Какое наследство вермахта перешло бундесверу и ВСУ

Не в коня корм

Недавно известный немецкий таблоид Bild недвусмысленно порадовался за новое появление немецких танков и бронетранспортёров в центральной России. Здесь, на курской земле, они оказались в наступательных порядках вторгшихся украинских националистов и иностранных наёмников, решивших продемонстрировать свои боевые успехи, несмотря на то, что их фронт в Донбассе уже давно рушится.

Странный немецкий юмор низкого пошиба несомненно свидетельствует о неутешительном уровне интеллектуального развития, на котором находится корреспондент Bild, в чью голову пришла такого рода историческая аналогия. Ну хотя бы потому, что Курская битва закончилась для германских нацистов полным кошмаром - до зимы 1944 года они безоглядно отступали, оставив всю левобережную Украину и другие оккупированные регионы Советского Союза. И в сложившихся на сегодняшний день условиях нет никаких сомнений, что по схожему скорбному пути пойдут и новые нацисты, на этот раз с просторов той самой Украины, и никакие немецкие танки им (увы) не помогут, да и остальные вооружения - тоже.

В последнюю мировую войну немцы, наверное, так и не поняли, что их последователи - украинские нацисты - начинающие самоубийцы. Самостийники исторически ничего производить не умеют, за исключением грабежей, разрухи и людского горя, а все военные лидеры за недолгую украинскую историю были либо предателями, либо обычными бандитами - будь то Петлюра, Бандера или аналогичные «стратеги» хуторского пошиба.

Сегодняшний «вождь» по фамилии Зеленский ничем не лучше своих предшественников, ибо он со своим ближайшим окружением с маниакальным упрямством требуют от своих «покровителей» то сказочных «Джавелинов», сметающих танковые армады врага, то могучих «Абрамсов» и «Леопардов», равных которым на поле боя нет, то легендарных «F-16», которые (уж точно!) принесут «щирую перемогу»... Но даже получив долгожданные «подарки», успехов с их помощью наследники украинских карателей не достигли. А новейшие виды вооружений быстро превратились в сырьё для вторичной переработки. Не в коня корм, но других подрядчиков, способных создать боеспособную банду хотя бы на короткое время, нет.

От реальности к легендам и мифам

Немецкий милитаризм в мире хорошо известен с древних времён. Воинственные племена германцев всегда много и охотно воевали и с римлянами, и со славянами, и со многими другими племенами, пришедшими на их земли как до, так и после Великого переселения народов. Справедливости ради стоит отметить, что чаще всего предки сегодняшних немцев воевали между собой, то есть одни германцы убивали других, не видя в этом ничего предосудительного: времена ведь были совершенно дикие. В долгосрочной перспективе увлечение войной привело к тому, что только в ХХ веке Германия развязала сразу два мировых вооружённых конфликта, за что вполне заслуженно пострадала.

Сегодня правительство канцлера Шольца прилагает значительные усилия для преодоления негативного наследия Третьего рейха, которое оставило после себя печальный след. Разумеется, в современных технологиях распространения информации мы уже почти не увидим ни рыцаря Зигфрида, ни рыжебородого императора Фридриха Барбароссу, покорителя Востока. Ибо мифы - это одно, а вот суровая реальность - нечто другое.

Главная цель Германии сегодня - постепенно сформировать у людей на Западе и в других дружественных странах устойчивое мнение, что мировая война, развязанная Германией в 1939 году, не была такой уж захватнической. Благо что больших потерь ни Европа, ни Америка от войны тогда не понесли. А что касается других, менее значимых государств, то их мнение можно скорректировать, учитывая общую для всех «святую» цель - борьбу с русскими, «вечным врагом».

В этих целях немцы решили изменить подходы к некоторым «героям» Второй мировой, которые (якобы) вложили свой особый вклад в создание и деятельность бундесвера, появившегося на обломках немецкой военной машины уже в послевоенное время. Да, приходится признать, что некоторые из них были членами НСДАП и состояли в СС, но люди-то были замечательные! Кто-то, наверное, спросит: а почему эта тема стала настолько близка немецкому правительству?!

