Россия перешла в решительное контрнаступление на энергетическом "фронте"

1 марта 2018 года "Газпром" остановил поставки газа на Украину. На следующий день Алексей Миллер официально заявил о начале процедуры расторжения контрактов с "Нафтогазом" на поставку газа и его транзит в Европу.

По своим экономическим последствиям заявление главы "Газпрома" не уступает политическому эффекту, вызванному посланием Президента России Владимира Путина Федеральному собранию. Если коротко, это - война. Война юридическая и энергетическая. Но инициатором этого конфликта является не "Газпром", и не Россия в целом. Войну объявили Вашингтон и Брюссель, а ее "Рубиконом" стал киевский майдан-2014…

На встречных курсах

22 февраля 2014 года в Киеве произошел госпереворот, а 26 марта в Брюсселе на специальном саммите США - ЕС Барак Обама сделал два взаимоисключающих заявления. С одной стороны, он сказал, что США могут поставлять в Европу газа больше, чем ей надо. А с другой - потребовал от ЕС принять самостоятельные меры для снижения энергетической зависимости от России, не возлагая излишние надежды в этом вопросе на США.

Два дня спустя Еврокомиссия по энергетике призвала остановить проект  "Южный поток". 17 апреля Европарламент принял по этому поводу резолюцию, а 14 мая отказался от участия в конференции "Энергетический диалог Россия - ЕС: газовый аспект". В декабре "Южный поток" был официально закрыт. В ответ глава "Газпрома" Алексей Миллер заявил, что транзита через Украину после 2019 года не будет при любом раскладе. Москва начала переговоры с Анкарой о строительстве "Турецкого потока".

Все это происходило на фоне антироссийских санкций, под которые попали "Сургутнефтегаз", ЛУКойл, "Роснефть", "Газпромнефть", НОВАТЭК и "Газпром". На поставки в Россию технологий и оборудования по добыче и переработке нефти и газа ввели эмбарго. Против "Газпрома" начали антимонопольное расследование по соответствию его контрактов требованиям 3-го энергопакета ЕС. В европейских офисах "Газпрома" прошла серия обысков.

Направление главного удара по экономике России вопросов не вызывало. Уже к концу следующего года российский газ из-за скидок, которые вынужден был давать "Газпром", оказался дешевле спотовых продаж на National Balancing Point (британская торговая площадка) на 20%. Вопросы вызывали динамика и концентрация политических действий на грани истерики. Обычно такую активность провоцирует непредвиденное обстоятельство. А ее причиной становится стремление экстренными мерами сорвать нежелательный сценарий развития событий.

Каноническими причинами обострения отношений между США, ЕС и Россией считаются Крым и Донбасс. Политическая повестка заслоняет собой события на энергетическом фронте Европы. Это при том, что все предыдущие российско-украинские "газовые" обострения были напрямую связаны с принятием Брюсселем ключевых решений в энергетике.

В 2004 году "Газпром" перезаключил долгосрочные контракты с европейскими покупателями, а в 2005-м разгорелась первая "газовая война" с остановкой поставок газа на Украину. Следующий конфликт произошел в 2008-2009 годах. На этот раз "Газпром" вынужден был остановить поставки не только на Украину, но и в Европу, так как Киев стал самовольно отбирать газ из транзитных объемов, а претензии европейские потребители предъявляли Москве.

Парадокс в том, что Украина сама провоцировала конфликты, которые наносили репутационный ущерб не только поставщику газа в Европу (России), но и его транзитеру (Украине). По итогам конфликтов Украина каждый раз перезаключала договоры на условиях гораздо хуже, чем предыдущие. То что в народе называется, назло бабушке уши отморожу…

Парадокс, однако, обретает некую внутреннюю логику, если знать, что в это время (2005 - 2009 годы) шла подготовка 3-го энергопакета ЕС (принят в 2009-м), ставшего сегодня главным демпинговым оружием Европы против "Газпрома". Руководствуясь логикой этого пакета, Стокгольмский арбитраж отказал "Газпрому" в выплате "Нафтогазом" штрафа за невыбранные объемы газа и оштрафовал российскую компанию на 4,63 млрд  долларов за снижение объемов транзита через Украину. Последнее решение стало поводом для жесткой ответной реакции России с расторжением контрактов.

