Мексика: судить или не судить президентов?

Мексиканский президент намерен провести народный референдум по вопросу, следует ли судить пятерых его предшественников на высшем государственном посту, которые управляли Мексикой в период с 1988 по 2018 год, если они совершили какие-либо преступления. С такими инициативами в западном мире не выступал ещё ни один государственный лидер. 

Президент Лопес Обрадор обратился к Сенату (верхняя палата двухпалатного парламента) с запросом о проведении референдума. Он уверен, что ввиду подавляющего большинства, которое имеет в парламенте его левая партия Движение национального возрождения вкупе с другими состоящими с ней в союзе левыми политическими группировками, его поистине революционное предложение будет одобрено. Затем Сенат должен обратиться в Верховный суд, чтобы тот эту затею тоже поддержал и признал законной.

Выбранная президентом Лопесом Обрадором формула бюллетеня для референдума гласит: «Согласны ли вы с тем, чтобы компетентные органы в соответствии с действующими законами и процедурами расследовали и, если будет на то основание, наказали за предполагаемые преступления, совершенные во время и после исполнения президентских полномочий, бывших президентов Мексики Карлоса Салинаса де Гортари, Эрнесто Седильо Понсе де Леона, Висенте Фокса Кесаду, Фелипе Кальдерона Инохоса и Энрике Пенья Ньето?»

С этой идеей президент Лопес Обрадор живёт уже давно. Он убеждён, что именно эта идея, многократно высказанная им во время избирательной кампании, привела его к убедительной победе на президентских выборах 2018 года. И сейчас президент, по сути, выполняет своё предвыборное обещание. Лопес Обрадор пока не называет ничего конкретного, говоря о «преступлениях» своих предшественников общо. В основе его решения и народной поддержки этой идеи - недовольство населения властью, всеобщее презрение и неверие власти (по крайней мере, если речь идёт о бывших президентах), поголовная нищета провинции, повальная коррупция, повсеместный разгул организованной преступности, причастность армии и полиции к наркотрафику и т.п.

То, что центральная власть и власть на местах жёстко «повязана» с криминалом, является не просто предположением или допущением в Мексике. Это стойкое убеждение и часть самосознания мексиканцев, основанная на многочисленных явных и скрытых признаках сращивания власти и преступного мира. И как следствие этого самосознания - желание усадить на тюремные нары всех, кто имеет отношение к власти.

Одним из последних свидетельств связки центральной власти и криминала может служить арест в США в 2019 году Хенаро Гарсии Луны, бывшего министра общественной безопасности Мексики (2006-2012 гг.) в правительстве президента Фелипе Кальдерона. Американские власти обвиняют его в получении многомиллионных взяток от наркокартеля «Синалоа» и в участии в контрабанде наркотиков. И это тот человек, который отвечал в Мексике за борьбу с оргпреступностью. Конечно, мнение американцев по поводу «преступлений» иностранцев надо рассматривать через увеличительное стекло и делить на десять. Однако в этом случае, похоже, американцам можно верить. Гарсиа Луна был включен в список «10 самых коррумпированных мексиканцев», опубликованный Forbes в 2013 году. 

Среди главных предвыборных обещаний Лопеса Обрадора было искоренение коррупции в полиции и армии. Ради этой цели по инициативе президента год назад была создана новая военизированная структура - Национальная гвардия, которая заменила собой федеральную полицию и которой теперь отводится главная роль в борьбе с бандитизмом.

По замыслу президента, Нацгвардия будет далека от коррумпированной федеральной полиции и от самой коррупции. Это само по себе априори предполагает, что таковая коррупция процветает, и потому парламент без долгих проволочек дал президенту в этом начинании зелёный свет. Никому не надо было доказывать, что мексиканская полиция насквозь пронизана нитями, ведущими к наркокартелям.      

