Белгород: между войной и миром

Статистика войны

В этом году военного парада, шествия «Бессмертный полк» и концерта в честь 78-й годовщины Победы в Великой Отечественной войне в Белгороде не было. Власти региона отменили мероприятия накануне 9 мая в связи с участившимися обстрелами приграничных районов. Если ВСУ не прекращали огонь и на Пасху, если президент страны Владимир Зеленский уничтожил, в прямом смысле, на Украине День Победы, переименовав его в День Европы - чего ещё можно было ожидать от киевского режима в священный для россиян праздник?

Белгородская область находится под обстрелами ежедневно с самого начала спецоперации, но с особым пристрастием бить по приграничным районам ВСУ начали с 6 мая - восемь обстрелов за сутки. Причём в Шебекино под артогонь попал центр города. По словам губернатора области Вячеслава Гладкова, пострадал один человек, произошло два прямых попадания в торговый центр и школу, известно и о прилётах на территорию промышленного предприятия.

В ночь на 7 мая ВСУ обстреляли село Сподарюшино: обошлось без пострадавших, но был повреждён частный дом, газопровод и линии электропередач. В тот же день с территории Украины были обстреляны сёла Устинка и Муром. А 8 мая ВСУ снова накрыли огнём Шебекино - пострадали пять человек. Обстреливался город и в День Победы: повреждены восемь многоквартирных домов и 32 автомобиля. Несколько снарядов упали на село Сподарюшино, в результате загорелись два дома. И это - «картина» обстрелов населённых пунктов региона только за три дня.

Ранее губернатор предал огласке тревожную статистику по ситуации в области с самого начала СВО. С той поры Белгородчина обстреливалась более двух тысяч раз, от артналётов погибло 30 человек, ранено 123. Эти цифры росли вместе с интенсивностью обстрелов и количеством целей, которые выбирают ВСУ - преимущественно это жилые дома. Если в прошлом апреле украинская армия начинала с атаки вертолётов по топливной базе «Белгороднефтепродукт», то потом перешла на удары по городским кварталам начинёнными взрывчаткой беспилотниками Ту-143 и оперативно-тактическими ракетами «Точка-У».

В октябре прошлого года из-за обстрела с территории Украины произошёл пожар на подстанции, который обесточил часть Белгорода. В марте этого года расчёты ПВО сбили над областным центром две ракеты, осколками которых повредило здания Фонда пенсионного и социального страхования, торгового центра «Вокзальный» и стоящие рядом жилые дома.

А вот события конца апреля произошли уже без участия ВСУ: в центре Белгорода, в районе пересечения улиц Ватутина и Губкина рядом с жилым многоэтажным домом прогремел взрыв, оставивший воронку диаметром 20 метров. Официально было объявлено, что ЧП произошло в результате «нештатного схода авиационного боеприпаса с самолёта Су-34 ВКС РФ». Вообще-то, согласно Воздушному кодексу РФ, военные самолёты должны обходить стороной населённые пункты. Но это в мирное время, а сейчас война, у которой свои законы.

На линии фронта

Белгород и приграничные районы области с самого начала спецоперации де-факто являются фронтовой зоной, о чём, собственно, и свидетельствует приведённая выше статистика, которой за глаза хватает, чтобы убедиться: идёт планомерная агрессия против российской территории, которая, в соответствии с законодательством, служит основанием для введения военного положения.

Согласно «Закону о военном положении», к агрессии относятся: вторжение иностранных войск или их нападение на российские; бомбардировка иностранными войсками или другое применение оружия против России; засылка диверсионных групп в Россию; блокада российских портов или берегов иностранными войсками; разрешение иностранного государства использовать свою территорию для атаки на Россию. Как минимум два первых пункта совпадают с ситуацией в Белгороде и в приграничных районах области.

По мнению военного эксперта, экс-замминистра информации ДНР Даниила Безсонова, необходимость введения военного положения в Белгородской области назрела давно.

«Однако эта мера сопряжена с рядом сложностей, в том числе - финансовых. Введение военного положения требует определённых трат госбюджета, которые, скорее всего, не предусмотрены - госбюджет формируется в конце года на следующий. Также причина, по которой руководство страны оттягивает введение военного положения в регионе, может заключаться в опасении лишнего накала социального напряжения», - рассказал Безсонов еженедельнику «Звезда».

