Старлей Иван Жарский и его «Корнеты»

На фоне развороченного взрывом немецкого «Леопарда» на выставке трофейного вооружения спецоперации на Поклонной горе невысокого роста, худощавый старший лейтенант в чёрном берете выглядел подростком, одетым в полевую военную форму. Недаром, чаще всего посетители выставки спрашивали у этого паренька о его возрасте. Но достаточно было взглянуть на его наградной «иконостас», чтобы понять: этот морской пехотинец - герой высшей пробы. Золотая Звезда Героя России, орден Мужества, медаль «За отвагу», медаль ордена «За заслуги перед Отечеством» с мечами - эти награды переднего края войны говорят сами за себя.

Скромность не порок, но бойцовское качество

Естественно, вовсе не богатырская внешность офицера при весьма высокой статусности его наград распаляла любопытство посетителей выставки. Кто-то из них не сдержался и задал прямой вопрос: «За что он награждён Звездой Героя России?» На что тут же последовал совершенно невозмутимый ответ: «За любовь к Родине». Чуть позже с хитроватой улыбкой фронтового балагура Василия Тёркина и самоиронией киногероя Данилы Багрова, этот моложавый на вид парень поведал, что во время спецоперации служил писарем, а затем был переведён на кухню.

Любительское видео с Поклонной горы о старшем лейтенанте в полевой форме и чёрном берете морской пехоты моментально разлетелось по интернету, за первые же сутки набрав миллионное количество просмотров. И уже за кадрами видео остались его обстоятельные пояснения по поводу натовской техники, превращённой нашими бойцами в груды мёртвого металла.

Гвардии старший лейтенант Иван Жарский детально знает предмет презентации: сам он обнулил более десятка вражеских бронеединиц, в том числе хвалёные танк «Леопард» и боевую машину «Брэдли». Но об этом в своих пояснительных экскурсах он предпочитал не говорить.

Когда везёт на хороших людей

Герою России гвардии старшему лейтенанту морской пехоты Черноморского флота Ивану Жарскому - 27 лет. Больше половины своей жизни он носит погоны. Первые из них надел в Казанской кадетской школе-интернате. И с этим вышла целая история. К окончанию шестого класса Иван со своим дедом решили, что самая достойная профессия для мужчины - военная. И стране она нужная, и даёт стопроцентную возможность проявить себя. Дед до подполковника в армии дослужился, поэтому для внука авторитетом был безусловным. Да и сам Иван, заряженный рассказами деда о службе, увлекался книгами и фильмами военной тематики. Но оказалось, что в кадетскую школу надо было поступать с пятого класса. Увидев скупую слезу сына от такого известия, мама расплакалась прямо в приёмной директора школы.

- Мне на хороших людей по жизни везёт, - признаётся Иван. - Вот и директор кадетской школы из такого разряда оказался. Разрешил сдать экзамен и принял в седьмой класс. А я уж потом постарался его не подводить.

О таких мальчишках, каким рос Иван, говорят «гиперактивный ребёнок», поэтому можно представить, каких усилий стоило ему не подводить директора. Но к окончанию кадетской школы «военная косточка» в характере паренька дала ростки чёткого выбора профессии артиллериста. В Михайловской академии Ивану снова повезло на хороших людей - большинство преподавателей знали свои предметы по боевому опыту, поэтому вели курсантов в офицерские науки конкретно и убедительно.

В динамике морской пехоты

В морскую пехоту выпускник Михайловской артиллерийской академии лейтенант Жарский попал по собственному настоятельному желанию. Не обошлось при этом и без романтики, но главным аргументом при выборе офицерской судьбы всё же стала притягательная динамичность службы «чёрных беретов». А это, по представлениям молодого офицера, давало вполне реальную возможность проявить и командирские, и артиллерийские качества. Получив под начало противотанковый взвод, Иван взялся за его подготовку в полном соответствии со своей фамилией. Учения, насыщенные практикой боевые дежурства и командировки единили морских пехотинцев взвода.

А позиция молодого офицера по поводу того, что командир непременно должен быть лучшим специалистом среди своих бойцов, придавала ему авторитета даже среди старших по возрасту и опыту службы контрактников. А ещё он прослыл среди артиллеристов бригады никогда не унывающим человеком.

- Это же просто: когда свою энергию направляешь на преодоление преграды, а не на поиск причин невозможности её одолеть или погружение в брюзжащее уныние, то оказывается, что не так уж и страшен чёрт, как он представляется, - делится своей точкой зрения Иван Жарский.

Пожалуй, такая позиция в боевой обстановке спецоперации сказалась результативностью птуровиков лейтенанта Жарского.

ПТУР - окопная артиллерия

Уже с самого начала спецоперации морпехи-черноморцы яростно дрались с украинскими нацбатальонами в Мариуполе. И противотанкисты со своими «Корнетами» довольно часто восполняли нехватку артиллерии, которую сложно было применять в условиях многоэтажности, плотной городской застройки и бункерной системы металлургических заводов. Вот тут Иван и выводил свои ПТУРы на прямую наводку и крушил бетон, кирпич, металл, броню и тех вражин, что за ними пытались укрыться.

- Пока не окунёшься в реалии боя, никакая усвоенная ранее теория и профессиональные практические навыки не делают тебя настоящим бойцом, - говорит Иван Жарский. - Многое, с чем столкнулись мы в Мариуполе, просто невозможно было себе представить в обычной учёбе. Уже за первую неделю у меня поменялись многие представления о том, что и как надо делать в той или иной обстановке, чтобы победить врага и уцелеть в этой беспощадной кровавой драке. И взвод менялся на глазах. Люди ежедневно закалялись душой и телом. Взаимопонимание становилось полным.