Ответ можно легко найти в современных немецких СМИ. В феврале 2024 года та же Bild со ссылкой на собственное расследование сообщила, что дед сегодняшнего министра иностранных дел ФРГ Анналены Бербок, Вальдемар Бербок, был пламенным нацистом и офицером вермахта. В 1944 году за усердие его наградили гитлеровским крестом «За военные заслуги» с мечами.

В июне этого года журнал Bunte опубликовал данные, согласно которым двое родственников вице-канцлера и министра экономики Германии Роберта Хабека служили офицерами в вермахте. Его дед был оберштурмфюрером СА, а прадед - признанным военным преступником, офицером СС из ближайшего окружения нацистского министра пропаганды Йозефа Геббельса.

Нет смысла перечислять других нынешних политиков Германии, у которых среди близких родственников имеются аналогичные «герои» - их множество. И потому именно сегодня, когда внимание коллективного Запада сосредоточено на других проблемах, настало время решительно сказать, что современные немцы больше не хотят нести ответственность за дымившиеся трубы Бухенвальда и Майданека, за эксперименты доктора Менгеле и Ильзе Кох, за зверства солдат и офицеров СС, за миллионы невинных жертв нацистского геноцида...

Похоже, в истории Германии уже во второй раз повторяется ситуация, описанная «железным канцлером» Отто фон Бисмарком в его знаменитых словах: «Nach Canossa gehen wir nicht» («В Каноссу мы не пойдём»), но в более современной трактовке и с учётом новых исторических реалий. То есть каяться и признавать вину предков сегодняшним немцам уже не пристало.

Всё большое когда-то начинается с малого

Всё большое когда-то начинается с малого. Вот и в конце марта уже далёкого 2018 года тогдашний министр обороны Урсула фон дер Ляйен подписала новый директивный документ, который касался вопросов сохранения немецких воинских традиций (Traditionserlass). Его полное название довольно замысловато: «Традиции бундесвера. Руководящие принципы понимания и сохранения традиций». Содержание - довольно общее, и оно предполагало дальнейшее развитие в виде всякого рода инструкций, разъяснений и дополнений. Стоит отметить, что предыдущий похожий документ выходил ещё в 1982 году, и новый закон являлся его более глубоким развитием. Фон дер Ляйен сочла необходимым начать процесс объединения сегодняшних традиций бундесвера с традициями прошлых лет по причине того, что Германия стала другой: ибо нельзя и сравнивать состояние бундесвера наших дней и военного ведомства 35-летней давности.

В чём смысл?

После падения Берлинской стены произошли фундаментальные изменения в сторону демократизации новых немецких вооружённых сил - они стали «армией единства и развёртывания за границей». Произошли глобальные изменения в политике безопасности, изменилась география и содержание новых вызовов. С Германией стали вновь считаться как с основной военной и финансово-экономической державой Евросоюза. Не вникая особо в суть тех самых «традиций», отметим главных их носителей - это руководство бундесвера. Его командиры и гражданские чиновники являются теми самыми людьми, которые должны (в новых условиях) научить своих подчинённых правильному пониманию вопросов истории, а также продолжить процесс закрепления в мировой истории позитивного образа всех германцев, независимо от эпох, в которых они жили.

Вполне естественно, что молча обойти в этом историческом контексте годы правления Адольфа Гитлера, было невозможно. И дело здесь не столько в мизерном сроке пребывания последнего у власти, сколько в количестве и качестве «свершений», достигнутых за 12 лет - более кровожадного режима в мировой истории ещё не было.

Казалось бы, логика создателей закона о традициях нацелена на истоки немецкой идентичности, её замечательную историю и восхитительную культуру. Но это не так. И хотя в «Законе о традициях» констатируется избирательность в подходах к наполнению традиций, на деле всё обстоит с точностью до наоборот. И никакие «чёткие разделительные линии с вермахтом» здесь не помогут. Декларируемая «преступность нацистского государства» не может быть источником традиций для бундесвера, однако одновременное включение в состав нужных носителей «традиций» сразу 40 тыс. человек, воевавших на Восточном и Западном фронтах Второй мировой войны, под предлогом их вовлечённости в строительство нового бундесвера, сразу обесценивает все усилия министерства обороны по созданию единого реестра традиций, а также их носителей.