Однако в информационном поле эта тема не слишком популярна. За весь период обстрелов области о военном положении вспоминали только дважды. Первый раз - в октябре прошлого года, когда губернатор заявил, что «пока регион будет жить в прежнем формате», то есть ограничиваясь введённым в 15 приграничных населённых пунктах режима ЧС. Второй раз - после ЧП с украинскими диверсантами в Брянской области в марте этого года.

Вопрос о введении военного положения в приграничных с Украиной областях поднимал и глава Чечни Рамзан Кадыров, но пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков, видимо, из высших соображений, заявил, что «никаких указаний насчёт введения военного положения в приграничных регионах не принималось». Получается, сегодня Белгородская область, которая находится под ежедневными обстрелами со стороны ВСУ, может полагаться только на меры, которые предусматривает объявленный в области «жёлтый» (высокий) режим террористической угрозы.

Напомним, что этот режим подразумевает усиление работы силовых структур, повышенную охрану стратегических объектов, досмотры в людных местах. Что, мягко говоря, не совсем то, что надо бы предпринять на территории, которая из-за обстрелов и систематических разрушений мирной инфраструктуры по сути дела превратилась в заложницу войны. По большому счёту, ситуация становится похожей на происходящее в ДНР и ЛНР, Запорожской и Херсонской областях, которые с осени 2022 года - часть России, живущая по законам военного положения.

Военное положение, конечно же, не «отменит» обстрелы ВСУ, но: установится жёсткий контроль за перемещениями общественного и частного транспорта, на дорогах области появятся блокпосты, ограничится продажа алкоголя, перемещения оружия и опасных веществ, будет введён комендантский час. И главное, с введением военного положения в регионе появится военная администрация, которой будут подчинены местные власти - от руководителей регионов до МВД и прочих госструктур. Жёстко? Но кто, если не военные, должны управлять фронтовой территорией?

Примечательно, что Белгородская область с начала СВО, по сути, и так живёт будто бы при уже объявленном военном положении, только в его «демоверсии». Убедитесь сами. Как известно, введение военного положения предполагает мобилизацию, организацию территориальной обороны, а также установление трудовой обязанности. Но всё это и так уже происходит в области: территориальная оборона была организована ещё осенью прошлого года, а жители города массово участвуют в сборах гуманитарной помощи Донбассу и самостоятельно плетут маскировочные сети, шьют носилки и палатки, вяжут тёплые вещи солдатам. При этом как могут стараются сохранить самообладание.

Например, накануне майских праздников в центральном парке Белгорода стартовал фестиваль «Река в цвету»: сотни тюльпанов, обширная культурная программа, словно и нет никакой войны, хотя это, конечно же, далеко не так. Но ведь и в блокадном Ленинграде не переставали работать театры и консерватория, а Новый год праздновали и в тылу, и на фронте. Так должно ли быть в прифронтовом городе «место радости»? Должно. Но есть опасение, что те, кому положено принимать ответственные решения, могут подумать, будто в Белгороде, как в том фольклорном Багдаде, действительно всё спокойно. К сожалению, это далеко не так.

«Начало СВО стало потрясением, психика рухнула у многих. Самая главная моя боль в том, что мои родственники живут на Украине - у нас с ними жёсткий конфликт интересов. А ещё постоянное ощущение опасности, справляться с которым удаётся ровно до того момента, пока за окном вновь не появляются звуки военных действий, - рассказала еженедельнику "Звезда" жительница Белгорода Елена Нефедова. - В остальном я не испытываю никаких проблем. Магазины полны товаров, цены явно подросли, но в этих условиях я склонна считать этот рост ничтожным. Город живёт своей жизнью. Транспорт, банки, маркеты, онлайн-доставка - всё работает. Белгород в тюльпанах на радость горожанам. Проходят концерты, театральные представления. Губернатор и его команда очень стараются, чтобы минимизировать наши страхи. И им это удаётся».

«Мирный город»?

Что касается территориальной обороны Белгородской области, то, по словам командира одного из её подразделений Александра Курчевского, она стала формироваться с начала СВО, причём по желанию самих жителей. На данный момент сформированы отряды добровольной народной дружины (ДНД) численностью три тысячи человек.

По словам участника ДНД Евгения Бакало, реально работа в этом направлении началась ещё в октябре прошлого года. Он отметил, что тогда войск в Белгородской области было «очень мало» и жители сами стали готовиться к обороне:

«Было полное ощущение оторванности от большой России. При этом моё субъективное ощущение подкреплялось высказыванием одного московского чиновника: "Задолбала ваша война в Белгороде!". Наша война?.. Этот небожитель вообще не представляет, что война может прийти и к нему - прилететь прямо в его чашку капучино».

