Противостояние в формате полноценной экономической войны

Ведущие биржи мира и большую часть валют лихорадит. Котировки и курсы прыгают, но, в целом остаются в минусе. Факт глобального кризиса признан практически всеми в отличие от прошлых времён, когда политики и экономисты предпочитали говорить о стагнации, в крайнем случае о рецессии, но кризис кризисом не называть и надеяться на лучшее.

Предсказуемое и непредсказуемое экономического кризиса

Наши «друзья» и «партнёры» на Западе называют двух виновных в нынешнем кризисе. Кто бы сомневался, что это - Китай, экономический рост которого подорвал коронавирус, продолжающий издеваться над мировой экономикой уже в Италии, а также Россия, обрушившая цены на нефть. Впрочем, что касается Китая и коронавируса, то в их вине даже Дональд Трамп не уверен. Недавно он рассказал, что в одних только США и только от сезонного гриппа в год умирает от 27 тыс. до 70 тыс. человек, и никто этого не замечает, в отличие от коронавируса.

Не будем обсуждать компетентность американского президента в вопросах борьбы с эпидемиями, просто отметим, что несколько дней назад в западном восприятии Россия уверенно потеснила Китай с первой позиции, став главным виновником текущего экономического кризиса. Также не будем указывать на очевидное - ни эпидемия коронавируса, ни решение России выйти из сделки ОПЕК+ сами по себе не могли бы спровоцировать серьёзные экономические потрясения. Они, в лучшем случае, сыграли роль катализатора уже идущих процессов. И в этом плане, если эпидемию можно отнести к числу непрогнозируемых стихийных бедствий, то столкновение России и США на энергетическом поле было вполне предсказуемым. Более того, оно уже шло и периодически принимало достаточно острые формы (например, в вопросе блокирования Америкой строительства газопровода СП-2). Такие острые, что даже трубоукладчик «Газпрома» идёт с Тихого океана на Балтику в сопровождении российских военных кораблей (во избежание «случайных эксцессов»).

Нефтегазовое противостояние

В последние годы цена на газ на европейском рынке уверенно снижается, опустившись на 80 долларов (с 200 до 120 долларов за тысячу кубометров) только с 2018 по 2020 год, а уж о пиковых значениях 2010-х годов, когда газ торговался в иные периоды по 400 и по даже 500 долларов за тысячу кубометров (а иногда и выше), можно давно забыть. Сегодня эти времена выглядят, как сказка о золотом веке.

Понятное дело, что российские газодобывающие компании не несут убытки (их добыча рентабельна и при 60 долларах за тысячу кубометров), но они недополучают сотни миллиардов долларов уже запланированной прибыли. Более того, прогноз роста потребления Европой газа сменился на прогноз снижения потребления.

Причём, если оптимисты говорят о снижении на год-два (пока не восстановится мировое производство и не будут преодолены последствия создания в ЕС огромных запасов газа в преддверии планировавшейся «газовой войны» между Россией и Украиной вокруг СП-2), то пессимисты утверждают, что негативные тенденции будут действовать не менее пяти, а возможно и более десяти лет. Поскольку же планы по развитию мощностей (как терминалы по сжижению/регазификации, так и трубопроводы) по доставке газа в Европу уже реализованы, уменьшить недополученную прибыль можно только за счёт увеличения доли рынка, чтобы продавать хоть и дешевле, но больше.

Отсюда растут ноги у упорного газового противостояния России и США на европейском газовом рынке, а также у успешно реализуемых планов Москвы по выходу на азиатский газовый рынок. Все хотят продавать больше, чтобы уменьшить значение недополученной прибыли (а то и вовсе не уйти в убытки), а значит кому-то придётся подвинуться.

Мы не случайно всегда говорим о нефтегазовом секторе. Как правило, газодобывающие компании добывают и нефть (и наоборот), а цены на эти углеводороды связаны - синхронно растут и синхронно падают. Соответственно параллельно с затовариванием мирового рынка газом и падением цен на него аналогичные процессы происходили и с нефтью. Причём в истории с падением цен на нефть американская сланцевая нефть действительно сыграла ключевую роль (за последние пятнадцать лет США из импортёра нефти превратились в одного из крупнейших экспортёров).

В условиях перманентного роста цен на энергоносители появление нового крупного продавца хоть никого и не радовало, но не было критичным (хватало всем). Однако, как только началось падение цен, возник вопрос, в чью пользу будет перераспределяться мировой рынок нефти.

Для американских сланцевиков комфортные цены начинались с 60 долларов за баррель нефти (и выше). При цене в 40 долларов за баррель производство сланцевой нефти начинало быстро умирать. Таким образом, сокращение странами ОПЕК+ добычи ради поддержания относительно высоких цен автоматически приводило к перераспределению мирового рынка нефти в пользу США, которые не планировали сокращать производство своей дорогой сланцевой нефти.

В сложившейся ситуации Россия на переговорах ОПЕК+ первоначально заняла стандартную для себя компромиссную позицию. Москва предложила сохранить status quo, сложившееся ещё по итогам переговоров 2016 года, в рамках ОПЕК+. Соответствующие страны принимали на себя обязательство сократить добычу нефти на 1,7 миллиона баррелей в сутки (из них 300 тысяч приходилось на долю России).

Однако Саудовская Аравия настаивала на дополнительных сокращениях (ещё на 1,5 миллиона баррелей в сутки). США, похоже, считали, что либо Россия согласится на предложение Эр-Рияда, чтобы не ломать механизм ОПЕК+, либо страны ОПЕК сами договорятся о сокращении. Поэтому Вашингтон не особенно интересовался переговорами ОПЕК+ в Вене, пока гром не прогремел.

