Адью, Страсбургское кладбище демократии

В течение 72 лет своего существования ЕСПЧ остаётся противоречивой организацией, в которой до марта 2022 года участвовала и Россия. При этом наша страна была признана лишь потому, что в ельцинские годы был курс на либерализацию, что более чем устраивало коллективный Запад. После того, как российским лидером стал Владимир Путин, внутренняя политика изменилась - роль государственного аппарата усилилась, почти уничтоженные в 90-е силовые ведомства начали получать поддержку и вновь обретать влияние, после чего либерализм начал сменяться на умеренный консерватизм.

Впрочем, у ЕСПЧ уже в первый год участия, в 2000 году, появились претензии к России - за «нарушения прав человека в Чечне» нашу страну впервые лишили голоса, а девять лет спустя попытались провернуть то же самое, но уже за участие в Пятидневной войне. Впрочем, резолюция не набрала большинство голосов, так что Страсбургскому суду оставалось только обвинить Москву в «систематическом нарушении взятых обязательств, наложенных на Россию резолюциями ПАСЕ» и в «отказе от сотрудничества с ассамблеей в процессе мониторинга».

Суд без суда и следствия

Одним из самых громких дел против нашей страны можно назвать «Картер против России» (№20914/07, от 21 сентября 2021 года), в результате которого Россия без каких-либо доказательств была признана виновной в убийстве бывшего сотрудника службы госбезопасности СССР (а впоследствии - и РФ) Александра Литвиненко. Дело в том, что Марина Литвиненко, сменившая фамилию на Картер - вдова беглого оперативника. Оба они после побега в Великобританию перешли на службу в МИ-6, а Александр Литвиненко также сотрудничал с испанской разведкой. Тем самым организация создала прецедент ответственности государства за нарушение прав человека за рубежом. Учитывая, что на Западе царит прецедентное право, таким образом появилась возможность использовать обвинение против любого государства в качестве наказания. Впрочем, страны НАТО, бомбившие Югославию, отчего-то наказание за свои преступления не понесли, а иски её граждан были массово отклонены - дескать, не царское это дело отвечать за права человека за границей.

Ещё один случай, ставший объектом пристального внимания, - разбирательство по поводу «закона Димы Яковлева», принятого в конце 2012 года и запрещающего гражданам США усыновлять российских детей. Согласно результатам проверки СК, «полуторагодовалый Дима Яковлев погиб 8 июля 2008 года, когда его приёмный отец Майлс Харрисон оставил мальчика закрытым в машине на 9 часов при 50-градусной жаре. Ребёнок был усыновлён в России за три месяца до трагедии». Приёмному отцу грозило до 10 лет лишения свободы, однако суд его оправдал, а в 2012 году выяснилось, что родственники мальчика (бабушка и дедушка) не смогли получить опеку над ним, хотя и пытались. Более того, эксперты-графологи подтвердили, что подпись бабушки в документах с отказом от усыновления оказалась поддельной.

Такие случаи имели место быть, а порой оказывалось, что под видом заботливых опекунов детей забирали педофилы.

Так, американец Марк Ньютон и его новозеландский партнёр Питер Труин убедили россиянку выносить для них ребёнка за 8 тыс. долларов. Забрав малыша, «опекуны» превратили его в игрушку для самых грязных утех, которые ещё и снимались на фото и видео. Более того, мальчик стал жертвой как минимум ещё восьми таких «любителей детей» в США, а также во Франции и в Германии, где его принуждали сниматься в порнофильмах. К счастью, оба педофила понесли наказание с отсидкой и выплатой немалой компенсации в пользу ребёнка, однако понятное дело, что это не компенсирует в полной мере вред, нанесённый мальчику - ведь полученные травмы могут и в дальнейшем аукнуться ему и покалечить ему всю жизнь. Тем более, что таких ребят - не одна сотня. Ведь в Даркнете дети - это огромный бизнес, который становится ценнее по мере усложнения «покупки». Так, в 2018 году живой ребёнок из Молдавии или с Украины оценивался в 1,5-2 миллиона.

«Российские дети-сироты всегда привлекали иностранных извращенцев из-за доступности. Запрещая иностранное усыновление, мы ставим барьер для негодяев. Международное сотрудничество в сфере борьбы с педофилами даёт возможность России выявить, разоблачить и покарать преступников, защитить детей», - объяснил уполномоченный при президенте России по правам ребёнка Павел Астахов.

