Санта-сан или Хотей с мешком подарков для детей

Сейчас мир подходит к концу очередного годового календарного цикла, и многие из нас уже начали активно готовиться к предстоящим праздникам. Для жителей России и Европы они начинаются обыденно и привычно - с покупки новогодней ёлки, развешивания гирлянд и мишуры, заготовки традиционных зимних салатов, «Иронии судьбы», боя курантов и обращения президента. Для миллионов японцев тоже нет праздника важнее и долгожданнее, чем О-сёгацу (традиционный Новый год), а также его «преддверие» - Курисумасу (то есть католическое Рождество). Интересно, что и здесь японская культура следует своему обыкновению, объединяя давние устои синто и буддизма, обряды и поверья из глубин веков с совершенно западными, знакомыми нам всем традициями.

Японский новый год - это не просто календарная смена даты, а глубокий, наполненный древними ритуалами и символами праздник, который буквально преображает всю страну.

Улицы украшаются кадомацу - композициями из сосны и бамбука, храмы переполнены людьми в лучших кимоно, а в каждом доме царит атмосфера благодарности прошлому и надежды на будущее. Так сложилось, что Рождество в Японии - это романтичный и весёлый праздник «в западном стиле», а Новый год - это истинно японская, семейная и священная традиция, уходящая корнями в глубь веков.

Первые праздничные дни - Рождество шагает по стране

Первые признаки наступающих праздников можно увидеть в Японии уже во второй половине декабря, когда на улицах больших городов появляются наряженные ёлки, а витрины универмагов расцвечиваются огнями гирлянд. В отличие от многих стран Запада, в Японии Рождество не является государственным праздником - как правило, в календаре оно отмечено как обычный рабочий день. Во многом это связано с культурными и религиозными особенностями страны - несмотря на общую терпимость японцев по отношению к таким вопросам, христианство остаётся скорее частью общего «антуража» западного образа жизни, пропагандируемого продуктами массовой культуры.

Несмотря на исходный религиозный подтекст праздника, как и многие нерелигиозные россияне, японцы радуются, что на Рождество есть возможность провести время с близкими, расслабиться и насладиться праздничной атмосферой.

Близкие собираются за одним столом, обмениваются подарками и радуются праздничному настроению, а владельцы мегакорпораций и маленьких магазинчиков пользуются ещё одной возможностью увеличить прибыль за счёт продажи великого множества украшений, игрушек и других тематических товаров.

Именно в этой приверженности созданию атмосферы состоит одновременно и схожесть, и отличие местного Рождества от западных «близнецов». В погоне за ней самые знаковые места крупнейших городов озаряются красочными инсталляциями, роскошными гирляндами и световыми шоу, выполненными с по-настоящему японской дотошностью. На уличных площадях, в залах торговых центров и прочих людных местах устанавливаются ёлки, на которых можно увидеть даже фигурки-оригами и традиционные подвесные украшения в виде кукол и колокольчиков.

Вероятно, именно из-за такой обстановки праздник приобрёл новую трактовку - со второй половины XX века Рождество стало чем-то похожим на международный День святого Валентина.

Японские пары используют его как ещё одну возможность провести время вместе, обмениваясь подарками и любовными письмами. Фешенебельные рестораны по всей стране обычно оказываются заранее забронированы парами, желающими посидеть за ужином при свечах. Кроме того, согласно статистике, именно на канун Рождества приходится наибольшее количество предложений руки и сердца.

Главное - упаковка!

Знаменит также и японский подход к новогодним подаркам - а точнее, к их упаковке. В интернете можно найти много примеров затейливых дизайнов, которые предлагают японские магазины. Существуют как десятки видов красочной обёрточной бумаги, подходящей для самых разных целей, так и специальные способы заворачивания подарков без использования лент или скотча. Приносит же подарки не совсем западный Санта-Клаус, а скорее его местная культурная адаптация - в Японии у него два имени: «Санта-сан» и «Хотэй».

Если образ Санта-сана ассоциируется с красным костюмом, белой бородой и оленьей упряжкой, то Хотэй - это толстый буддийский монах, один из семи любимых японцами богов счастья, которые приносят удачу в самых разных сферах жизни.

Само его имя можно перевести как «мешок» - согласно древней легенде, когда-то монах путешествовал по Китаю с мешком для подаяний, предсказывая погоду и принося счастье и удачу. В Рождество же он ходит вокруг домов с большим мешком подарков, и всегда готов вознаградить детей за хорошее поведение.