В целях экономии боеприпасов, как он говорит, часто и сам вёл огонь из ПТУРа по принципу: одна цель - один пуск. Делать это под кромешным вражеским огнём без отваги в душе - никак не получится. И он ежедневно проявлял её. За что и был награждён медалью, уже своим названием «За отвагу» подтверждающей такой факт.

Именно в этих тяжёлых боях ему было доверено принять под начало противотанковую батарею. Опыт эффективного применения «окопной артиллерии», как стали называть ПТУРы морские пехотинцы, личная бойцовская лихость и командирская грамотная основательность помогли войти в новую должность без всякого промедления.

На разных участках спецоперации пришлось повоевать Ивану Жарскому и его бойцам. И везде их проверенные «Корнеты» становились ударной силой переднего края, надёжной и позарез необходимой огневой поддержкой штурмовых групп черноморской морской пехоты.

«Леопарды» и «Брэдли» горят хорошо

Так было и в тот раз, когда Иван вместе с сержантом Игорем Овсянниковым вынесли свой противотанковый комплекс прямо на линию боевого соприкосновения, где упорные укровояки пытались бронированным тараном пробить брешь в обороне наших морпехов. Главная их надежда была на натовские «Леопарды» и «Брэдли». Точный выбор позиции, хорошая маскировка, тщательный анализ имеющейся информации, выдержка - всё это легло в решение старшего лейтенанта Жарского на этот бой.

У прицела лёг он сам. Три пуска - «Леопард» и две «Брэдли» от прямого попадания сдетонировали своими боеукладками. Над головами противотанкистов противно задребезжали сразу несколько вражеских квадрокоптеров. Разведчики или «ударники» - рассматривать было некогда. В любом случае - угроза реальная.

- В темпе меняем позицию, - дал комбат команду Овсянникову и подхватил станину ПТУРа.

Они успели пробежать метров семьдесят, как на их бывшую позицию обрушился шквал огня. С новой «лёжки» морские пехотинцы обнулили ещё один танк и боевую машину противника. И тут по ним ударил вражеский миномёт, перепахивая огнём и металлом край лесополосы. И снова смена позиции. Чуть успели замаскироваться, как в небе зажужжали небратские коптеры - на этот раз в паре: разведчик и «камикадзе». Рискуя попасть под «сброс», противотанкисты всё же завершили разгром украинского бронетарана - ещё две боевые машины заполыхали на рубеже атаки.

Оставшиеся заряды, уже под сбросами с квадрокоптеров гранат, они выпустили по отступающей пехоте врага. Как потом с благодарностью отметил командир тактической группы морских пехотинцев, противотанкисты в самые сложные минуты задавали лихой боевой настрой всему личному составу, а своим метким огнём давали основательный повод своим боевым товарищам верить в успех жёсткого боестолкновения.

Командирская доблесть - бить врага без потерь

Подобных боевых эпизодов на счету гвардии старшего лейтенанта Ивана Жарского было немало. И об этом красноречиво говорят такие боевые награды офицера, как орден Мужества и медаль ордена «За заслуги перед Отечеством» с мечами. При штурме села Пятихатки Запорожской области он из своего «Корнета» «накрыл» две огневые точки противника, обеспечив продвижение штурмовой группы морпехов. А когда укры попытались пойти в контратаку, устроил им на переднем крае крутую «жаровню», напрочь сбив наступательный пыл.

В бою на окраине села Работино расчёт Ивана попал под миномётный обстрел, и его напарник был ранен. Комбат умело оказал первую медпомощь бойцу и, несмотря на свою не богатырскую комплекцию, на плечах вынес его из-под огня, а затем вернулся за ПТУРом. Всего же батарейцы Жарского превратили в металлолом более тридцати бронеобъектов укронацистов.

Но не эту статистику считает Иван основной. За всё время командования подразделением ни один из его бойцов не стал безвозвратной потерей. Были раненые, но после поправки они снова возвращались в строй. А это значит, что умеет командир беречь своих людей даже в жестокой круговерти боёв.

Ангелы переднего края

Иван говорит, что под огнём бойцу очень нужен ангел-хранитель. Для него это мама. Когда он распаковывает её посылки с сушёными яблоками и казанским чак-чаком, вместе с их запахами приходит ощущение родного дома, за который можно идти в бой. А не так давно у морского пехотинца Ивана Жарского прибавилось ещё двое ангелов-хранителей. Ими стали жена и недавно родившийся у них сын. И теперь его любовь к Родине стала ещё основательнее от любви к этим дорогим людям.

Однажды, когда герой был в отпуске, юнармейцы на уроке мужества спросили у Ивана Жарского, бывает ли бойцам страшно на войне.

- Конечно. Как и в любом другом случае, когда ты оказываешься на шаткой грани между жизнью и смертью, - откровенно признался Иван. - Но у одних это чувство порождает боевую злость, а у других - дрожь в коленках. Это такой тест - настоящий ты военный профессионал или только форму военную носишь.

О профессионализме самого командира противотанковой батареи из бригады морской пехоты Черноморского флота гвардии старшего лейтенанта Ивана Жарского говорят его личные подвиги на линии огня спецоперации. Хотя, опять же, по своей скромности он считает их обычной работой военного человека и говорит, что каждый из его подчинённых вполне достоин таких же знаков боевого отличия.