Василий Минаков. Торпедоносец Победы

Вступив в войну в июле 1942 года и закончив её в январе 1945-го старший лейтенант Василий Минаков стал рекордсменом в своём деле. Никто - ни до, ни после него - не из числа лётчиков-торпедоносцев, не из моряков-подводников не смог уничтожить вражеских плавсредств больше чем он. По суммарному водоизмещению (около 46.000 тонн) потопленных гитлеровских кораблей, транспортов и подводных лодок - данные не из википедии, а из личного интервью с В.И. Минаковым (прим. ред.) - он превзошёл даже легендарного подводника № 1 Александра Маринеско, на счету которого было «всего лишь» 42.500 тонн.

Если бы не сальса..

Военную службу в рядах Рабоче-Крестьянского Красного Флота Василий начал в семнадцатилетнем возрасте, поступив в Ейское военно-морское авиационное училище им. И.В. Сталина. Тут интересен один факт, раскрывающий, какими в то время были требования к физическому состоянию абитуриентов. Василия, закончившего пятигорский аэроклуб, забраковала медкомиссия, определив, что одна нога у него короче другой аж(!) на … два миллиметра. Только благодаря настойчивости молодого человека, который заявил, что сию минуту готов станцевать сальсу перед членами комиссии, его зачислили в училище. После двух лет обучения, младший лейтенант Минаков был направлен для дальнейшего прохождения службы в ВВС Тихоокеанского флота. Там он и встретил начало войны.

Вместе с остальными принялся было писать рапорта с просьбой отправить на фронт, но командование быстренько поставило всех на место. Объяснив, что в Корее дислоцируется Квантунская армия численностью до миллиона человек, задача которой - дойти до Урала. В результате, лётчики-торпедоносцы стали учиться воевать на манекенах, сбрасывая их на парашютах на предполагаемые цели. И уже тогда Минаков отличился в лучшую сторону, быстрее всех «встав на крыло» и освоив необходимые навыки бомбометания с различных высот.

Летал в небе, как ходил по земле 

После 7 декабря 1941 года, когда японцы напали на американскую базу Пёрл-Харбор, уничтожив почти весь Тихоокеанский флот США, тема об отправке на войну на запад вообще закрылась. Морские лётчики-тихоокеанцы находились в постоянной готовности к действию. И возможно, так бы и продолжалось вплоть до 1945 года.  

Когда по всей линии фронта с фашистами выявилась катастрофическая нехватка лётчиков, тихоокеанцев небольшими партиями стали направлять на Западный фронт. И Минаков оказался на Черноморском флоте, хотя, получил направление на Северный. В последний момент, уже на подмосковном аэродроме в Чкаловске, его буквально украл командир 36-го минно-торпедного полка Андрей Ефремов. Прознав о молодом лётчике, он попросту забрал его с собой, сославшись на «специальное распоряжение» из Москвы. Разве мог младший лейтенант усомнится в словах целого майора, да ещё вдобавок - Героя Советского Союза.

Минаков был назначен командиром звена. К концу лета (фактически, за месяц с небольшим) он имел на своём счету уже около полусотни боевых вылетов. Задача морских лётчиков-торпедоносцев (так их было принято называть среди авиаторов) заключалась в постановке минных заграждений и бомб на заданном участке местности и акватории. А также - в атаке торпедами надводных целей и береговых объектов противника. Главная сложность заключалась не только в прицельном сбрасывании смертоносного груза, но и в том, чтобы не попасть под огонь зенитных батарей с земли и под самолёты прикрытия, которые обязательно сопровождали крупные морские конвои и охраняли пункты базирования.

Минаковская чуйка

Умение крутить головой на 360 градусов для лётчиков-торпедоносцев было не просто оборотом речи. И совсем не случайно в приказном порядке при каждом боевом вылете им полагалось иметь в кабине каску. То, что это не чья-то прихоть, а жизненная необходимость Василий убедился на собственном опыте в бою 25 августа в 1942-м, когда был впервые ранен. Вовремя надетая каска спасла ему жизнь. Потом он был ранен ещё дважды. Но зато всегда ему удавалось сберечь машину. На своём уникальном Ил-4 (самолёт мог брать на борт до 2,5 тонн боевого груза, одновременно выполняя функцию бомбардировщика и торпедоносца) он отлетал почти всю войну. Самолёт ремонтировали, делали латки, но по настоянию пилота не заменяли. И так - вплоть до середины августа 1944 года, пока машина, пилотируемая другим лётчиком (Минаков в это время находился в краткосрочном отпуске) не была сбита в небе над румынским городом-портом Констанца.

Быть успешным лётчиком-торпедоносцем - не такое простое дело, как может показаться на первый взгляд. Дело в том, что эффективность попадания высотной торпеды, сброшенной с самолёта, гораздо ниже (примерно в четыре-пять раз), чем у низковысотной; и тем более той торпеды, которую выстреливают с борта надводного корабля или подводной лодки. А ещё нужно точно рассчитать время её спуска на парашюте (секунд 50) и курс торпеды по курсу конвоя таким образом, чтобы корабль обязательно на неё «наткнулся».

