Вывод войск из Ирака - последний предвыборный «козырь» Трампа

«Трамп» пишем, «Байден» в уме

Неожиданно Белый дом заявил, что за несколько дней управится с отправкой домой 2,2 тысяч (то есть свыше 43%) из 5,2 тысяч своих «джи-ай», обеспечивающих американский оккупационный режим в Ираке. Хотя совсем недавно в Вашингтоне утверждали, что прежде надо будет сформировать специальную комиссию, которая в зависимости от конкретной обстановки займётся составлением графиков вывода и передислокации американских солдат. Но тема с возможным уходом американцев из Ирака возникла не на пустом месте.

Напомним, что ещё в начале года иракский парламент в ответ на убийство по приказу Трампа командующего элитными частями «Аль-Кудс» Корпуса стражей исламской революции (КСИР) иранского генерала Касема Сулеймани, заместителя командира шиитского ополчения «Аль-Хашд аш-Шааби» Абу Махди аль-Мухандиса и ещё нескольких иранских офицеров проголосовал за скорейший вывод американских войск из страны.

И Трамп тогда был категорически против, грозил лишить Багдад американской военной и финансовой помощи, ввести санкции и даже требовал компенсировать Вашингтону многомиллиардные затраты на содержание военных баз.

Сегодня, пытаясь объяснить причины торопливости с выводом войск, командующий CENTCOM генерал Фрэнк Маккензи заявил, что это решение было принято в Вашингтоне «благодаря уверенности в возросшей способности сил безопасности Ирака успешно противостоять ИГ*». Но генерал Маккензи, конечно же, лукавит. Американцы прекрасно знают, что разрушив до основания армию Саддама Хусейна, в своё время вполне боеспособную и обеспечившую Ираку статус региональной сверхдержавы, США так и не сумели (да и не очень стремились) помочь иракцам создать новую армию.

Большинство отечественных и зарубежных экспертов сходятся во мнении, что основная причина заданного Трампом ускорения с выводом войск в первую очередь связана с внутриполитическими проблемами, поскольку в условиях, когда президентская гонка вышла на финишную прямую и до выборов остаётся менее двух месяцев, Трампу по-прежнему не удаётся сократить отставание от кандидата Демократической партии Джо Байдена. Разрыв этот сохраняется в пределах 7-8 %, что для нынешнего хозяина Белого дома чревато поражением.

Однако вместо того, чтобы всеми способами сокращать отставание, Трамп допускает новые ошибки. Одним из его последних перлов стали циничные высказывания в адрес погибших в Европе в годы Первой мировой войны американцев, которых Трамп назвал «неудачниками» и «молокососами», что вызвало шквал возмущения даже среди тех, кто ранее собирался голосовать за Трампа. И теперь в Белом доме в пожарном порядке ищут способы, как снизить накал антитрамповских страстей и сократить разрыв с Байденом.

По мнению ведущего научного сотрудника ИМЭМО имени Е.М. Примакова РАН Виктора Надеина-Раевского, обратившись к теме вывода войск из Ирака и Афганистана, Трамп, возможно, вытащил из рукава один из своих последних козырей. Теперь он будет всем показывать, что выполняет все данные им перед выборами 2016 года обещания, относительно возвращения домой американских солдат. Дескать, Трамп сказал - Трамп сделал. При этом учёный полагает, что, играя на антивоенных настроениях американского общества, уставшего от бессмысленных и дорогостоящих войн, которые развязали его предшественники, Трамп может сократить разрыв с Байденом, Если, конечно, не совершит новых «проколов».

