Разъединённые нации в ООН? Принять, но не смириться

Архитекторы деловой программы Петербургского международного экономического форума (ПМЭФ) не случайно предпослали ему высказывание Владимира Путина: «Развитие России, в силу её масштаба, истории, культуры, человеческого потенциала и экономических возможностей, не может строиться вне глобального контекста».

Имеет смысл напомнить и позицию, озвученную президентом России в октябре прошлого года, когда ООН отмечала юбилей (80 лет). Путин назвал тогда ООН «самой представительной политической структурой мира… самым успешным до сих пор опытом создания международной организации».

Но! Откликаясь на справедливые инвективы, ключевой посыл специальной сессии на ПМЭФ сформулировали чётко: «Как и любой громоздкий бюрократический аппарат, ООН при выполнении наиболее сложных текущих задач нуждается в процессе своего реформирования и адаптации к актуальным реалиям мировой политики».

За упокой…

Необходимость реформы ООН, таким образом, прописана как аксиома. Да и название сессии приглашало к полемическому неравнодушию: «Организация Разъединённых Наций? Будущее России в международных институтах коллективного управления».

Открывая сессию с умеренно провокационными названием, модератор Ольга Лебедева, доктор исторических наук, профессор кафедры дипломатии МГИМО МИД России, повторила многократно звучащую мантру разочарованных граждан: сегодня ООН «не критикует только ленивый». И следом предложила заместителю министра иностранных дел РФ Александру Алимову либо подтвердить, либо опровергнуть убедительность высказываемых претензий.

В числе обличительных аргументов значатся: и разгромадившийся бюрократический аппарат, и неспособность гасить и предотвращать региональные конфликты, и превращение Совета Безопасности, обладающего реальными рычагами силового воздействия на нарушителей Устава ООН, по умыслу западных держав и их клевретов, в подобие цирка шапито. Повестка дня зачастую бывает искажена и подстроена под интересы тех, кого верно изобличают как «глобальное меньшинство», навязывающее свою волю большинству наций.

Как опытный дипломат, отвечающий на Смоленской площади за взаимодействие с ООН, Александр Алимов выстроил свою речь на балансе позитивных и негативных факторов, влияющих на позицию России. Он признал, что «ООН сегодня разобщена как никогда», и Москва вынуждена учитывать эту разъединённость мирового сообщества.

«Против нас блоковая дисциплина западных стран, голосующее лобби западников, которые свои повторяемые надрывные призывы к многосторонности, - подчеркнул Александр Алимов, - понимают исключительно как нахождение себя в кресле управляющего транспортным средством, а все остальные идут в их фарватере».

Заместитель Сергея Лаврова не стал лакировать вербальные войны на площадках ООН, отметив, что против России - «ангажированность» секретариата, обслуживающего интересы западного «меньшинства». Более того, против России и генсек ООН Антониу Гутерриш. Цитата: «Против нас сейчас и генсек, который не желает или не способен быть на высоте своего положения и скорее играет роль такого изощрённого придворного своего коллективного западного сюзерена».

…И за здравие

Следом Александр Алимов предложил участникам сессии положить на чашу весов и тот факт, что на данный момент адекватной замены ООН попросту не существует. Эта организация остаётся действительно «универсальной», поскольку в её ведении находится самый обширный ассортимент глобальных проблем, нуждающихся в обсуждении и нахождении консенсуса - от границ континентального шельфа до легитимности международных санкций.

Устав ООН представляет собой юридический стержень, на который нанизываются все другие элементы международного права, как бы само это понятие ни было девальвировано временным (будем надеяться!) торжеством «права сильного» и «закона джунглей», что продемонстрировала агрессия Израиля и США против Ирана.

Хлопнуть дверью можно, но цена выходного билета слишком высока. Если страна выходит из ООН, то все решения будут приниматься без её участия (in absentia) и без учёта её позиции, что почти наверняка чревато ущемлением национально-государственных интересов.

Россия, будучи одним из основателей ООН и обладая правом вето в Совбезе, не может позволить себе выйти из этой организации. Можно добавить, что уход России невыгоден значительному количеству стран-членов ООН, не говоря уже о Китае, который останется в Совбезе один на один с двумя бывшими империями и нынешним «гегемоном».

Вспоминается, что в сентябре 1925 года порядка тридцати стран пригласили СССР - идеологического антипода для них - вступить в Лигу наций для того, как было сказано в телеграмме, чтобы «принести (в общее дело) своё ценное сотрудничество».

В подкладке того приглашения в адрес Советского Союза, похоже, находился расчёт на выстраивание системы сдержек и противовесов в условиях неопределённости, возникшей по следам Версальского мира, который французский маршал Фердинанд Фош охарактеризовал так: «Это не мир, а перемирие лет на двадцать!».

