Мир с Россией, интеграция с НАТО: к чему приведут рокировки во власти Грузии

На его место пришёл Ираклий Кобахидзе, бывший председатель правящей партии, которому 8 февраля на пленарном заседании парламент выразил вотум доверия, а с ним и новому правительству, и программе «Ради построения европейского государства». «За» высказались 84 парламентария из 76 минимально необходимых.

За 262 дня до парламентских выборов в Грузии произошли серьёзные перестановки в правительстве и правящей партии, основанной миллиардером Бидзиной Иванишвили. Каковы будут последствия этих изменений и как трансформируется политика нового премьер-министра Кобахидзе, который свой первый зарубежный визит совершил в Брюссель? В ходе этого визита обсуждались не только вопросы, связанные с Евросоюзом, но и с НАТО.

Who is Mr. Кобахидзе?

Седьмой премьер Грузии, 45-летний Кобахидзе - выходец из академической среды: дед был профессором, бабушка - деканом. После распада СССР родители из науки перешли в политику. Отец, Георгий Кобахидзе, в 90-х годах был депутатом, а затем одним из лидеров «Демократического движения - Единая Грузия». На тот момент Нино Бурджанадзе выступала за укрепление отношений с Россией и против евроинтеграции Грузии. Однажды Кобахидзе-младший даже получил упрёк в свой адрес, что якобы является сыном сотрудника КГБ СССР.

Проработав порядка 14 лет в неправительственном секторе - агентстве США по международному развитию (USAID), Программе развития ООН (ПРООН) и офисе Совета Европы в Грузии, Ираклий Кобахидзе перешёл в политику и в 2015 году присоединился к партии «Грузинская мечта». Там он занял пост исполнительного секретаря.

Примечательно, что, будучи представителем сферы НПО и став председателем «Грузинской мечты», он активно продвигал принятие в первом чтении законопроекта об иностранных агентах. Он считал, что это позволит приструнить радикальную оппозицию, которая, по его мнению, скрывает финансовые потоки своих неправительственных организаций и осуществляет антиправительственную деятельность.

Обладая юридическим образованием и степенью доктора права, профессор Кобахидзе заявил, что не намерен поддерживать международные и грузинские санкции против России. Он также выступил против протестов на антироссийской почве и осудил запрет полётов из РФ в Грузию в 2019 году. Как представляется, во всём этом он руководствуется исключительно грузинскими интересами. Первое такое заявление, которое можно рассматривать как проявление прагматизма, было сделано 28 февраля 2022 года, то есть через четыре дня после начала спецоперации по защите Донбасса.

В этом году, 1 февраля, кандидат в премьеры Кобахидзе напомнил о 9 пунктах, установленных Еврокомиссией для обеспечения интеграции Грузии в Евросоюз. По его словам, Тбилиси постоянно на связи с представителями ЕС для начала переговоров о вступлении в блок.

Через неделю после назначения премьером Кобахидзе произвёл изменения в составе кабинета министров, заменив только министра обороны. На этот пост был назначен Ираклий Чиковани - член партии «Грузинская мечта», который ранее был депутатом парламента от Мегрелии и имеет тесные связи с населением Абхазии. Этот факт, а также то, что супруга Чиковани Диана Жгенти является послом в Польше и то, что сам министр обороны имеет репутацию исполнительного и преданного человека, позволяет предположить, что укрепление евроатлантических связей и какие-то подвижки в отношении бывших грузинских автономий действительно будут.

В то же время в своей программе Кобахидзе громко заявил о намерении заняться «деоккупацией» и мирным восстановлением территориальной целостности в контексте Абхазии и Южной Осетии, членством Грузии в ЕС и евроатлантических структурах, и при всём этом перечне ещё и мирным урегулированием российско-грузинского конфликта.

Помимо обозначенного, он намерен укреплять высокодинамичные отношения с Турцией, Азербайджаном и Арменией, а также усиливать региональную и глобальную роль Грузии для её дальнейшего развития, содействовать миру и стабильности на Южном Кавказе.

В связи с этим возникает вопрос: как Тбилиси планирует реализовать эти намерения, если не первый год отказывается подписывать договор о неприменении силы, к которому призывают Сухум и Цхинвал, и настаивает, что такие обязательства на себя должна взять не являющаяся стороной конфликта Москва.

Отнюдь не любовный треугольник

Сухум и Цхинвал не раз подчёркивали: для стабильности в регионе Тбилиси должен заключить соглашение о неприменении силы с двумя бывшими республиками. Для этой цели с октября 2008 года проводятся Международные женевские дискуссии по безопасности и стабильности на Южном Кавказе (МЖД). В ноябре 2023 года замглавы МИД РФ Михаил Галузин обсуждал с главами делегаций и представителями Абхазии и РЮО вопросы скорейшей выработки юридически обязывающих гарантий неприменения силы со стороны Тбилиси и процесс делимитации и демаркации грузино-абхазской и грузино-югоосетинской госграниц.