Эта затея удивительно похожа на попытку фальсификации истории, при которой садисты, мародёры и убийцы станут образцом для подражания. Они же носители традиций в прошлом!

Ни для кого не секрет, что придя (вполне легитимно) к власти в 1933 году, Адольф Гитлер договорился с вермахтам о взаимодействии во всех сферах, включая будущую войну. Известно также, что на нового канцлера много раз пытались организовать покушения, в которых деятельное участие принимали отдельные личности из вермахта, и «заговор 20 июля» – самое известное из них. Однако почему «носителями традиций» предложено считать подполковника Штауфенберга и генерал-майора фон Трескова, но не всех остальных заговорщиков? К тому же до своего окончательного прозрения летом 1944 года эти борцы против диктатуры успели наворочать кучу грязных дел на всех фронтах мировой войны. В чем смысл выделения обоих в отдельную касту «борцов с нацизмом»? Или «Сохранение традиций в бундесвере повышает осведомлённость о своей собственной истории и гордость за свои достижения»? Почему же тогда фельдмаршал Фридрих Паулюс не упомянут среди образцов нравственности, на которые должны ровняться солдаты сегодняшнего рейхсвера, или он не предавал Гитлера и не строил новую армию ГДР?

Часть германских «традиций», внедряемых на практике в различных подразделениях вермахта, мы проследим по добровольным показаниям обер-ефрейтора 328-го гренадёрского полка 227-й дивизии вермахта Эриха Пфальцграфа. Эти показания были написаны 7 февраля 1943 года, когда он находился в советском плену.

В авторском изложении они названы «Обзор фактов о злодеяниях, совершённых эсэсовцами, полицией СС и армией». В них нашло отражение реальное понимание и воплощение в жизнь тех самых немецких «традиций», которые нашли своё применение в различных европейских странах, таких как Бельгия, Голландия, Франция, Советская Россия и другие. Эрих Пфальцграф участвовал в войне с 29 августа 1939 года по 18 января 1943 года, и поэтому об этих «традициях» хорошо осведомлён.

Традиция грабежей

Первые традиции для обер-ефрейтора Пфальцграфа открылись уже в самом начале войны. «Во многих населённых пунктах, которые были заняты нами, все предприятия, главным образом магазины, были захвачены и разграблены. Ограблены были преимущественно продовольственные и табачные магазины. Подавляющее большинство солдат не платили за то, что они брали. Некоторые честные солдаты платили, однако кредитными (оккупационными) марками, которые местные жители должны были обменивать на гульдены, а во Франции и Бельгии - на франки. Я видел, как солдаты врывались в крестьянские дворы, грабили и разворовывали всё, тащили без приказа о реквизиции коров и свиней, не выдавая даже свидетельств, по которым местные жители могли бы получить оплату за разграбленное.

Далее я был свидетелем особенно отвратительного случая. Этот случай произошёл в Голландии, у большого Модайкского моста. Мы заняли там позицию для противотанковых орудий. Туда вторглись парашютисты и потребовали от хозяйки дома зарезать и зажарить для них курицу. Женщина сказала, что у неё осталось только 6 кур, и больше она не может отдать ни одной. Тогда парашютисты убили всех 6 кур, разрушили, разгромили и испоганили всё в доме. Кур они оставили на земле и не стали их есть. Мы пытались помешать этим людям, но нас было всего четверо, в то время как их было 30 человек с 2 фельдфебелями».

«В Бельгии я видел ту же картину. Часто там, где продавали вино, солдаты пили и не платили, когда же владельцы требовали плату, то их избивали. Кроме того, я видел, что многие солдаты тащили вещи из домов, как, например, бельё, чулки, ткани и т.п.

