Тихое преимущество: в чём уникальность российского бесшумного оружия

Изобретённый в конце XIX столетия, глушитель для огнестрельного оружия не сразу отыскал себе место на поле боя. Несмотря на то, что производство приборов малошумной стрельбы было налажено накануне Первой мировой войны, военных новинка не заинтересовала. Глушители разных конструкций продавались свободно - как приспособление для охотников, позволяющее, в случае промаха, не спугнуть дичь грохотом выстрела.

Однако с началом Второй мировой войны ситуация изменилась: на театр боевых действий вышли бойцы сил специальных операций. Накопленный в период между войнами технический потенциал сделал диверсантов реальной и грозной силой: появилась возможность скрытно доставлять их на территорию противника - десантировать с воздуха или подводных лодок, поддерживать с группами радиосвязь и координировать их действия. Дерзкие рейды за линией фронта стали причинять ощутимый ущерб.

Прообразу современного спецназа отчаянно не хватало бесшумного оружия. Так, в первые годы войны британские коммандос вооружили… арбалетами! Это архаичное оружие испытал и немецкий абвер, и американское управление стратегических служб, отметившееся созданием примечательной рогатки-пистолета Little Joe.

Ваше слово, товарищ «БраМит»

Рогатки и арбалеты в то время не занимали, пожалуй, только отечественных оружейников. За 19 лет, прошедших с момента окончания Гражданской и до начала Великой Отечественной войны, Советский Союз смог разработать и ввести в строй целый ряд впечатляющих новинок в области стрелкового вооружения, например, абсолютно революционную самозарядную винтовку Токарева (СВТ). Действительно, передовая военная мысль СССР того времени верно определила роль приборов малошумной стрельбы - как принадлежность разведчиков и диверсантов. В 1940 году на вооружение был принят комплекс «БраМит» для винтовки Мосина - глушитель и специальный «бесшумный» патрон.

Этот глушитель (или ПБС - прибор бесшумной, беспламенной стрельбы) был разработан Василием и Иваном Митиными, отсюда сокращение «БраМит», то есть «братья Митины». Устройство представляло собой стальной цилиндр, разделённый на две каморы, выход из которых перегораживали обтюраторы - цилиндрические прокладки из каучука. При выстреле большая часть пороховых газов оставалась запертой в первой каморе, откуда стравливалась через отверстия в корпусе. Остаток газов, прорвавшихся вслед за пулей во вторую камору, расширялся и терял давление. Резиновые «шайбы» выдерживали до 200 выстрелов, после чего подлежали замене.

Использовать «БраМит» предписывалось со специальным патроном, который назывался «Малозарядным» или просто «Бесшумным». Он отличался уменьшенной навеской пороха и снаряжался пулей типа «Л» (9,6 г, «лёгкая»). Для визуального отличия «бесшумные» патроны маркировались зелёным или чёрным лаком.

Общий тираж «БраМитов» неизвестен, но глушитель не был каким-то редким изделием. Согласно сохранившимся документам, только в сентябре 1941 года два ленинградских завода произвели свыше 5.000 «БраМитов» по заказу разведывательного управления Ленфронта. Несмотря на секретный статус изделия, в ходе войны глушители широко поставлялись партизанам. Использовали «БраМиты» не только разведчики и диверсанты, но и армейские снайперы, впрочем, довольно ограниченно, так как эффективная дальность стрельбы с устройством была небольшой из-за значительного разброса попаданий.

В Германии трофейные советские глушители модифицировались под винтовку Маузера и использовались под обозначением Schalldampfer 254(r). Позже конструкция «БраМита» была скопирована для StG 44 - одиозного «штурмгевера», но наладить массовый выпуск устройств немцы не успели.

ПБС-1: без шума и пламени

Война завершилась, и специальное оружие больше не понадобится, по-видимому, так полагали западные военачальники. Работа над новыми образцами прекратилась, более того, англичане (позабыв, видно, историю с арбалетами) без задней мысли отправили в переплавку свой бесшумный карабин «Де Лизл». Иначе смотрели на эти вещи в СССР, уже не мысля структуру пехотного вооружения без «тихих» автоматов и винтовок для разведчиков - сказывался колоссальный опыт, полученный в ходе войны.

В начале 1950-х годов НИИ-61 (ЦНИИТОЧМАШ) получил заказ на разработку единого глушителя для всех новых образцов штатного вооружения взвода - автомата Калашникова, карабина Симонова (СКС), ручного пулемёта Дегтярёва (РПД). Отработка комплекса, состоящего из дозвукового патрона 7,62Х39 УС («уменьшенной скорости») и многокамерного глушителя, отняла около 5 лет - немалый срок. За это время, например, СКС успел сойти со «сцены»: в стрелковых частях его заменил АК. Но и задача была сложная - требовался универсальный инструмент, который бы обеспечил действия солдат в засаде, разведке, в условиях ночного боя.

Заказчик предъявлял повышенные требования к кучности боя, пробивной способности пули - в результате эффективная дальность огня составила 400 метров, причём на этой дистанции пуля дозвукового патрона пробивает стальную каску. Отметим, что на испытаниях новый глушитель сравнивался (и не сразу превзошел!) с изделием братьев Митиных.