Так, глава МИД Южной Осетии Ахсар Джиоев назвал жизненно важным вопрос подписания такого документа Грузией, потому как без гарантий безопасности другие вопросы не могут продвигаться вперёд. Но периодические провокации в приграничье, срывы «западниками» - ЕС, ОБСЕ, ООН и США - очередных консультаций в рамках МЖД могут говорить об отсутствии заинтересованности Запада и, в частности, Вашингтона в стабильной и предсказуемой обстановке на Южном Кавказе.

Южная Осетия с большим скепсисом отнеслась к заявлениям нового грузинского премьера. «Ритуальными» обещаниями о мире там уже никого не удивить, но одно слово заставило республику прийти в напряжение. Дело в употреблённом им 5 февраля термине «Cамачабло», что у южных осетин имеет прямую ассоциацию с этническими чистками периода 90-х годов XX века. Интерес грузин к решению нагорно-карабахского конфликта также не остался незамеченным осетинами.

В свою очередь, в Абхазии ещё в сентябре 2022 года не стали исключать вероятность военного конфликта со стороны Грузии. Сухум обратил внимание на растущие контракты на поставки боевых разведывательных беспилотников и постоянные учения с НАТО, на рост числа консультаций и ежегодную многомиллионную помощь Тбилиси. Глава МИД Абхазии Инал Ардзинба предположил, что к миру так не готовятся, а если начнутся боевые действия, то Грузию, помимо прочих, поддержат Армения и Азербайджан.

В 2022 году вместо запланированных четырёх встреч состоялась только одна. Затем ЕС, ООН и ОБСЕ перенесли встречу с декабря 2022 года на февраль 2023 года, но после снова её отменили. Такая переменчивость и отсутствие верности договорённостям скорее говорят о том, что из-за оказываемого на них давления стороны не желают обсуждать безопасность и стабильность в Закавказье.

С учётом укрепляющегося военного сотрудничества между Грузией и США, нельзя исключать небольшой силовой сценарий в отношении бывших грузинских автономий - Абхазии и Южной Осетии. Однако, поскольку Россия является гарантом безопасности для этих двух республик, что зафиксировано в межгосударственных соглашениях, в случае возможного принятия грузинскими властями решения начать силовую операцию против двух республик, Москве придётся защищать Сухум и Цхинвал.

Евроатлантическая ориентация Тбилиси

В своей правительственной программе Кобахидзе пообещал углублять и без того интенсивное сотрудничество с «главным стратегическим партнёром» - США - по ряду направлений, среди которых оборона и безопасность, торгово-экономические связи, дальнейшая консолидация демократических институтов и работа над соглашением о свободной торговле с Соединёнными Штатами.

5 февраля во время встречи четырёх парламентских комитетов в поддержку нового правительства и его программы будущий министр обороны Ираклий Чиковани подтвердил, что Грузия верна евроатлантической интеграции. Он подчеркнул важность «политической и практической» поддержки партнёров и постоянного сотрудничества с США, НАТО и Евросоюзом.

Чиковани обратил внимание и на начатую в 2014 году программу «НАТО - Грузия» для усиления оборонного потенциала и оперативной совместимости республики с Североатлантическим альянсом. В 2024 году запланировано проведение двух типов совместных учений: многонациональные учения сил специальных операций Европейского командования США Trojan Footprint и американо-грузинские многонациональные учения Noble Partner. Помимо этого, грузинские военные примут участие в зарубежных тренировках, организованных США.

Также в этом году Министерство обороны Грузии получит от США финансовую помощь в размере более 50 миллионов долларов. Не исключается и обновление техники Сил обороны Грузии - военной государственной организации, которая обеспечивает выполнение политических решений правительства и задач в соответствии с международными обязательствами Грузии.

Чего ждать?

Будучи ещё председателем «Грузинской мечты», Кобахидзе 3 июля 2023 года заявил, что власть хочет «не только возвратить Абхазию и Самачабло в единую Грузию», но и «восстановить доверие абхазских и осетинских братьев и сестёр». Примерно так же говорил и Михаил Саакашвили, аккурат накануне войны 08.08.08.

Временные успехи в экономике создали у грузинских властей иллюзию экономического прогресса, а удачное маневрирование между ведущими глобальными игроками - представление о якобы особой роли Грузии в Кавказском регионе. Такой ложный оптимизм, готовность решить вопрос с Абхазией и Южной Осетией, активное сотрудничество с Тбилиси со стороны Запада и членство в Евросоюзе как «морковка» перед носом грузинских властей, а также углубляющееся взаимодействие с НАТО могут спровоцировать если не сценарий силового решения конфликта с бывшими автономиями, то значительную активизацию усилий в этом направлении уже в этом году.

Мирные и якобы дружественные по отношению к России и бывшим территориям намерения нового премьер-министра Грузии Ираклия Кобахидзе, как это часто бывает, могут быть перечёркнуты его евроатлантической ориентацией. И Украина - показательный тому пример.