Если же вспомнить, что два первых конфликта пришлись на период "оранжевой" администрации в Киеве, а нынешний спровоцирован марионеточным (по факту) режимом, то логика действий "Нафтогаза" - в убыток себе - и их реальный заказчик (выгодоприобретатель) становятся очевидными.

Антироссийский пакет

Связь последних украинских событий (майдан, Гражданская война) с поставками газа из России в Европу, на первый взгляд, выглядит теорией заговора. Конспирологией представляется любое событие, механизм которого нам не понятен. Однако не видеть за политическими событиями материальных интересов, значит, опровергать всю историю человеческую.

Суть принятого в 2009 году "энергопакета" -  в создании унифицированных правил функционирования системы газоснабжения внутри ЕС. Все сделки о покупке газа должны заключаться по системе "вход-выход" на границе Евросоюза. Иными словами, был создан единый виртуальный (наднациональный) покупатель и мегарегулятор европейского рынка газа, способный диктовать свои условия продавцам. В документе зафиксированы и другие параметры, но все они в целом работают на общую идею не допустить поставщиков газа к внутренней инфраструктуре и розничному рынку ЕС, где цены в три с лишним раза превышают цену на "входе".

Причиной принятия "энергопакета" ЕС декларировал необходимость расширения конкуренции и снижения цен для потребителя за счет свободного перетекания газа внутри Европы. Декларация никого не могла обмануть. Принимался документ, в первую очередь, против "Газпрома", который обеспечивает 45% европейского газового импорта и жестко связан с Европой трубой. "Газпром" в отличие от танкерных поставок сжиженного газа не имеет альтернативных рынков.

Результатом же принятия "энергопакета" стало вовсе не снижение европейских цен на газ, а их рост. За первые 5 лет его действия цены на газ в Европе выросли для промышленности на 32%, а для домохозяйств - на 27%. Доля стоимости самого газа в подорожании составила 0,4% для промышленности и менее 5% для домохозяйств. Рост шел за счет повышения налогов и затрат на местную транспортировку.

Выиграли от введения новых правил не потребители, а местные поставщики газа. Для примера, средняя экспортная цена "Газпрома" за эти годы едва дотягивает до 200 долларов за тыс. куб. м, а европейский потребитель платит в среднем около 900 долларов. Получается, что доставить газ из-за Полярного круга в Германию стоит в 4 раза дешевле, чем отгрузить его потом через местные сети на заводы BMW в Баварии.

Выживание "Газпрома" с внутреннего рынка ЕС спровоцировало бизнес-конфликт (контрактный разрыв между потребителем и производителем), который в межгосударственном формате обрел характер политического противостояния. "Третий энергопакет" противоречит нормам ВТО и международному праву, утверждая приоритет группового интереса над двусторонними межправительственными соглашениями.

Под предлогом несоответствия "3-му энергопакету" после старта событий в Киеве и блицвизита в Болгарию вице-президента США Джозефа Байдена был заблокирован "Южный поток", хотя двусторонний контракт на его строительство заключался до принятия "энергопакета". Отказ от нового газотранспортного маршрута в Европу по дну Черного моря сохранял за Украиной статус крупнейшего транзитера российского газа, превращая ее в газовую задвижку ЕС.

Казалось, ни Европе, ни России деваться некуда. На Украине - переворот, на западных рубежах России выстроена новая буферная зона в виде государств-лимитрофов. Вашингтон, имея неограниченное влияние на киевскую администрацию, получил в свои руки полный контроль над энергетическим вентилем, используемым как рычаг давления на ЕС. Все. Тотальный проигрыш и тупик.