ПБС-1 встал на вооружение практически одновременно с модернизированным автоматом Калашникова. И, что интересно, поныне продляет век АКМ в армии: 7,62-мм автомат в сочетании с ПБС (обозначается, как АКМБ) является основным бесшумным оружием российских войск. Этот «дуэт» прошёл так много войн и конфликтов, так примелькался и стал настолько обыденным, что не сразу сообразишь, а, ведь и спустя 60 лет,  он остаётся непревзойдённым. На вооружении стран НАТО такого функционального комплекса нет.

Дело в том, что лёгкие высокоскоростные пули патрона 5,56Х45 NATO бессмысленно «тормозить» ниже скорости звука - они потеряют всякую поражающую способность (равно как и отечественные 5,45Х39). Распространённые в НАТО «тактические глушители» (ПМС) гасят вспышку, снижают громкость «выхлопа» пороховых газов. Но ударная волна идущей на сверхзвуковой скорости пули сохраняется. А это второй по значимости демаскирующий фактор выстрела. Любой западный автомат с «тактическим глушителем» прекрасно слышен на сотни метров. В то время как «работа» АКМ с ПБС-1 неразличима уже с десятков метров.

Навёрстывать упущенное ВС США бросились только в 2010 году, приняв на вооружение боеприпас .300 ААС (7,62Х35 мм в метрической системе) - фактически аналог советского 7,62Х39 мм, разработанный по заказу американских спецподразделений. Уступая в баллистике отечественному патрону на сверхзвуковых скоростях и примерно соответствуя в дозвуковом варианте, .300 ААС наконец-то позволил спецназу США получить бесшумный комплекс на базе модифицированного карабина М4, равный по возможностям «дедушке» АКМБ.

Впрочем, с оговорками: во-первых, АКМ с ПБС-1 - это массовый комплекс для армейских разведчиков, в то время как о распространённости М4 в калибре .300 ААС говорить не приходится. Во-вторых, АКМ - полноценный общевойсковой автомат, и если уж возникла необходимость «пошуметь», глушитель снимается, и в ход идёт вся номенклатура боеприпасов, вплоть до бронебойно-зажигательных. В то время как М4 в калибре .300 ААС - узкоспециальное оружие, не способное заменить штатный автомат. В этом отношении оно похоже на отечественные специальные комплексы ВСС «Винторез» и АС «Вал», однако их боеприпасы 9Х39 значительно превосходят характеристики как 7,62Х39 УС, так и дозвукового .300 ААС.

Не имеющее преимуществ АКМБ и ВСС, зато обладающее их недостатками, оружие под новый американский калибр наглядно показывает, как далеко вперёд ушла отечественная «оборонка».

Дела секретные

Несмотря на все плюсы, ПБС-1 не является идеальным «инструментом» (да и не бывает такого), врождённые недостатки комплекса - это, например, сильная загазованность места стрельбы, вплоть до слезотечения при отстреле нескольких магазинов подряд. В ясную погоду скапливающееся облачко пороховых газов может демаскировать позицию. Обтюраторы выдерживают 200 выстрелов - чуть меньше 7 магазинов. После их замены автомат нуждается в повторной пристрелке.

В начале 1980-х годов ЦНИИТОЧМАШ начал работу над третьим поколением бесшумного оружия, лишённого вышеперечисленных недостатков. Работы велись под шифром «Винторез». Кто бы мог тогда подумать, что абсолютно секретная разработка, спустя пару десятилетий, станет символом «Russian spetsnaz» за рубежом, а так же «иконой стиля» для поклонников оружия: привлекательная «внешность» «Винтореза» сделает винтовку героиней бесчисленных компьютерных игр.

Сердцем нового комплекса стал патрон 9Х39 мм, обладающий выдающимися характеристиками для дозвукового боеприпаса. Если 7,62Х39 УС, как мы помним, на дистанции в 400 метров способен пробить противоосколочную каску, то «девятка» прошьёт лёгкий бронежилет. А на 100 метрах бронебойный патрон СП-6 проделает отверстие в 8-мм стальном листе - достаточно, чтобы «разобраться» с любым средством индивидуальной защиты. «Выжимание» бронебойных качеств из дозвуковых патронов - удивительное ноу-хау отечественных оружейников.

«Беззвучность» комплекса обеспечивается интегрированным глушителем, в который заключён перфорированный ствол оружия. Во время выстрела раскалённые газы стравливаются в его корпус, где происходит их завихрение, разделение на противоположные потоки, за счёт чего они тормозятся и гасятся. При этом канал для пули остаётся открытым - она не пробивает резиновых прокладок, как в ПБС-1 или «БраМите», что положительно сказывается на точности. Кроме того, такая конструкция допускает продолжительное ведение огня, в том числе очередями, без снижения эффекта шумоподавления.

ВСС «Винторез» и специальный автомат (АС) «Вал» - уникальные комплексы. Обычно, когда говорят, что оружие не имеет аналогов, имеется в виду, что тактико-технические характеристики конкурентов ниже. Но в данном случае аналогов нет даже по задумке: этот комплекс просто не с чем сравнить, он один-единственный.

Несмотря на то, что приоритет отечественной оружейной промышленности в этой области обеспечен на десятилетия вперёд, российские конструкторы не думают почивать на лаврах: ВСС и АС уже прошли модернизацию, был создан новый патрон 7Н12. На подходе - новые образцы под боеприпас 9Х39: в 2017 году стало известно о работах над малогабаритным автоматом АМБ-17 в концерне «Калашников».