Норвегия в стратегии НАТО - расходный материал

В заявление представителя Объединённого штаба Норвегии, будто специалисты из 385-й бригады беспилотных комплексов ВМС Украины появились на берегах Страны викингов без всякого злого умысла и даже в страшном сне не помышляют отрабатывать применение подводных и надводных дронов по российским судам и подводным лодкам, следующим в Атлантику и обратно, даже белые медведи вряд ли поверят. Трудно поверить и в то, будто это «рядовой обмен боевым опытом». Тем более когда чётко просматривается британский след. А это всегда не просто так.

Бригада диверсантов

Известно, что 385-я отдельная бригада морских беспилотных комплексов специального назначения ВМС Украины была сформирована в августе 2023 года. Подразделение создано в первую очередь для ведения морской беспилотной войны. Именно эта бригада провела ряд атак безэкипажными катерами на российские корабли и военную инфраструктуру в Чёрном и Азовском морях, включая удары по береговым объектам в Крыму, Новороссийске и Геленджике.

И это принципиальное уточнение, поскольку речь идёт не о подразделении, которое занимается обороной или разведкой, а об ударной группе с подтверждённым опытом морских диверсий. Её переброска в Норвегию, вероятно, для адаптации к арктическим условиям, ставит совершенно определённый вопрос: чему именно учатся эти специалисты в высоких широтах и против кого будут применены полученные навыки?

Ответ сформулировал военно-дипломатический источник ТАСС: целью является подготовка к террористическим акциям против российских судов, подводных лодок и боевых кораблей Северного флота РФ. Собеседник агентства особо подчеркнул, что «содействие руководства Норвегии подобной деятельности напрямую втягивает Норвегию и блок НАТО в целом в потенциальный военный конфликт с Россией».

В полной мере оценить суть происходящего невозможно и без ответа на ключевой вопрос: действует ли Норвегия самостоятельно или выступает инструментом в руках более мощного союзника, например, Великобритании? Известно, что Британия приложила значительные усилия для создания 385-й бригады ВМС ВСУ, её оснащения и подготовки специалистов соответствующего профиля.

Британский след

Норвегия присоединилась к Североатлантическому альянсу в числе первых ещё в 1949 году, тем не менее до последнего времени отношения между Осло и Москвой, даже со всеми издержками, в целом оставались ровными. Судя по ежегодным докладам норвежской разведки, Норвегия рассматривала Россию прежде всего через призму стратегической конкуренции в Арктике, а не как потенциального агрессора. В январе 2026 года норвежский министр обороны Туре О. Сандвик прямым текстом заявил, что Норвегия «не видит непосредственной угрозы со стороны России, поскольку Москва сфокусирована на Украине».

По меньшей мере это означает, что у Норвегии нет собственной мотивации для организации диверсионной деятельности против российского судоходства в этом регионе. Зато есть у Лондона.

4 декабря 2025 года Великобритания и Норвегия подписали соглашение в сфере обороны, которое получило название Lunna House - в честь шотландской базы норвежского сопротивления в годы Второй мировой войны. Документ был признан историческим и «первым в своём роде». В частности, соглашение предусматривает создание единой оперативной флотилии из британских и норвежских фрегатов класса Type 26 («Глобальный боевой корабль»), предназначенной для противолодочных операций и защиты подводной инфраструктуры в Северной Атлантике.

Согласно тексту документа, Великобритания присоединяется к норвежской программе разработки надводных судов-носителей для беспилотных минно-тральных систем и систем подводной войны. Хотя надо ещё разобраться, кто к кому присоединяется - Великобритания к Норвегии или наоборот. Тем более что разработки беспилотных систем в Соединённом Королевстве начались ещё в годы Первой мировой войны. В таком контексте Норвегии, скорее всего, отведена роль плацдарма.

И факты это подтверждают. Прежде всего следует отметить, что в соответствии с соглашением изменился и режим присутствия британских войск на норвежской территории - королевские морские пехотинцы переходят на круглогодичное пребывание в Северной Норвегии вместо прежнего сезонного (зимнего). Так, в норвежском посёлке Эвербигд, население которого составляет менее 250 человек, в 2023 году был развёрнут британский военный лагерь Camp Viking - теперь летом численность военнослужащих там может достигать 1000-1500 человек. В течение 57 лет на авиабазе Бардуфосс британские военнослужащие проходили зимой подготовку к действиям в экстремальных условиях по программе Exercise Clockwork, отныне эта практика стала круглогодичной.

Норвегия и Великобритания изучают возможность совместной закупки 30 катеров для прибрежных операций, способных автономно действовать в течение нескольких суток и предназначенных для транспортировки личного состава и оборудования, а также высадки и эвакуации в сложных условиях. Министр обороны Норвегии Туре О. Сандвик прямо назвал эту инициативу мерой, которая усилит способность совместных действий в Северной Атлантике и арктических районах.

В апреле 2026 года, практически одновременно с появлением информации о размещении подразделения 385-й бригады ВМС ВСУ в Норвегии, Великобритания объявила о завершении многонедельной военно-морской операции, в ходе которой норвежские и британские ВМС отслеживали действия российских подводных лодок в регионе. Как потом заявил министр обороны Великобритании Джон Хили, в ходе мероприятий, которые носили ещё и откровенный пропагандистский характер, якобы были обнаружены «российская ударная подводная лодка и две разведывательные субмарины в районе подводных кабелей и трубопроводов к северу от Британских островов». Так ли это, подтверждений нет. Зато норвежская сторона отчиталась, что в операции были задействованы самолёт-разведчик и фрегат.