Новый год - в окружении семьи и духов предков

Несмотря на то, что японское Рождество сохраняет некоторые традиционные элементы, оно остаётся сильно вестернизированным праздником, и подход к нему довольно практичный. А вот Новый год для японцев является по-настоящему семейным и даже ритуальным праздником. В отличие от многих других азиатских стран-соседей, празднующих его по лунному календарю, в Японии с 1873 года, после буржуазной революции Мэйдзи, он отмечается по григорианскому календарю. Главные торжества приходятся на ночь с 31 декабря на 1 января. В основном весь праздничный период растягивается с 1 по 7 января, а в первые три дня нового года жизнь по всей стране замирает: закрываются офисы, банки и даже многие магазины.

В основе всех новогодних традиций лежит обрядовая практика синто - в частности, японцы верят, что в это время их дома посещает божество-покровитель праздника - Тосигами-сама.

Все ритуалы, от украшения жилища до приготовления особой еды, направлены на то, чтобы достойно встретить и уважить этого почётного гостя, который принесёт в дом счастье, здоровье и благополучие на весь грядущий год. Интересно, что этот дух для японцев во многом представляет общее воплощение всех далёких предков, а сам праздник приобретает характер особого обряда. Подобный символизм подтверждает и уборка всего дома накануне большого события. Уже с 13 декабря японцы начинают мыть полы, протирать пыль, проветривать комнаты, расставлять по дому памятные и важные предметы, чтобы духи предков не были разочарованы, посетив своих далёких потомков. Уборка касается не только собственных домов, но и окружающей среды, будь то садовый участок, школа, университет или рабочее место.

Особенно важным считается избавление от ненужных вещей, что символизирует избавление от сожалений, неудач и негатива прошедшего года. Уборка призвана удалить всю негативную энергию и оставить место для новогодней удачи, счастья и позитивной энергии. После ритуального очищения пространства у входа в дом устанавливается кадомацу - композиция из сосновых веток, бамбука и иногда цветущей сливы. Сосна символизирует долголетие и стойкость, бамбук - рост и процветание, а слива - чистоту и новое начало.

Можно сказать, что кадомацу - это своеобразная «адресная табличка» для духов-покровителей праздника, благодаря которой они могут найти путь внутрь дома.

Внутри комнат же часто вывешивают специальным образом сплетённую верёвку из рисовой соломы - симэкадзари. Часто такие же обереги можно увидеть в синтоистских храмах, там они ограничивают очищенное, священное пространство, где пребывает божество.

После того как каждая японская семья заканчивала уборку, а также украсила дом всеми необходимыми амулетами и ритуальными украшениями, все собирались под крышей родителей - старших в роду, чтобы отпраздновать торжество в компании всех родственников - в том числе и тех, которые присутствуют за столом в виде духов. Существовал и обычай приносить в родительский дом что-то из съестного, так как именно продукты, съеденные вместе «из одного котла», дополнительно подчёркивали символику семейного единения и близости. После общей трапезы вся семья направляется в ближайший буддийский храм, где в ночь на 1 января раздаётся 108 ударов колокола. Считается, что каждый удар прогоняет одно из 108 человеческих заблуждений и страстей, позволяя встретить Новый год с чистым сердцем. Иногда бывает и так, что 107 ударов звучат до полуночи, а 108-й - уже в Новом году, что символизирует своеобразный переход в новый годовой цикл.

Многие из посетителей храмов предпочитают гулять всю ночь, чтобы под утро встретить первый рассвет нового года, любуясь им со смотровых площадок и естественных возвышенностей. После этого они обязательно заходят в синтоистские святилища, соблюдая традицию хацумодэ - первого их посещения в новом году, покупая обереги, вытягивая предсказания (омикудзи) и молясь об удаче и счастье.

Деньги на счастье

Одной из любимых новогодних традиций для японских детей стало получение отосидама - небольших денежных сумм в специальных конвертах, которые дарят исключительно младшим родственникам. Конверты украшаются символами удачи, а размер суммы зависит от возраста ребёнка.

Название этого обряда можно перевести как «дух года», и в давние времена глава семьи раздавал родственникам из боковых ветвей семьи рисовые лепёшки моти, в которые была заключена сила новогоднего божества Тосигами-сама.

Со временем вместо моти начали дарить небольшие суммы, что, конечно, больше радует прогрессивных японских школьников и студентов.

Сегодня к древним обрядам добавились и современные развлечения. Огромной популярностью пользуются фукубукуро - «счастливые мешки», которые магазины начинают продавать уже со 2 января. За символическую цену можно купить пакет с неизвестным содержимым, стоимость которого часто в разы превышает цену покупки, что позволяет проверить свою удачу и потешить чувство азарта в новом году.