Что принесла Ираку Америка

Вторжение в 2003 году под надуманным предлогом в Ирак и расправа над Саддамом Хусейном, демонтаж иракского государства, в том числе разгон армии и спецслужб, запрет партии БААС, игравшей в стране государствообразующую роль, подобную той, которую выполняла КПСС в бывшем СССР, опора американцев только на шиитов при одновременном унижении суннитов - всё это привело к тяжелейшим последствиям для иракского народа. В период боевых действий и за годы оккупации в стране погибли сотни тысяч людей, а важнейшие отрасли промышленности, сельское хозяйство и инфраструктура были разрушены. При этом грамотные и имеющие боевой опыт офицеры в массовом порядке переходили под чёрные знамёна «Исламского государства»*, которое к 2014 году сумело захватить огромные территории в Ираке и Сирии с населением в несколько миллионов человек.

На место квалифицированных, хоть и вороватых чиновников-управленцев из числа суннитов пришли ещё более алчные, но не имеющие опыта чиновники-шииты. Быстрыми темпами росла безработица, снижался уровень жизни. Между тем Ирак стал одной из самых коррумпированных стран мира. Например, портфель министра нефти дельцы из высших эшелонов власти продавали за $60 млн. При этом воровали все, кто мог. В результате ставший в мае этого года премьер-министром Мустафа Кязими обнаружил государственную казну пустой и до сих пор не знает, куда девались деньги, хотя Ирак, пусть и по сокращённой программе, продолжает добывать и продавать нефть.

Ещё одним следствием американской оккупации стал углубившийся раскол общества, который прошёл не только по обычным, традиционным для многоконфессиональных стран Востока линиям - между суннитами, шиитами, курдами и другими нацменьшинствами, но и внутри этих групп и конфессий. Часть шиитов, сумевших найти себя и сделать карьеру, придерживаются прозападной ориентации. Другие занимают проиранские позиции. А иракская молодёжь, участвующая в акциях протеста против невыносимых условий жизни, коррупции, некомпетентности чиновников, представлена как суннитами, так и шиитами и курдами.

Трещины от разломов прошли и по «иракской улице» - между простыми людьми и чиновниками, между сторонниками внешних сил, имеющих в Ираке свои интересы, и национально ориентированными политиками. Разлом прошёл даже через небольшие группы нацменьшинств. Например, среди так называемых туркоманов есть и сунниты, и шииты, и у них диаметрально противоположные взгляды на вторжение турецких военных в северные районы Ирака.

Понятно, что такая разобщённость иракского общества, в том числе и по вопросу присутствия в Ираке иностранных войск, представляет огромную опасность для целостности страны.

Тегеранский синдром

Уход американских войск из Ирака безусловно подстегнёт и их союзников (2,5 тысяч солдат и офицеров из нескольких стран). Германия, кстати, уже заявила о намерении побыстрее, чуть ли не завтра, вывести из Ирака полтысячи своих военнослужащих. И надо отметить, что многие в Ираке начало вывода проамериканской коалиции из страны считают важным шагом на пути к восстановлению государственного суверенитета и избавлением от бед, поставивших иракский народ на грань окончательного развала независимости.

В целом решение США о выводе войск из Ирака было с удовлетворением встречено как в самом Ираке, так и в других странах, в том числе и в России. Например, в Иране и в проиранских политических партиях и блоках Ирака это известие вообще вызвало неподдельное ликование. Его расценили как успех Тегерана в противоборстве с США, как закономерный результат постоянных ударов иранских сил и проиранского шиитского ополчения по американским военным объектам. Более того, считается, что с выводом американских войск прекратится по сути дела самая настоящая, хоть и не объявленная, война между иранскими силами и американцами, а Ирак наконец перестанет быть полем боя между Вашингтоном и Тегераном.

Но далеко не всё выглядит столь однозначно, как кажется на первый взгляд. Во-первых, даже после ухода американских и коалиционных военных сил, в Ираке ещё останутся иранские силы - главным образом элитные подразделения «Аль-Кудс» КСИР. И пока они остаются в Ираке - в чём и парадокс! - говорить о полном восстановлении суверенитета не приходится.

