Швейцария в опасности: «русские опять переходят через Альпы»

В течение многих лет Швейцария, точнее, правительство Швейцарии, постепенно сближалась с НАТО и Европейским союзом (ЕС). Как теперь стало ясно, НАТО и ЕС намерены плечом к плечу двигаться к новой войне против России. Едва ли найдётся более воинственно настроенное политическое объединение, чем эти два «союза» - их агрессивная позиция, возможно, даже превосходит позицию Соединённых Штатов.

В то же время их можно назвать неформальными объединениями, поскольку их члены не связаны друг с другом. Из 27 стран ЕС 23 также входят в «клуб» НАТО. Многие из них не согласны с общей стратегией обороны, не говоря уже о европейском финансировании альянса, в то время как США при президенте Трампе фактически покидают НАТО.

По лекалам НАТО: нейтралитет - залог мира, а мир - это война

Швейцария - страна, которая в прошлом прославилась своим легендарным нейтралитетом, «хорошими услугами», дипломатией в сфере посредничества, предотвращения и урегулирования конфликтов, - вот-вот откажется не только от нейтралитета, но и от демократии, поскольку этот неуклонный шаг противоречит воле подавляющего большинства населения страны.

Это делается под пропагандистским предлогом российской угрозы, в соответствии с западным девизом: «Русские идут, русские идут…», под предлогом неизбежной угрозы российского вторжения. Это, конечно, чушь. Нет никаких признаков того, что Россия намерена вторгнуться в Европу.

Если пять мировых медиагигантов будут использовать один и тот же нарратив в каждой стране, люди будут постепенно проникаться ложью и в конце концов поверят, что «война - это мир, а мир - это война», как предсказывал Джордж Оруэлл в своём антиутопическом романе «1984».

Правительство Швейцарии промолчало по поводу Международного дня нейтралитета, который отмечался 12 декабря 2025 года. Нейтралитет не был отмечен никак. Напротив, в этот самый день правительство Швейцарии, что для многих выглядит как необратимый сдвиг в сторону интеграции в НАТО, опубликовало «Стратегию политики безопасности на 2026 год».

В его основе лежит широко разрекламированная, но вымышленная российская угроза, о которой говорится ниже. Это предательство швейцарского народа и всех тех стран и людей, которые надеялись, что Швейцария по-прежнему будет считать нейтралитет залогом и условием мира.

«Всеобъемлющая безопасность» на грани фола

12 декабря, в Международный день нейтралитета, Федеральный совет Швейцарии начал процесс консультаций по поводу «Стратегии политики безопасности на 2026 год» - 60-страничного проекта документа, в котором описывается всеобъемлющий пересмотр оборонной политики Швейцарии в связи с «резким ухудшением» ситуации в сфере безопасности, в первую очередь из-за войны России на Украине, которая стала поворотным моментом.

Стратегия основана на подходе «umfassende Sicherheit» («всеобъемлющая безопасность»), предполагающем интеграцию гражданских и военных инструментов на федеральном и кантональном уровнях. В ней обозначены три основных направления: повышение устойчивости, улучшение защиты и сдерживания, а также укрепление обороноспособности. Основные меры включают более 40 действий по противодействию гибридным угрозам, таким как кибератаки, дезинформация, саботаж и экстремизм; укрепление критически важной инфраструктуры; подготовку к сценариям совместной обороны.

Основной спорный момент касается нейтралитета. В документе нейтралитет рассматривается не как «основная сущность» швейцарской идентичности, а как гибкий «инструмент безопасности и внешней политики», который «всегда адаптировался к текущим вызовам». 

В документе утверждается, что международное сотрудничество, включая совместные учения, скоординированные закупки, обмен информацией и даже участие в имитационных учениях НАТО по статье 5, по-прежнему совместимо с нейтралитетом, поскольку Швейцария выступает в качестве «партнёра», а не условного союзника. 

Критики называют это семантической гимнастикой и утверждают, что таким образом Швейцария фактически становится участником альянсов, что может привести к её вовлечению в конфликты.

Статья 5 Североатлантического договора является основополагающим принципом коллективной обороны. Она гласит, что вооружённое нападение на одного из членов НАТО считается нападением на всех, и обязывает каждого члена альянса оказывать помощь подвергшемуся нападению союзнику, в том числе с применением вооружённой силы, для восстановления безопасности в Североатлантическом регионе. 

Стратегия предполагает, что Россия представляет собой главную угрозу для Европы, и готовит её экономику и вооружённые силы к конфронтации, отвергая дипломатические решения. В ней отмечаются безуспешные попытки деэскалации конфликта на Украине (кратко упомянутого в сноске на стр. 47), без указания виновных или признания эскалации со стороны Запада. 

Прямое вооружённое нападение на Швейцарию считается маловероятным, однако все меры направлены на предотвращение такого сценария, включая приобретение наступательных вооружений, эффективных за пределами страны, и участие в таких структурах, как Рамочная концепция государств НАТО, PESCO (Постоянное структурированное сотрудничество) или Европейское оборонное агентство.

«Прагматичная адаптация» или «предсмертный диагноз»

Что касается гибридной войны, то в проекте смягчены определения «вооружённого нападения». Ранее (в 2016 году) для этого требовалась устойчивая общенациональная угроза. Теперь акцент смещается на масштабы ущерба, признавая размытые границы между миром и конфликтом из-за цифровой взаимозависимости. Критики утверждают, что эта неопределённость предоставляет Федеральному совету широкие полномочия по объявлению нейтралитета «неприменимым», что фактически приводит к принятию решений о войне и мире без чёткого парламентского контроля за пределами установленных границ развёртывания войск (Совет имеет в распоряжении 4000 солдат, для большего количества требуется решение Ассамблеи).

Сроки и внедрение стратегии вызвали обвинения в преднамеренном преуменьшении: опубликованное в пятницу днём сообщение в средствах массовой информации было сосредоточено на сокращении закупок реактивных самолётов F-35, а не на долгосрочных последствиях стратегии.

Поскольку предписано немедленное осуществление, несмотря на консультации, которые продлятся до 31 марта 2026 года, оппоненты опасаются необратимых изменений на местах перед парламентскими дебатами или возможным голосованием в 2026 году по популярной «инициативе о нейтралитете», направленной на конституционное закрепление вечного вооружённого нейтралитета.

Сторонники нейтралитета сетуют на молчание СМИ и дисбаланс сил: 106 сотрудников по связям с общественностью Министерства обороны затмевают критическую журналистику. Они предупреждают о ползучей милитаризации, угрозах свободе слова с помощью мер противодействия дезинформации и таких прецедентах, как санкции ЕС в отношении бывшего офицера швейцарской разведки Жака Бода за анализ ситуации на Украине. Утверждается, что это исторический ревизионизм, противопоставляющий отказ от сотрудничества времён холодной войны более серьёзным трансграничным ядерным рискам.

Сторонники, в том числе министр обороны Мартин Пфистер, рассматривают стратегию как прагматичную адаптацию: окружённая государствами НАТО/ЕС, Швейцария должна вносить свой вклад в европейскую стабильность, извлекая из этого выгоду. Нейтралитет позволяет проводить политику сотрудничества, а изоляция чревата превращением Швейцарии в «брешь в системе безопасности».

По мере продолжения консультаций документ может усугубить внутренние разногласия. Для традиционалистов это означает «смертный приговор нейтралитету», а для модернизаторов - необходимость эволюции в нестабильном мире. Несмотря на то, что пока нет широкого общественного резонанса, эта стратегия может коренным образом изменить роль Швейцарии - от беспристрастного посредника до активного участника европейской политики безопасности.