D-Day: о чём не говорят, чему не учат «союзники»

Скажу честно, когда я увидел русскоязычный вариант картинки, я не поверил. Подумал, ну фейк же, ну не может пресс-секретарь Белого дома такое ляпнуть. За такое во времена «маккартизма» можно было или «вышку» получить, или «пропасть» при любезной помощи ФБР.

Но не скрою, мне стало любопытно. Потому что «День Д» до сих пор во многом закрыт грифом секретности у наших дорогих западных «партнёров и союзников». И я начал искать первоисточник. В уважаемом британском издании «The Independent» появилось не только видео с участием Хизер Нойерт, но и цитаты её выступления.

Чтобы читатель понимал, «Индепендент» - британское издание, до 2016 года ежедневная газета. Была основана в 1986 году как независимая национальная утренняя газета. Идеологически близка к либерально-демократической партии, особое внимание обращает на проблематику прав человека. Тираж газеты в 2009 году составлял 183,5 тыс. экземпляров. А в Великобритании существует не только «highly likely» на уровне правительства, но и столь умирающая сейчас профессия, как журналистика, когда журналист, а затем и редактор несёт ответственность за каждую букву, которая появилась на страницах его издания.

Наиболее интересные цитаты представительницы Соединённых Штатов выглядят так: «We have a very strong relationship with the government of Germany,» Heather Nauert said.

«…Tomorrow is the anniversary of the D-Day invasion. We obviously have a very long history with the government of Germany, and we have a strong relationship with the government of Germany.»

Перевод автора: «У нас очень прочные отношения с правительством Германии», - сказала Хизер Науэрт. «…Завтра годовщина вторжения "Дня Д". Очевидно, что у нас очень долгая история с правительством Германии (быть может, в данном контексте с Третьим рейхом? - Авт.), и у нас прочные отношения с правительством Германии».

Тут на самом деле три варианта, хотя один из них мы уже исключили:

1. Хизер Нойерт просто дура, а Дональд Трамп любит красивых дур.

2. Это фейк. Но мы уже доказали, что не фейк, а факт.

3. И самый интересный третий вариант. Она проболталась о совершенно секретных договорённостях между союзниками (Британией, Соединёнными Штатами Америки и Канадой) и Третьим рейхом. В последние дни über alles германские генералы и партийные бонзы больше всего боялись не так называемых советских союзников, а Красную Армию и «распространение коммунизма» по всей Европе, уставшей от национал-социализма и ещё не познавшей интернационал-социализма.

Тем самым история показала, что вермахт явно стянул в D-Day недостаточно сил на участок прорыва. И Abwehr, который даже в последние годы и месяцы войны был мощнейшей структурой разведки и контрразведки, прошляпил (не умышленно ли!) прорыв на побережье, в который пошли легковооружённые пехотинцы и малая толика тяжёлой техники. То есть задавить всю эту союзническую шантрапу парой танковых дивизий не составляло особого труда. Во всяком случае на Восточном фронте немцы до последних дней дрались отчаянно, искусно и мужественно. В окрестностях озера Балатон и на Зееловских высотах вермахт отступил только из-за многократного преимущества в авиации и тяжёлых танках Красной Армии - но при этом оказал ожесточённое сопротивление.

Да, 156.000 британцев, канадцев и американцев остались на пляже Нормандии. Но мы уже убеждались, и не раз за историю, что для политических элит Великобритании и США жертвы - это всего лишь политический козырь. От Пёрл-Харбора до 11 сентября с башнями-близнецами. 

Хизер Нойерт довольно откровенно сболтнула про «День Д», который, похоже, и был совместной операцией союзников и Третьего рейха. Так как сепаратные переговоры под руководством руководителя резидентуры Управления стратегических служб в Берне Аллена Даллеса были сорваны нашей резидентурой. И пришлось наци пойти по грубому варианту. А именно, изображая сопротивление дать союзническим силам все возможности, чтобы захватить Берлин раньше, чем успела бы подойти Красная Армия.

Не зря потом в военных и министерских службах, а также спецслужбах Федеративной Республики Германии нашли себе работу и пристанище множество гитлеровских офицеров, генералов и чиновников. Тогда как на советской стороне их ждал трибунал и «высшая мера социальной защиты».

Например, Хайнц Вильгельм Гудериан. Он был доставлен в Нюрнберг, но выступал на трибунале лишь как свидетель по настоянию союзников. Советская сторона хотела предъявить ему обвинения в военных преступлениях, но союзники с этим не согласились. Одним из обвинений были расстрелы пленных красноармейцев, захваченных передовыми моторизованными частями во время глубоких прорывов обороны в 1941 году.

В итоге он стал в 1950-х годах военным советником при восстановлении вооружённых сил в Западной Германии.

Или Франц Гальдер, начальник Генерального штаба сухопутных войск вермахта. С 1950 года - эксперт при федеральном правительстве США, одновременно до 1959 года работал в историческом управлении армии США. С 1959 года - старший консультант при группе исторических связей армии США.

В ноябре 1961 года награждён высшей наградой США, вручаемой иностранным гражданским служащим.

Или Адольф Хойзингер, начальник оперативного отдела генерального штаба сухопутных сил Третьего рейха, после войны - генеральный инспектор бундесвера, затем председатель военного комитета НАТО.

Вот так оговорка глупенькой девочки-ведущей частично раскрывает одну из малых в больших тайнах Второй мировой войны.

Чем же был на самом деле «D-Day»? И какие цели на будущее преследовали западные союзники в сговоре с Третьим рейхом в обход и против победоносной советской России, реализуя постановку с открытием второго фронта?