Дамоклов меч Евросоюза

Накануне выборов в Европарламент терроризм, похоже, приобрел откровенно политизированную окрашенность. Из-за волнений и протестов «желтых жилетов» еврооптимисты-реформаторы с их идеологом  президентом Франции Эмманюэлем Макроном проигрывают  евроскептикам во главе с премьер-министром Венгрии Виктором Орбаном. И в основном по вопросам прибытия и расселения беженцев, ужесточения борьбы с терроризмом. Кстати, последний, как это страшно ни звучит, превратился и в одну из козырных карт, используемых в политической конкуренции.

Так, в январе этого года канцлер Германии Ангела Меркель предостерегла Европу от катастрофы, к которой, по ее мнению, могут привести политика национализма и возросшие националистические настроения.

Приверженность гуманитарным ценностям, укоренившимся со второй половины XX века, не очень-то способствует решению конкретных задач по ликвидации международного терроризма в Европе, так как адепты глобализма оказываются в большей мере обеспокоены нарушением общепризнанных прав и свобод граждан и проявлениями национализма под «знаменем борьбы с терроризмом».

Масла в огонь подбавляет и то, что в декабре прошлого года Генассамблея ООН, не без труда, провела через голосование Глобальный договор о беженцах, требующий обеспечить безопасность переселенцев и их доступ к рынкам труда.

За последние пять лет европейцы привыкли находиться в напряжении в связи с террористической угрозой, 2018 год не стал исключением для активности экстремистов в Европе, отметившихся рядом терактов. Полной статистики по террористическим атакам в Европе за прошлый год пока нет. Зато в июне 2018 года вышел ежегодный отчет Европола - интегрированной полицейской службы ЕС, в котором содержатся исчерпывающие сведения на эту тему за 2017 год: число терактов в Европе увеличилось на 45% по сравнению с 2016 годом.

Жертвами атак радикальных исламистов стали 68 человек, а годом ранее - 144, ранения получили 844 гражданина. По данным экспертов, в 2017 году основной целью террористов была Великобритания: там было совершено 107 нападений или попыток  их осуществления. Во Франции - 54, Испании - 16, Италии - 14, Греции - 8. По две террористические атаки зарегистрированы в Германии и Бельгии, по одной - в Финляндии и Швеции. В общей сложности правоохранительные органы задержали в 2017 году 975 подозреваемых в террористической деятельности. В 2016 году эта цифра составляла 1.002 человека. В отчете подчеркнута сложность организации борьбы с террористами-одиночками, информацию о которых трудно получить на стадии их подготовки к нападению.

Руководитель Европола Катрин де Болле утверждает: «Исламистские атаки унесли больше человеческих жизней, чем другие нападения. Они чаще всего попадают в поле зрения общественности».

Так что недавнее заявление президента США Дональда Трампа о том, что «Исламское государство» (террористическая организация, запрещенная в России, - ред.) повержено Америкой, в комментариях не нуждается.

Между тем полицейские ведомства ЕС и США провели согласованную операцию против ресурсов террористов в социальных сетях. Радикалы использовали для экстремистской пропаганды 150 различных виртуальных площадок, в том числе ориентированных на женщин и подростков. Фактором террористической угрозы является не столько сам наплыв беженцев, сколько то, что значительная часть мигрантов не желает и не стремится интегрироваться в новую для себя среду. Но при этом не гнушается умело использовать в своих интересах основополагающие принципы либеральной западной демократии: свободу вероисповедания и право на воссоединение семей.

В больших европейских городах создаются относительно автономные анклавы мигрантов, что не только создает значительные неудобства для коренных граждан, но изначально делает такие поселения благодатной почвой для экстремистской агитации и возникновения в них банд террористов с деньгами, оружием, транспортом, средствами связи.

Проводить работу в таких анклавах силовым структурам крайне затруднительно. Зачастую полиции и спецслужбам удавалось  получить информацию о готовящихся терактах, но они как-то вяло реагировали на это. Складывалось впечатление, что и до, и после преступления власти были больше заинтересованы в поддержании собственного статус-кво, чем в расследовании. Когда в июле 2016 года в Ницце террорист убил 84 человека, национальные и региональные телеканалы едва ли не больше, чем самому теракту, уделяли внимание острой дискуссии властей страны с руководством Ниццы о том, насколько целесообразно оперативное многостороннее освещение такого рода событий.

Эффективная профилактика, предотвращение и борьба с терроризмом в современном мире возможны только при их согласованности на наднациональном уровне. Взаимонепонимание по миграционному кризису и проблеме преступности из среды беженцев между Германией и Францией, с одной стороны, и Италией, Австрией, Венгрией и Чехией, с другой, явно не способствует снижению уровня террористической угрозы и развитию системного противостояния терроризму в Европе. Так что свет в конце тоннеля пока по-прежнему отчетливо не виден.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.