И вот тут следует заявление России об отказе от украинского транзита после 2019 года, визит Путина в Анкару и подписание соглашения о "Турецком потоке". Одновременно "Газпром" и китайская CNPC подписывают 30-летний контракт на поставку ежегодно 38 млрд куб. м газа в Китай по строящемуся газопроводу "Сила Сибири". А летом 2015 года Россия договаривается с представителями стран "старой Европы" о строительстве "Северного потока-2" в обход "новой Европы" (буферная зона).

Выстроенный Вашингтоном вокруг Украины новый энергетический ландшафт Европы стал рушиться на глазах.

Издалека, долго, течет газ строго…

В прошлом году США попытались сломать вновь складывающийся газовый ансамбль Европы, приняв закон о санкциях против компаний, предоставляющих "товары, услуги, технологии, информацию или поддержку" русским экспортным трубопроводам. Закон прямо обязывает США противодействовать проекту "Северный поток-2" и добиваться от ЕС диверсификации своего энергетического рынка.

Ответом "старой Европы" на законодательную инициативу Вашингтона стало совместное заявление главы МИД Германии Зигмара Габриэля и канцлера Австрии Кристиана Керна, в котором они обвинили США в открытом лоббировании интересов своего бизнеса и желании вытеснить российских поставщиков газа с европейского рынка. Поддержала главу своего МИД и канцлер Германии Ангела Меркель, заявив, что нельзя экономику смешивать с внешней политикой. ЕС оставил за собой право игнорировать антироссийские санкции США, если они не согласованы с европейскими партнерами.

Европейская реакция на новый санкционный закон Вашингтона заставила наблюдателей говорить о неожиданном проявлении политической субъектности ЕС. А с другой стороны, как ей не проявиться, если с 2005 по 2015 год добыча газа в Европе упала на 31% и продолжает снижаться. В 2019 году заканчиваются долгосрочные контракты с "Газпромом", а сжиженного газа из США, как выясняется, не будет (а если и будет, то не дешевый, не в тех объемах и не из США).

Здесь следует понимать, что поставки нефти и газа из России для Европы (прежде всего, Германии) изначально были тем самым способом диверсификации своего энергорынка, который ранее на 100% зависел от нефтяных компаний США и Англии. Контракт "газ в обмен на трубы" между ФРГ и СССР в 1970-м стал первым этапом энергетической диверсификации Европы, за которую сегодня так ратуют США.

По воспоминаниям председателя Восточного комитета немецкой экономики Отто Вольф фон Амеронгена, реакция американцев на контракт граничила с паникой. На полном серьезе утверждалось, что газопроводы в случае военных действий обеспечат советские танки горючим.

Аналогичной в свое время была реакция и на "Северный поток-1". Страны "новой Европы" (Польша, Латвия, Литва, Эстония) в едином порыве выступили против проекта. К ним присоединился премьер-министр Швеции Йоран Персон, заявив, что воспрепятствует "Северному потоку".

Сегодня уже очевидно, что политические интересы США вошли в противоречие с энергетическими интересами Германии, Франции, Австрии, Турции и Китая. Но отступить Вашингтон не может. Если новая энергетическая конфигурация Европы возникнет, то влиянию США на континенте придет конец. Экономических аргументов в этом конфликте у Белого дома нет, поэтому единственным способом воздействия на Европу остается НАТО и антироссийская военная истерия.

В этом смысле выступление Владимира Путина перед Федеральным собранием России и заявление Миллера о начале процедуры расторжения газовых контрактов с Украиной не выглядят неким экспромтом в ответ на размещение американской ПРО у границ РФ и решение Стокгольмского арбитража. Похоже, Кремль сознательно сыграл на опережение, поставив Европу перед непростым выбором энергетической и военной безопасности.