Справка

Согласно статистическим данным, потери торпедоносцев были самыми большими по отношению к совершенным боевым вылетам - на самолёт четыре вылета. Число боевых вылетов для других типов боевых самолетов было следующим: штурмовики - 11, бомбардировщики - 48, истребители - 62.

В работе «Исследование применения торпедного оружия ВМФ в Великой Отечественной войне» приводятся сравнительные данные по эффективности применения авиацией низких торпед. Они показывают, что из 1.300 сброшенных советскими торпедоносцами торпед достигло цели 476 (36,6%), на одно потопленное судно затрачено 3,2 торпеды. Английской авиацией сброшено 609 торпед, достигло цели 167 (27%), на одно потопленное судно затрачено 3,7 торпеды. Американской авиацией сброшено 5.360 торпед, попало в цель 359 (6,9%), на одно потопленное судно израсходовано 14,9 торпеды. Это  подтверждает эффективность торпедоносцев советской морской авиации.

Со временем у Василия выработалась профессиональная чуйка (Прост. - интуиция, шестое чувство. - Ред.), благодаря которой он чаще других возвращался с боевых заданий с положительным результатом. К октябрю 1944-го Минаков за 182 боевых вылета (более трети из них были в ночное время) бомбовыми и торпедными атаками потопил 13 транспортов немецких военно-морских сил общим водоизмещением 36,5 тысяч тонн. Кроме того, на его счету были уничтоженные склады с боеприпасами, железнодорожные станции, орудия, танки и даже четыре самолёта Люфтваффе, которые он сбил в воздушном бою.

37-летний генерал 

Указом Президиума Верховного Совета СССР 5 ноября 1944 года за мужество и героизм, проявленные при освобождении Крыма, старшему лейтенанту Минакову было присвоено звание Героя Советского Союза. Очень достойным дополнением к этому стали и пять боевых орденов, которые в конце войны красовались на его парадном кителе.

Покончив с фашистами, Василий Иванович продолжил военную службу и в 1946 году возглавил 5-й гвардейский минно-торпедный авиаполк. Затем был перевод на Балтийский флот, учёба в Военно-морской академии, служба на Тихом океане и вновь возвращение в Калининград на должность командира 128-й гвардейской минно-торпедной авиадивизии ВВС Балтфлота. В 37 лет В.И. Минаков становится генерал-майором. После окончания академии Генштаба его назначают первым заместителем командующего ВВС Северного флота. А в середине 60-х годов направляют в Объединённую Арабскую Республику, где советский генерал с боевым опытом в течение нескольких лет оказывал помощь в организации и становлении египетской военно-морской авиации.

В феврале 1971 года, после назначения на должность начальника филиала 30-го ЦНИИ авиации и космонавтики в Ленинграде, В.И. Минаков с головой уходит в новое для себя дело. Под его руководством было создано пять типов самолётов (стратегический Ту-142, палубные «сушки» 27-я и 33-я, многоцелевой истребитель МиГ-29К, самолёт-амфибия «Альбатрос») и семь разновидностей корабельных противолодочных и военно-транспортных вертолётов.

Большая часть из этих машин по сей день находится на вооружении отечественной авиации. Одновременно Василий Иванович взялся за написание диссертации, которую успешно защитил в 1974 году. И ко всем своим регалиям добавил учёную степень кандидата военно-морских наук и звание доцента. Его личные послевоенные заслуги были отмечены на государственном уровне ещё шестью орденами.

«И нынешних мальчишек поколенье гордится земляком»

Рассказ-воспоминание о герое войны был бы не полным, если бы мы опустили одну деталь, которую он сам называл своим хобби. После ухода в отставку в 1985-м В.И. Минаков ощутил потребность писать. За почти три десятка лет творческой деятельности из-под его пера вышло 18 книг, большинство из которых о суровых военных годах и боевых товарищах. Выкладывая свои воспоминания на бумагу, Василий Иванович, фактически, «воевал» до конца жизни. За этот род занятий он был удостоен литературной премии Заксобрания Санкт-Петербурга имени маршала Л.А. Говорова.

В городе Минеральные воды на Аллее Героев установлена стела с барельефом В.И. Минакова. Там почти всегда есть свежие цветы. Местные жители помнят своего легендарного земляка - Почётного гражданина города, выпускника СШ № 111 г. Минеральные Воды.

Простой парнишка в городке заштатном

Мечтал о летчицкой пилотке со звездою…

Курсант аэроклуба стал солдатом,

Когда война надвинулась грозою.

Над Тихоокеанскими волнами

И Черноморья рейдами седыми,

Гордясь гвардейцев авиаполками,

В боях окрепли крылья молодые.

И Родина, опомнившись от горя,

Найдя в солдатском подвиге спасенье,

Парнишку назвала своим Героем,

А он продолжил Родине служенье.

Сейчас его погоны генерал-майора

Взывают к памяти, чтоб не уснуть на лаврах:

Он пишет книгу о друзьях-героях,

О днях сражений давних, достославных.

Гирлянда Славы - символ преклоненья

Пред подвигом мужчины и солдата.

И нынешних мальчишек поколенье

Гордится земляком, чьё имя - свято.