На данный момент сформирован основной эшелон ДНД «Рубеж», в котором Евгений состоит вместе с сыном с ноября прошлого года: «Тренировки по выходным на полигоне или в спортзале. По себе могу сказать: с оружием обращаться научился, экипировку себе и сыну купил, первичные знания по тактике, медицине, эвакуации уже получены. ДНД выполняет вспомогательные функции. Патрулирование в составе усиленных групп уже даёт результаты. Также ДНД было привлечено к эвакуации мирного населения из зоны возможного поражения авиабомбой, упавшей 21 апреля в центре Белгорода».

Тероборона сформирована в Белгороде не просто ради «пострелять по консервным банкам» - и добровольцы, и армия готовятся к возможному наступлению ВСУ на протяжение всей спецоперации. Даже в то время, когда отдельные личности в администрации и в местном МЧС вероятность «контрнаступа» стандартно называли фейками, по всей границе и в глубине региона возводились засечная черта и противотанковые преграды. Но, видимо, в структурах власти было и другое мнение. В конце марта министр строительства Белгородской области Оксана Козлитина сообщила, что возведение засечной черты завершилось ещё в январе, на что ушло 9,9 миллиарда рублей. Конечно, это большая сумма, но предусмотрительность намного дороже.

Так могли ли ВСУ двинуться прямиком на Белгород? И не один раз. В ноябре прошлого года нашумело заявление взятого в плен военнослужащего украинской 53-й отдельной механизированной бригады Владимира Лепихина о планах Киева прошедшей зимой перейти в наступление на Белгородскую и Курскую области, о том, что на российской территории уже находятся группы диверсантов, которые должны поддержать это наступление с тыла.

Так почему наступление не состоялось? Во-первых, ВСУ были заняты битвой за Харьков, ситуация вокруг которого не стабилизирована до сих пор. Во-вторых, Украина ждала от Запада поставок техники и вооружений, в частности дальнобойных ракет. Но пока с американской стороны это только разговоры. К примеру, в феврале 2023 года агентство Bloomberg сообщило, что в новый пакет военной помощи США Украине могут войти дальнобойные снаряды GLSDB, но если их и передадут Киеву, то не раньше, чем через девять месяцев. Впрочем, уже подсуетилась Великобритания, которая заявила о поставке ВСУ крылатых ракет большой дальности Storm Shadow.

Возможность «масштабного контрнаступления» украинской армии весной-летом этого года обсуждается с марта. Оно якобы может начаться на белгородском и донецком направлениях, на линии Сватово-Кременная, в районе Артёмовска. На юге, судя по всему, ВСУ, вернее, их западных покровителей, как самый лакомый кусок интересует Крым - тогда основной удар может состояться на Запорожском направлении с целью выхода к Азовскому морю, чтобы перерезать сухопутный коридор к полуострову. Но в таком случае следует ожидать несколько ударов, цель которых - «отвлечь» российские войска на других участках фронта. И то, что один из таких ударов может прийтись по Белгороду - ситуация не фантастическая.

В самом городе и в области дислоцированы воинские части, госпитали, ремонтные мастерские, склады боеприпасов и горюче-смазочных материалов, здесь проходят важные транспортные коммуникации, по которым идёт снабжение войск. Всё это - потенциальные цели для ударов ВСУ.

Но, несмотря ни на что, фронтовой Белгород официально продолжает считаться мирным. Только в мирных городах, к примеру, адреса бомбоубежищ - гостайна «до востребования». Жители города осведомлены о том, где находятся эти подземные укрытия, но белгородка Елена Нефедова отметила, что ещё ни разу не получала СМС об обстрелах и ни разу не слышала сигнал воздушной тревоги: «Сирену не было слышно в дни её тестирования даже с открытыми окнами. Как я узнаю, что пора с тревожным чемоданчиком куда-то бежать?» - рассуждает Елена.

Методом опроса удалось узнать, что во время обстрелов сирену в Белгороде не слышно потому, что её не включают. По словам губернатора Вячеслава Гладкова, на это «физически не хватает времени». А СМС-оповещения не приходят потому, что в областном центре, по его словам, «нет оборудования, которое позволяет сразу всем разослать сообщения». Наверное, пугать местное население почём зря действительно не стоит, но быть готовыми к любой ситуации в двух шагах от войны - разве это такая уж тщетная предосторожность?

Тем более что многое для безопасности города и населения области можно и нужно сделать и без объявления военного положения, не дожидаясь, пока в Кремле примут решение. Что именно - на месте всегда виднее.