Черный фломастер: сувенир на память или метка Нетаньяху

Не успел президент США Дональд Трамп вручить премьер-министру Израиля Биньямину Нетаньяху на память черный фломастер, которым подписывал декларацию о признании израильского суверенитета над сирийскими Голанскими высотами, как последовала первая и весьма показательная реакция на эту американскую  инициативу. Из сектора Газа палестинцы начали обстреливать ракетами территорию еврейского государства. Как это почти всегда бывает, в ответ израильская армия начала операцию, а еще через несколько дней совершила ракетный обстрел в районе сирийского Алеппо, срывая зло на сирийцах, не желающих смириться с израильской оккупацией Голан.

Обмен ударами наиболее контрастно показал, что толку, тем более пользы от затеи Трампа с «узакониванием» израильской аннексии не будет никакой. Один сплошной вред, обострение старых и возникновение новых проблем, которые лишь  осложнят ситуацию на и без того взрывоопасном Ближнем Востоке.

Вместо умиления и аплодисментов, на которые, возможно, очень глубоко в сердце, рассчитывал нынешний хозяин Белого дома,  Вашингтон попал в полную изоляцию, став объектом критики со стороны мирового сообщества, неожиданно обнаружившего и продемонстрировавшего редчайшее за многие годы единодушие.   

Причем Вашингтон не поддержали даже такие «дисциплинированные»  союзники, как Великобритания, Канада, Франция, Украина. Чехия, которая в свое время пошла на поводу у американцев и решила переселить свое посольство из Тель-Авива в Иерусалим, и та выразила недовольство.   

Второй по счету деструктивный шаг Трампа, касающийся непосредственно  ближневосточного урегулирования (первым оказалось принятое в декабре 2017 года решение о переносе своего посольства из Тель-Авива в Иерусалим), вызвал резкую и негативную реакцию со стороны Европейского Союза, Лиги арабских государств, Сирии, России, Турции и других.  Дамаск обратился в ООН с требованием созвать экстренное заседание Совета Безопасности, а постпред САР в ООН Башар Джаафари даже предложил Трампу заодно отдать своему союзнику Израилю пару каких-нибудь американских штатов, например, просторную Южную Каролину, если уж  он так о нем заботится. В совместном заявлении Франции, Великобритании, Германии, Бельгии и Польши - то есть постоянных и непостоянных членов СБ ООН - говорится о том, что Голанские высоты не являются израильскими территориями, а их силовой захват противоречит нормам международного права.

Если суммировать смысл оценок очередной американской инициативы, они сводятся к тому, что Вашингтон нарушает международное право, усиливает напряженность,  подрывает усилия международного сообщества по урегулированию  ближневосточных проблем. 

Решение Трампа Нетаньяху и его сторонники встретили с восторгом, назвав его историческим событием, восстанавливающим справедливость. В то же время в Израиле прекрасно понимают, что де-факто аннексированные Голаны (в 1981 году кнессет, то есть парламент, принял соответствующий закон, который почти никто в мире не признает) сегодня и так находятся под контролем Израиля, а освобождение этих сирийских территорий не стоит ни в сегодняшней, ни в ближайшей повестке. Никто израильтян, а их там за годы оккупации осело не менее 20 тысяч, сегодня не собирается выгонять. Хотя возвращение Голан  является непременным  условием заключения мирного соглашения между Дамаском и Тель-Авивом. Проблема по сути находится в замороженном состоянии. Таким образом, никакого практического смысла решение Трампа  признать суверенитет Израиля над этим куском суши не имеет. Многие наблюдатели сходятся в том, что кроме новых, да и уже подзабытых рисков, Трамп ничего другого не получит. Например, недовольство попавших в двусмысленное положение монархий Персидского залива.

Смысл в другом. Во-первых, Дональд Трамп решил оказать поддержку Нетаньяху, стремящегося во что бы то ни стало сохранить за собой пост премьер-министра, незадолго до парламентских выборов, намеченных на 9 апреля. Трамп, связанный личными симпатиями, вместо того, чтобы «не будить лихо пока оно тихо», поднял вопрос, без всякой острой нужды, о признании  суверенитета над Голанскими высотами. Расчет делается на то, что  израильские избиратели оценят значение Нетаньяху, ради дружбы с которым США идут на ссору со всем остальным миром, изо всех сил стараясь укрепить безопасность Израиля, а потому отдадут за него дополнительные голоса. Ведь именно при нем двусторонние отношения поднялись до заоблачных  высот. К тому же над Нетаньяху дамокловым мечом повисли три уголовных дела, а некоторые политики обещают не вступать с ним в коалицию, даже если его партия победит на выборах и президент поручит ему после выборов формировать  правительство. Поддержка со стороны Вашингтона пришлась как раз вовремя.

Во-вторых, поддерживая Нетаньяху и заботясь об укреплении безопасности Израиля, Трамп начинает зарабатывать очки и для себя, нацеливаясь уже на предстоящую в следующем году предвыборную кампанию. Ему важно получить голоса даже не столько еврейских избирателей, сколько американцев-евангелистов, которые традиционно поддерживают Израиль, считая это чуть ли не святой своей обязанностью перед Богом. Ведь их ни много ни мало, а более 60 млн человек, то есть почти четверть населения США. В этой связи тема Голан логично вписывается в стратегию строительства прочных союзнических связей США с Израилем. Поэтому интерес здесь вполне взаимный.

В этих условиях, когда на карту для Трампа поставлено очень многое, ему абсолютно наплевать на международное право, мнение союзников, клиентов, друзей и недругов. 

Ему даже все равно, что в свое время резолюции СБ ООН 242 и 338 о необходимости отвода израильских войск на границы, существовавшие до июня 1967 года, вырабатывались с участием американских дипломатов. Надо будет, США снова и снова изменят свою точку зрения. Не считаясь ни с кем.

Скорее всего,  следующим сюрпризом, который Трамп вытащит из своего мешка, окажется так называемая «сделка века», план ближневосточного урегулирования, который Вашингтон уже начал расхваливать чуть ли не в качестве панацеи от всех ближневосточных бед и грозит обнародовать после выборов в Израиле.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.