Во Франции я видел, как офицер нашей роты вытащил из магазина фотоаппарат и целые груды белья, кальсон, рубашек, чулок, полотенец. Из другого магазина он же тащил мешки кофейных зёрен. Фамилия этого офицера - обер-лейтенант Ганге. Когда во Франции войны уже не было, мы были размещены на побережье между Дьепом и Гавром. Два наших взвода постоянно находились на позиции на побережье, а два других взвода были на отдыхе в местечке Варенгвиль, примерно в 12 км от Дьепа. Тут примерно 30 человек наших солдат размещались в одной вилле. Служба была бесконечно длинная, и каждая минута была занята, так что мы не имели времени, чтобы заготовить себе дров для топки. Наш командир взвода лейтенант Шмиц отдал тогда приказ воровать дрова, сколько будет нужно, у соседей. Дело шло здесь об одном усердном, порядочном французе. Этот француз пожаловался нашему лейтенанту. Но последний ответил ему, что немецкие солдаты воровством не занимаются, и пусть он убирается, или в противном случае он будет арестован».

Традиция «гуманизма»

«Я хотел бы ещё упомянуть о том, насколько бесчеловечным, варварским и преступным было наше командование. Мы были свидетелями бомбардировки Роттердама и многих других населённых пунктов в Голландии, Бельгии и Франции. Там мы вторгались в города вскоре после бомбардировки нашей авиации. Особенно ужасна была картина в Роттердаме, Абвиле, Амьене, Дьепе, Аррасе, Кабре и др. городах. Всюду авиация Геринга хозяйничала самым зверским образом. Преимущественно подвергались бомбардировке мирные жилые дома и рабочие кварталы. В Роттердаме мы видели бесконечные массы бесприютных и детей, разыскивающих своих отцов, матерей и родных. Кроме того, мы видели повсюду множество убитых из числа гражданского населения - мужчин, женщин и детей.

Многие из нас, которые без стыда и зазрения совести смотрели на факты плутовства и грабежа, осуждали, однако, этот метод ведения войны и у многих можно было наблюдать, как они внутренне отходили от Гитлера. Это можно было заметить по их разговорам. Многие солдаты, которые тоже были отчаянными грабителями, меняли своё отношение к гражданскому населению, относясь к гражданскому населению дружески, корректно и, в некоторых случаях, приходя ему на помощь. Офицеры всегда были недовольны, когда мы корректно относились к гражданскому населению. Мы могли всегда установить, что офицеры особенно стремились показать себя как господа, победители и тираны».

Традиция обращения с «недочеловеками»

«В сентябре 1941 года пришло время, когда наша дивизия должна была отправиться на Восточный фронт. Тут мы находились в районе Синявино, южнее Ладожского озера, на реке Чёрная речка. Наш командир роты был назначен тогда комендантом Синявино. Его имя - обер-лейтенант Мевес. Его первый приказ заключался в следующем: обыскать все дома и сады и отнять у жителей весь тот картофель, который будет найден. Кроме того, он приказал конфисковать все пилы, лопаты, которые будут найдены у местного населения. Тем самым у жителей было отнято последнее их пропитание. Кроме того, им не оставляли ничего для защиты от холода.

И это было уже после того, как другая дивизия разграбила там всё, забрав у населения кур, кроликов, коз, свиней, и население было обречено на смерть от голода и холода. После того, как мы собрали несколько мешков картофеля, взяли у населения пилы и топоры, пришли женщины, упали на колени и плакали. Обер-лейтенант холодно отвернулся от них и сказал: сейчас война, пусть держат язык за зубами и будут довольны, что их ещё не наказывают.

Два наших фельдфебеля - Фоссен и фон дер Форст - не могли выполнить этот приказ обер-лейтенанта и сообщили коменданту Синявина, что не удалось достать ничего, кроме топора и пилы, которые комендант оставил себе. Тогда последовал приказ, чтобы все мужчины и женщины Синявина выстраивались каждое утро и брали с собой лопаты. В течение всего дня они должны были очищать улицы от снега, несмотря на то, что дорога к фронту всё время находилась под артиллерийским обстрелом».