Москва приняла двойной вызов

После отказа России рассматривать вопрос о дальнейшем сокращении добычи нефти (поскольку это приводило к увеличению американской квоты на мировом рынке нефти), Саудовская Аравия резко изменила позицию, отказалась от сохранения старых договорённостей и заявила о своём намерении увеличить поставки на мировой рынок на два миллиона баррелей, а также обеспечить существенные скидки на свою нефть (от 6 до 10 долларов за баррель) покупателям в разных регионах планеты. По сути, как только Эр-Рияд понял, что игра на повышение не складывается, он немедленно начал игру на понижение, пытаясь за счёт имеющейся возможности оперативно нарастить поставки своей нефти, захватить ту долю рынка, которую неизбежно потеряют американские сланцевики в условиях низких цен на нефть.

Не факт, однако, что кавалерийский наскок потомков Магомета окажется успешным. Судя по всему, Москва и Вашингтон давно готовились к открытому противостоянию на рынке углеводородов в формате полноценной экономической войны. Характерно, что, несмотря на саудовскую инициативу по отказу от любых договорённостей о контроле над добычей, США обозначили своим основным противником Россию.

То есть, на возможности саудовцев они не считают нужным даже обращать внимание, понимая, что при необходимости раздавят их как муху (если те, конечно, будут в одиночестве). Более того, вашингтонская пресса немедленно заявила, что Путин не сможет сломать американскую сланцевую отрасль, поскольку её запаса прочности достаточно, чтобы продержаться 3-5 лет в условиях низких цен. Ответ из Москвы прозвучал немедленно и имел значительно более официальный характер. Правительство и Центробанк сочли нужным проинформировать российскую и мировую общественность, что запасов в одном только Фонде национального благосостояния достаточно, чтобы обеспечивать все обязательства бюджета (в том числе последние социальные инициативы) на протяжении 6-10 лет, при цене на нефть от 25 до 30 долларов за баррель.

Озвученные сроки и цена смертельны для американской сланцевой отрасли. Но, что характерно, они смертельны и для саудовского бюджета. Демпинговать на мировом рынке Эр-Рияд может год-два. На большее, как показывает практика и опыт, не хватает финансовой и социальной стабильности.

А тем временем

6 марта участники ОПЕК+ не смогли прийти к консенсусу по соглашению о добыче нефти, в итоге с 1 апреля оно перестанет действовать. После этого цены на нефть начали резкое падение.

Ирак и Кувейт, одни из ключевых членов ОПЕК, вслед за Саудовской Аравией приняли решение снизить цены на свою нефть в апреле. ОАЭ ввели скидки уже для февральских продаж и с января снизили стоимость чёрного золота для февральских продаж на 1,63 доллара за баррель. Ирак собрался снизить цены на нефть марки Basrah Light на 5 долларов при поставках на азиатский рынок, а Кувейт – на 6 долларов. Причём экспорт из Кувейта в Северо-Западную Европу установлен на рекордно низком уровне в 12,60 доллара за баррель.

Таким образом, в условиях, когда партнёры оказались не готовы к компромиссу, Россия была вынуждена пойти на жёсткое отстаивание своих экономических интересов, путём втягивания в международный экономический конфликт, в ходе которого оппоненты (США и Саудовская Аравия) попытаются переиграть Москву за счёт краткосрочного обвального снижения нефтяных цен. С тем, чтобы вызвать в России бюджетный, а за ним и социальный кризис и заставить её принять невыгодные для себя условия перераспределения мирового рынка энергоносителей. Параллельно Эр-Рияд пытается ещё и потеснить американских сланцевиков, но этот аспект проблемы сегодня не является для нас основным.

Судя по тому, что Москва неожиданно приняла этот двойной вызов и согласилась на полноценную экономическую конфронтацию в условиях неизбежного углубления глобального системного кризиса, в России давно и качественно рассчитали возможные ходы оппонентов и хорошо готовились к столкновению.

«Россия не была инициатором выхода из соглашения ОПЕК+, заявил премьер-министр Михаил Мишустин на заседании кабмина. - Наша позиция была абсолютно выверенной и обоснованной, так как спрос на энергоносители уже уменьшался из-за замедления мировой экономики и сокращения международной торговли».

Кстати, конфронтация в газовой сфере, которая началась раньше и идёт с переменным успехом (строительство СП-2 американцы всё же временно заблокировали, да и на болгар продолжают давить, тормозя продолжение «Турецкого потока»), всё же позволяет России пока выигрывать по очкам, медленно, но верно наращивая своё преимущество за счёт создания альтернативных мощностей (сжиженный газ) и выхода на альтернативный (азиатский) рынок.

Вызов Москвой принят. Первоначальный заявленный запас прочности (от шести до десяти лет против максимум пяти у США) у России гораздо выше, экономика её более самодостаточна, а внешняя торговля хорошо сбалансирована и на сегодня внешнеторговый баланс профицитен. Тем не менее борьба будет крайне сложной. Фактически речь идёт о том, кто будет во второй половине XXI века контролировать мировой рынок энергоносителей, а значит и мировые экономическую и финансовую системы. Это уже не теоретический спор, но вполне практическое решение вопроса о глобальной гегемонии. Просто так США не сдадутся. Но пока что панические настроения перед лицом углубляющегося кризиса господствуют именно в Вашингтоне.