Иными словами, закон был призван защитить российских детей от участи бесправного мяса, однако в ЕСПЧ были иного мнения по поводу обязанности государства защищать права его граждан - в итоге Страсбургский суд признал эту меру незаконной и обязал Россию выплатить компенсации по 3 тыс. евро каждому заявителю, да ещё и возместить 600 долларов за судебные издержки. В России, якобы, узаконивается дискриминация по признаку гражданства приёмных родителей, что является нарушением 14-й статьи Конвенции о правах человека. А тот факт, что с детьми за рубежом могли жестоко издеваться, а самим жертвам было неоткуда ждать помощи, в ЕСПЧ предпочли не замечать.

Более того, в 2019 году выяснилось, что в США действует обширная сеть педофилов, на совести которых искалеченные судьбы как российских детей, так и без вести пропавших несовершеннолетних американцев.

Об этом рассказал находящийся в американской тюрьме Виктор Бут, ссылаясь на одного из его товарищей по заключению в Блоке коммуникационного контроля (особо строгой «тюрьмы в тюрьме») Фрэнсиса Шеффера Кокса, который, собственно, раскопал в своё время компромат на нескольких федеральных чиновников высокого уровня, связанный с педофилией и исчезновениями детей в США. За это расследование Кокс оказался жертвой провокации и получил 24-летний срок за «подготовку сговора с целью убийства полицейских». В Европейском суде почему-то предпочитают об этом не вспоминать.

Изгнание вместо выхода

Однако вернёмся к нашим баранам, а точнее - к тому, что такое демократия в понимании части судей, которые сейчас «рулят» организацией.

«Я не согласен с вами, господин Гросс, что СЕ (Совет Европы) - это госпиталь демократии, откуда нельзя выгонять больных. С таким подходом наша организация может превратиться в кладбище демократии», - заявил тогда эстонский депутат Индрек Саар, критикуя предложение своего швейцарского коллеги Андреаса Гросса (тот выступал за сохранение участия России в организации и сохранение диалога). Получилась парадоксальная картина: в целом конструктивную позицию Гросса окрестили «кладбищем демократии», а на деле таковым стала политизация ЕСПЧ, достигшая в последние десятилетия небывалых масштабов.

Нередко решения Страсбургского суда противоречили национальному законодательству какой-либо страны, а то и требовали перекраивания конституции. Нельзя сказать, что изменения в национальном законодательстве и судебной системе шли исключительно во вред - к примеру, граждане получали возможность оспорить несправедливое решение национальных судов. Но надо признать, что в этом процессе законодательная и судебная системы того или иного государства зачёсывались под одну гребёнку.

По сути ЕСПЧ, изначально созданный для контроля над соблюдением прав и основных свобод человека в странах-участницах, уже окончательно превратился в манипулятивный инструмент.

Этому послужило право Европейского суда толковать Конвенцию, а также ранее вынесенные постановления по запросу Комитета министров Совета Европы. Учитывая, что в любом законе существуют лазейки, а положения, как ни крути, могут быть истолкованы как угодно, такой возможностью нередко пользуются далеко не в благих целях. В связи с этим стоит вспомнить о том, что изначально наша страна выразила желание добровольно выйти из организации, однако её заявление было отклонено. Вместо этого Россия вышла из ЕСПЧ в роли изгнанницы - это «в значительной степени повысило свободу усмотрения федерального законодателя в вопросе определения сроков дальнейшего исполнения в РФ постановлений ЕСПЧ», как отмечалось в постановлении Суда.

В условиях, когда «цивилизованные» европейцы сорвали свои маски, сожаления генсека СЕ Марии Пейчинович-Бурич выглядят просто лицемерно: «Своим выходом из конвенции Россия ещё больше изолирует себя от демократического мира и лишит более 140 млн российских граждан защиты ЕСПЧ», - заявила она после того, как Россию фактически выгнали по ускоренной процедуре, вместо того, чтобы удовлетворить её запрос на добровольный выход (тогда её членство продлилось бы до 31 декабря 2022 года).

Вместе с тем Пейчинович-Бурич подчеркнула, что СЕ продолжит сотрудничество с правозащитниками, демократическими силами, независимыми СМИ и активистами России. В данной ситуации наша страна наконец избавилась от ещё одной обузы, которая, хоть и значительно повлияла на наше законодательство, но всё же в первую очередь применялась как инструмент манипуляций наравне с «международными нормами», которые самые «прогрессивные» страны так любят декларировать, а вот выполнять - не очень.