Но вряд ли надо уточнять, что в первую очередь Великобритания активно использует норвежскую территорию, чтобы решить проблему, которую сама не может преодолеть без серьёзных политических издержек. Речь о постоянном присутствии британских сил вблизи Кольского полуострова, где, как известно, дислоцирована главная база Северного флота России. Именно там базируются российские стратегические ракетоносцы, а единственный выход на оперативный простор в Атлантику пролегает между Шпицбергеном и северным побережьем Европы.

Нетрудно догадаться, что совместная флотилия фрегатов Type 26 предназначена для того, чтобы в меру возможностей контролировать этот маршрут. Чего, собственно, не скрывает ни британское Минобороны, ни тем более пресса Соединённого Королевства. Британская пресса и официальные документы Минобороны прямо признают: «Lunna House (масштабное оборонное соглашение, заключённое Великобританией и Норвегией) направлено на мониторинг российских подводных лодок и защиту подводной инфраструктуры в стратегическом треугольнике Гренландия - Исландия - Великобритания».

Ну а все эти разговоры о защите подводных кабелей и трубопроводов - не более чем оперативная маскировка. Причём не слишком оригинальная.

По логике «Северного потока»

Ещё раз уточним: в этой арктической «архитектуре» Украине отведена роль исключительно «расходного» материала, который планируется применять в операциях, неприемлемых для официальных вооружённых сил стран НАТО с точки зрения международного права и политических рисков, когда легко можно получить зубодробительный ответ. А так нет проблем, поскольку возможная гибель российского судна от украинского морского беспилотника в Баренцевом море автоматом будет преподнесена как «продолжение украинской войны», тогда как провокация против российского судоходства, совершённая британскими или норвежскими военными, грозит немедленным вооружённым ответом.

Чтобы глубже вникнуть логику происходящего, необходимо обратиться к диверсии на газопроводах «Северный поток-1» и «Северный поток-2» в сентябре 2022 года. Версии и сегодня разные, в том числе не исключается и британский след. В частности, российское Минобороны сделало заявление, согласно которому именно специалисты ВМС Великобритании готовили военнослужащих украинского 73-го специального центра морских операций - того самого, чьи бойцы предположительно причастны к диверсии. Естественно, Лондон обвинения отверг.

Тем не менее в 2025 году германские следователи задержали в Италии Сергея Кузнецова, офицера ГУР МО Украины, который, по утверждению The Wall Street Journal и ряда других западных изданий, лично причастен к планированию и осуществлению подрыва «Северных потоков». Согласно версии, озвученной журналистами западных изданий, операцию курировал тогдашний главком ВСУ Валерий Залужный, естественно, с санкции самого президента Зеленского, а вот ЦРУ США, наоборот, просило отменить операцию. Но насчёт просьбы об отмене операции имеются большие сомнения. Ещё тогда ряд западных политиков публично утверждали: к диверсии в разной степени были причастны Великобритания, США и Норвегия.

Возможная схема: Лондон создаёт условия, передаёт технологии и предоставляет оборудование, ну а украинская сторона берёт на себя исполнение. При этом ответственность диффузна: западные союзники сохраняют видимость непричастности, а Киев, который и так вовлечён в вооружённое противостояние, пожинает лавры. Именно эта схема, судя по имеющимся данным, воспроизводится сегодня и на Севере.

Прогноз негативный…

Сложившаяся ситуация несёт в себе несколько уровней рисков. Во-первых, продолжение совместных украинско-норвежских учений с морскими беспилотниками в акваториях арктических морей существенно повышает вероятность инцидентов с российскими судами - военными или гражданскими, следующими в Атлантику. Причём инцидент может быть случайным или спланированным, но в любом случае Москва будет вынуждена реагировать, и ответ прежде всего придётся по Норвегии, которая предоставила свою инфраструктуру.

Во-вторых, при такой конфигурации сил и средств реализуется логика, которую можно назвать «нордический Nord Stream»: Британия через Норвегию создаёт условия для систематического давления на российское судоходство в регионе, стратегически важном для обеспечения ядерного паритета. Что принципиально меняет характер противостояния - из конфликта по периметру украинской территории он превращается в угрозу стратегическим морским коридорам России у её собственных берегов.

Ну и самое главное: масштабная военная интеграция Норвегии и Великобритании, оформленная соглашением Lunna House, создаёт инфраструктуру постоянного военного присутствия сил НАТО непосредственно у российских арктических рубежей. Развёртывание королевских морских пехотинцев в Норвегии, совместные патрули в Баренцевом море, интеграция норвежских и британских ВМС в единую оперативную структуру - всё это означает, что Норвегия де-факто становится передовым плацдармом для реализации североатлантической арктической стратегии. Естественно, под руководством Британии. В этих условиях Норвегия теряет возможность проводить самостоятельную политику в критически важном для неё регионе.

Россия же фактически поставлена перед выбором: либо принять реальность присутствия враждебных морских сил у своих арктических берегов как данность и не реагировать, что, конечно же, исключено, либо предпринять ответные меры. Важно понимать, что любые меры, какими бы они ни были, станут предлогом для обвинений Москвы в агрессивных намерениях и дадут основания для дальнейшего нагнетания ситуации со всеми вытекающими последствиями - это когда до вооружённого противостояния остаётся буквально полшага.

Если назвать вещи своими именами, на лицо классическая схема эскалационной спирали, в которой каждый шаг одной стороны служит обоснованием следующего шага другой. Норвегия, втянутая в эту динамику через механизм Lunna House и украинские программы отработки применения беспилотных систем на море, рискует стать не столько инструментом арктической безопасности, сколько её разрушителем.

И не исключено, что у Запада в какой-то момент может появиться желание подставить Страну викингов под удар возмездия.