Традиция геноцида русского населения

О новых традициях войск СС стало известно от ротенфюрера СС Шмица, чья часть находилась на Волховском фронте. Ротенфюрер СС Шмиц рассказал следующее. Его полк находился на Волховском фронте во время зимних боёв 1941-1942 годов и понёс огромные потери от огня русской артиллерии. Эсэсовские офицеры отдали приказ не оставлять в живых русских пожилого возраста и раненых. Разрешали оставлять в живых только молодых, здоровых пленных, которых можно было использовать для строительства всякого рода укреплений или переноски боеприпасов. Оставшихся в живых только в том случае посылали назад в тыл, когда были захвачены новые пленные. Он сам был свидетелем того, как примерно 2000 пленных были расстреляны. Это рассказал Пфальцграфу и его товарищам ротенфюрер СС Шмиц в Риге, в военном лазарете.

Традиция использования труда ландскнехтов

В Модлине (Польша) от одного сапёра по фамилии Рейтер Пфальцграф узнал, что зимой 1941-1942 годов в Чудово его часть находилась вблизи концлагеря для евреев.

«В этот лагерь, - рассказал Пфальцграф, - прибывали периодически целые транспорты евреев, в том числе из Германии. Они прибывали обычно при сильнейшем морозе в открытых грузовиках. Затем у этих людей отбирали их вещи, бросали их в блокгауз, а людей загоняли в лагерь. Стража состояла из латышей, эстонцев и литовцев, входивших в состав частей СС. Вещи заключённым никогда не выдавались на руки, их отправляли неизвестно куда. Рейтер, свидетельствует Пфальцграф, часто ходил в лагерь, и всегда у входа в лагерь висели на виселицах трупы евреев, повешенные латышами. Он сам был однажды свидетелем такого случая.

Вечером группу евреев отвели в лагерь после окончания работ и провели тщательный обыск, чтобы проверить, не имеет ли кто у себя неразрешённых вещей. При этом у одного еврея нашли кусок хлеба. Он сказал, что этот кусок он получил у одного солдата, и он принёс этот кусок хлеба, чтобы накормить тяжело больного отца. Но его обвинили в воровстве.

Весь лагерь был выстроен, последовал приказ выйти тем, которые согласились бы добровольно повесить своего товарища. Не вышел никто. Тогда отобрали заключённых, коим было приказано вешать приговорённого. Они тоже отказались выполнять этот приказ. Их сначала избили, а потом расстреляли латыши, которые в результате и повесили этого еврея.

Кроме того, Рейтер стал свидетелем, когда группа латышских солдат однажды утром вблизи лагеря произвела ряд взрывов и таким образом подготовила могилы. После этого привели группу евреев всякого пола и возраста - около 150 человек. Затем в стельку пьяные латышские солдаты расстреляли этих людей. Две женщины подняли своих детей, держали их перед латышскими солдатами и молили пощадить детей. Один солдат схватил ребёнка за ногу и застрелил его. Некоторых красивых евреек солдаты обнажили и расстреляли последними. Он, Рейтер, слышал после этого из могил страшные крики и стенания, латыши, не обращая никакого внимания, заваливали могилы землёй. Многие из жертв были зарыты, находясь ещё в сознании, были похоронены заживо».

Нацист нацисту глаз не выклюет

Такие вот традиции... Волна справедливого гнева, поднявшаяся во многих странах и накрывшая объединённую Германию, привела к тому, что уже в середине августа 2024 года бундесвер отказался от внесения новых, несомненно, «достойных кандидатов» в перечень тех, кому нужно поклоняться. Таким образом, новая попытка реабилитации ветеранов вермахта, СС и НСДАП не удалась. Однако расслабляться не стоит - вполне понятно, что внуки и правнуки на достигнутом уже не остановятся. Они будут пытаться вновь и вновь добиваться реабилитации нацизма, благо мировая обстановка этому благоволит.

И уже появились наследники этих «традиций»: вся Украина воюет теперь под символикой немецкого нацизма, чтя своих собственных фашистских прихвостней, преданно служивших немецким оккупантам. Существует множество свидетельств того, как украинские националисты применяют те же методы «обращения» с мирным населением и пленными, что и их гитлеровские «наставники».