживания России обладают абсолютным приоритетом над экономической целесообразностью. Видимо, Польше придётся смирить свой размах, но отказываться от бреда Пилсудского пока никто не собирается.