Кстати, стоило западникам исключить СССР из состава Лиги наций на фоне готовившейся «разведки боем» Финляндией перед нападением нацистской Германии на Советский Союз, как альянс распался.

Дипломатический бокал наполовину полон?

Не облачаясь в мантию адвоката ООН, директор Института Европы РАН Алексей Громыко предложил взглянуть на послужной список этого инструмента «глобального управления» без прекраснодушных иллюзий. Нужно мерить достоинства организации не по завышенным меркам и недостижимым целеполаганиям - такая мысль прозвучала в подтексте выступления внука Андрея Андреевича Громыко (находился на посту министра иностранных дел СССР с 1957 по 1985 год).

Свою главную миссию - не допустить Третьей мировой войны и особенно сшибки между постоянными членами Совбеза, ставшими ядерными державами, считает Алексей Громыко, - ООН выполнила.

К сожалению, приходится добавить оговорку: ООН, да, председательствовала при усилиях СССР и США не допустить повторения гекатомбы прошлого века, но оценить её реальный вклад в политику взаимного сдерживания трудно.

Кризисные симптомы, что сегодня проявляются с монотонной регулярностью в деятельности ООН, являются следствием, в том числе, умножением количества стран-членов, у которых, по определению, не могут во всём совпадать интересы. В 1945 году Устав ООН подписали 51 страна. Сегодня в штаб-квартире ООН в Нью-Йорке развеваются флаги уже 193 государств. Как говорили ещё древние римляне: «Сколько людей, столько и мнений» (Quot homines, tot sententiae).

Попутно почти в геометрической прогрессии увеличился и функционал ООН, отметил внук Громыко, добавив, что «в этом есть свои плюсы, но в этом есть и свои большие минусы». К последним относится и распухший бюрократический аппарат. А потому, считает член-корреспондент РАН Алексей Громыко, ООН нужно «сделать стройнее и дешевле, но не ценой уничтожения её базовой функции».

Схожей позиции придерживается и Татьяна Валовая, генеральный директор Отделения ООН в Женеве (13-я по счёту и первая женщина, занявшая этот пост), хотя убеждена, что реформу ООН нельзя сводить к одному лишь сокращению бюджета и аппарата. По факту этот процесс уже запущен: смету урежут на 15%, а штат сотрудников - на 20%.

«Альтернативы ООН нет. Реформировать её надо, но не из-за того, что у нас финансовый кризис, а из-за того, что изменился мир», - считает Татьяна Валовая. Сейчас важнее, чтобы в повестку дня ООН была включена новая проблематика: регулирование цифровой экономики, переход к новому технологическому укладу, внедрение искусственного интеллекта, освоение околоземного пространства и т.д.

Вместе с тем МИД России устами Александра Алимова во всеуслышание объявил на петербургском форуме, что отказывается взаимодействовать с рядом структур ООН, где политизированная «ангажированность» представителей западных государств оказывает разрушительный эффект и парализует нормальную работу.

И всё же для кадровых и наследственных дипломатов, таких как Александр Алимов, Татьяна Валовая и Алексей Громыко, чья компетенция и здравомыслие не вызывают сомнений, бокал ООН, скорее, наполовину полон, чем наполовину пуст.

Уйти нельзя остаться

Что в сухом остатке дискуссии на ПМЭФ-2026 об исчерпании полезности (подчас и срока годности) ООН? Сохраняется ли «смысл существования» (raison d'être) вроде как общей платформы для поиска компромиссов столь фундаментально разъединённых наций?

Вопрос назрел, тем более что США уже вышли из 66 международных организаций, включая ВОЗ и ЮНЕСКО, и постепенно сворачивают участие в деятельности многих агентств ООН, недоплатив в её бюджет уже более 4 млрд долларов. И коль скоро формируются новые структуры «глобального» или, что вернее, регионального управления (БРИКС, ШОС, ЕАЭС), то не стоит ли сместить акцент и, по английскому выражению, передвинуть заднюю конфорку ООН на медленный огонь?

Консолидированный ответ авторитетных экспертов, выступавших на этой сессии, сводится к тому, что рано списывать ООН в утиль. В подтексте речи Александра Алимова, представляющего внешнеполитическое ведомство, которое, по Конституции, претворяет в жизнь установки президента России, прозвучала мысль, перекликающаяся с изречением Черчилля: «Демократия - плохая форма правления, однако ничего лучшего человечество не придумало».

Это означает, что для высшего руководства России в дилемме «уйти нельзя остаться» запятая ставится после второго слова.