Напомним, что иранцы были официально приглашены иракским правительством для оказания помощи в борьбе протии «Исламского государства»* ещё в 2014 году. Вместе с проиранским шиитским ополчением, а также отрядами курдов именно они, а не американцы, как об этом говорят в Вашингтоне, сыграли решающую роль в разгроме террористов-джихадистов, действуя на наиболее трудных и опасных участках антитеррористического фронта. Например, во время штурма Мосула. В то же время коалиционные силы во главе с американцами в основном занимались разведкой, боевой подготовкой, а также нанесением воздушных и ракетно-артиллерийских ударов - то есть предпочитали держаться на расстоянии от линии фронта.

Во-вторых, далеко не все иракцы хотят, чтобы их страна, всегда жившая по светским обычаям, подчинялась законам шариата и заветам шиитского иранского духовенства и вообще шла в фарватере иранской внешней политики. И вообще, слишком тесная привязка к Тегерану чревата для Багдада массой проблем и опасностей.

Для многих иракских национально-ориентированных политиков, в том числе и для премьера Кязими, наиболее целесообразным выглядит сбалансированный, самостоятельный внутри- и внешнеполитический курс. Однако иракский премьер не может не понимать, что выбраться из «проиранской колеи» будет крайне сложно. Иран пользуется огромным влиянием, имея чрезвычайно сильные позиции в иракском парламенте, а у Кязими возможностей для широкого манёвра нет.

Кроме того, не следует сбрасывать со счетов, что в Ираке действуют вооружённые отряды различных проиранских партий, блоков и движений. По своей силе, численности и вооружённости эти отряды ни в чём не уступают, а возможно, и превосходят вооружённые силы Ирака. В своё время они также внесли весомый вклад в победу над «Исламским государством»*, однако сегодня эти отряды не подчиняются центральному правительству и, по сути, являются инструментом иранского влияния в Ираке, координируя деятельность с эмиссарами из Тегерана.

Даже если Багдад сумеет по-хорошему договориться с Тегераном об уходе иранских военных из Ирака (по этому поводу уже идут зондажные переговоры), проиранские силы в стране всё равно останутся.

По крайней мере в августе предпринятая Кязими попытка навести порядок с различными «милициями», заставить их или подчиниться главному командованию армии, или самораспуститься, ни к чему не привела. После того, как иракские спецслужбы совершили налёт на штаб группировки с говорящим названием «Кятаиб Хезболла» и арестовали десятка полтора боевиков, обвиняемых в убийствах, командиры группировки выкатили на огневые рубежи тяжёлое оружие и пригрозили открыть огонь, если её людей не отпустят. Правительство Кязими было вынуждено отступить.

И вообще, многое из того, что нынче происходит в Ираке, представляется довольно парадоксальным. Например, некоторые сунниты, как известно, более других пострадавшие от американского вторжения, сегодня сожалеют об уходе войск США. И всё потому, что опасаются в случае возвращения «Исламского государства»* снова попасть «под раздачу», как то уже было, когда шииты мстили им за годы унижений при Саддаме Хусейне. Тогда американцы по сути дела остановили массовые расправы, но кто защит суннитов теперь?

 С другой стороны, иракцы опасаются, что без США Багдаду не справиться с набирающим силу «Исламским государством»*, которое, по сообщению иракских СМИ, уже контролирует в районе Киркука не менее 30-35 населённых пунктов с численностью более 50 тысяч человек.

В общем, Колин Пауэлл потряс на заседании Совбеза ООН, как теперь выясняется, пробиркой с обыкновенным стиральным порошком, в результате американцы уничтожили процветающую страну. Но теперь, похоже, они наигрались в распространение демократии и бросают Ирак на произвол судьбы. И уже мировое сообщество должно быть начеку, чтобы и эту страну, как в своё время Сирию, не захватили международные террористы. Причём компенсировать Багдаду убытки США даже не думают. И вообще, у них президентские выборы на носу...

Так, может, мы совсем не тех считаем международными террористами? Может, есть смысл всё-таки присмотреться к Америке?

---

* Террористическая организация, запрещённая в РФ.