Между тем критики решения президента о референдуме полагают, что оно подрывает верховенство права и ставит под сомнение независимость судебной системы. Своим решением президент Лопес Обрадор ставит в весьма затруднительное положение Верховный суд, который должен будет принять фактически политическое решение о целесообразности плебисцита - в угоду нынешнему лидеру. Либо пойти против президента, отказать референдуму в легитимности и тем самым вызвать на себя огонь народного гнева. Изюминка в том и заключается, что подавляющее большинство мексиканцев, согласно всем опросам, решительно поддерживает деятельность нынешнего главы государства, желает, чтобы бывшие президенты были осуждены, если они совершили какое-либо преступление. А все убеждены, что они совершили преступления. Например, в случае с экс-министром Гарсией Луной никто не верит, что о его связях с наркокартелями не знал его шеф, бывший в ту пору президентом Фелипе Кальдерон. Кроме того, критики полагают, что если у Лопеса Обрадора есть доказательства преступлений, совершённых бывшими президентами, то пусть он передаст их в прокуратуру, и бывшие президенты будут преданы суду без всякого референдума.

Именно в таком духе через свой Twitter высказался бывший президент Кальдерон. «Ходатайство о судебном разбирательстве в отношении бывших президентов является нарушением элементарных гарантий... Если у него [Лопеса Обрадора] есть веские доказательства против меня, пусть идёт сегодня и представит их прокурору без каких-либо референдумов. Но если у него нет никаких доказательств и никаких конкретных обвинений, то не может быть никакого референдума, никакого голосования, которое имело бы какую-то ценность…  Лопес Обрадор путает Республику с римским цирком: вместо того, чтобы идти с доказательствами в прокуратуру, он спрашивает толпу, судить или простить невиновных, показав большой палец вверх или вниз. Это просто откат от многовековой практики в области правосудия».

Вне всякого сомнения, если референдум будет проведён - а результат его практически предсказуем, - Мексика встанет на путь серьёзных социально-политических изменений и кризисов.

Во-первых, они могут выражаться в изменении законодательства, которое тем или иным образом придётся подгонять под прецедент состоявшегося референдума, делая легитимным подобный способ вершения правосудия.

Во-вторых, политические силы, которые представляли бывшие президенты, и, главное, «большие деньги» разного происхождения, которые за ними стояли и стоят, не останутся в стороне и могут предпринять попытки воспрепятствовать такому развороту мексиканской истории. Куда заведёт это сопротивление со стороны «правых», можно только гадать. При этом не надо сбрасывать со счетов уже накопленный и отработанный в разных странах опыт организации «майдана» - вне зависимости от того, кто его организует, - который может поставить по сомнение стабильность любой власти. Достаточно взглянуть, что в соседних США устроил либеральный истеблишмент против президента Трампа, при этом фактически потеряв контроль над ситуацией и уже не имея возможности рулить тем движением, которое называется Black Lives Matter (Жизни чёрных важны). Причём в Мексике «майдан» может быть как «левый», так и «правый», в зависимости от того, кто перехватит инициативу.

В-третьих, не останутся в стороне внешние игроки и прежде всего США, которые оказывают на Мексику (на её лидеров и на отдельных политических деятелей, на её экономику и т.д.) прямое влияние в своих интересах. С трудом можно предположить, что северный сосед будет удовлетворён левым креном всего политического устройства в стране к югу от Рио-Гранде. 

Рассматривая предложение Лопеса Обрадора онтологически, можно сказать, что оно касается самых основ общества и направлено на передачу населению рычагов прямого управления страной в стиле народного вече при разрушении сложившейся системы разделения властей. Это выглядит как некая социалистическая утопия. Она сильно окрашена идеологически. Но если предположить, что Лопес Обрадор очень убеждённый социалист (и, вероятно, даже догматик), и если помножить это на массовую его поддержку со стороны населения, то его идея перестроить Мексику уже не кажется столь утопической и вполне может быть реализована. Но, как уже сказано выше, в этом случае следует ждать больших социальных волн с большими социальными последствиями, и не только в Мексике, но и, как минимум, во всей Латинской Америке.

---

Автор - эксперт РИСИ.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.