Новогодняя кухня - от KFC до рисовых пирожков

Важнейшим угощением Рождества стал бисквитный торт - в Японии обычно это очень лёгкая и воздушная сладость, покрытая слоями взбитых сливок и украшенная спелой красной клубникой. Символика такого десерта тоже остаётся очень глубокой - его красно-белые цвета пересекаются и с костюмом Санта-сана, и с национальным флагом. Клубника, зимой считающаяся особенным деликатесом, делает его по-настоящему праздничным блюдом. Кондитерские начинают продавать эти торты за несколько недель до праздника, и семьи часто наслаждаются ими после ужина уже в канун Рождества.

Другой необычной чертой рождественского стола в Японии стала знаменитая во всём мире жареная курица Kentucky Fried Chicken. Она оказалась основным блюдом на рождественском столе во многих японских семьях не случайно - это результат чрезвычайно успешной маркетинговой кампании, проведённой американской компанией в 1970-х годах. В то время праздник ещё не пользовался широкой популярностью в стране, и KFC увидела в этом идеальную возможность для того, чтобы превратить своё фирменное блюдо в главный символ рождественского стола, запустив в телеэфир очень запоминающийся рекламный ролик, где обычная японская семья от души наслаждается жареной курицей в праздничной атмосфере.

С тех пор эта идея прижилась и стала одной из важнейших традиций - люди делают заказы за несколько недель или даже месяцев, чтобы обеспечить себе рождественский ужин от KFC.

Новый год же, напротив, богат именно произведениями традиционной кухни, среди которых в основном преобладают хорошо хранящиеся зимой продукты, распространённые на японском архипелаге. Одно из таких блюд - кагами-моти, т.е. две больших рисовых лепёшки, лежащих друг на друге, - подношение божеству, которое часто сверху украшают мандарином.

Круглая форма символизирует зеркало (в древности - магический предмет) и вселенскую гармонию.

В течение всех новогодних праздников кагами-моти находится в доме, а 11 января проводится ритуал «кагамибираки» - лепёшки торжественно разбивают (режут) и едят, чтобы получить силу божества и духов-покровителей.

В канун Нового года часто едят осэти-рёри - набор из множества блюд, которые заранее готовят и красиво раскладывают в дзюбако - специальные лакированные коробки. Каждый ингредиент имеет символическое значение: креветки - долголетие, селёдочная икра (кадзуноко) - многочисленное потомство, сладкие каштаны (курикинтон) - богатство, чёрные бобы - здоровье. Такая еда долго не портится, чтобы хозяйки тоже могли отдохнуть в праздники, а в прошлом также существовало поверье, что разведение огня на кухне в Новом году может разозлить домашнее божество Самбо-кодзин. Поэтому упаковка съестного в специальные наборные коробки дзюбако стала традицией. Эти коробки состоят из нескольких отделений, расположенных одно над другим.

Фольклористы считают, что это в первую очередь связано с благопожелательным выражением «чтобы счастье накладывалось слоями» (с игрой слов: «дзю» - «слои, коробки» и «счастье»).

Утром 1 января на столе появляется дзони - суп с рисовой лепёшкой моти, свой рецепт которого есть в каждом регионе Японии. В Токио это, как правило, прозрачный куриный бульон с соевым соусом, поджаренным моти и шпинатом. В Осаке - бульон на основе белой бобовой пасты мисо. Это блюдо также имеет древние корни - раньше продукты, принесённые родственниками в родительский дом, варили в общем котле, а круглая лепёшка в супе символизирует целостность семьи. Отсюда происходит и название «дзони» (雑煮 - «варить вперемешку»).

На границе традиций

Таким образом, граница между старым и новым в Японии проходит не столько по календарной дате 31 декабря, сколько сквозь призму двух разных, но гармонично сосуществующих мировоззрений. Вестернизированное, романтичное и публичное Рождество (Курисумасу) стало праздником современности, обращённым вовне - к своим друзьям, партнёру, окружающей эстетике, ярким впечатлениям. Исконно же японский Новый год (О-сёгацу) остаётся сакральным, семейным и интровертным праздником, обращённым внутрь - к дому, предкам, очищению и глубоким традициям. Эта удивительная двойственность, где западный Санта-Клаус уступает место божеству Тосигами, а рождественский торт соседствует с ритуальным кагами-моти, и создаёт уникальную магию японского зимнего празднества.

Японский Новый год - это уникальный сплав благоговения перед традицией, семейного тепла и искренней веры в то, что правильное начало даёт силу всему году.

Это праздник, который напоминает: иногда, чтобы шагнуть вперёд, нужно сначала глубоко поклониться - прошлому, природе и тем, кто рядом.