Отец солдатам

На грани чуда

Война непредсказуема в своих сюжетах. Еще вчера десантная тактическая группа теснила боевиков в горах, а спустя 18 часов два взвода из ее состава оказались в окружении тех самых «незаконных формирований». Склоны гор покрыла низкая облачность, то и дело прошиваемая трассерами автоматных и пулеметных очередей.

А на руках священника в десантном камуфляже умирал молоденький мальчонка в звании гвардии рядового. А погоды все не было и не было, а, значит, не могло быть и вертолета, чтобы вывезти тяжелораненого солдата. Главная задача санинструктора и священника состояла в том, чтобы любыми способами дотянуть жизнь мальца до прилета «вертушки». Только там, на базе, в госпитале, могла прийти к нему спасительная помощь врачей. Санинстуктор сделал все, что мог: вколол промедол, остановил кровопотерю. А солдат тихо умирал: сильнейший шок отходил, забирая остатки человеческих сил. И всем, кто был рядом, от этого становилось страшно и больно. Священник смотрел на небеса в плотном пологе облаков без единого просвета и молил Господа сделать так, чтобы прилетел вертолет. Молился он и всю последующую  ночь напролет, прекрасно понимая, если вертолет не прилетит, три десятка десантников, которые приходили и молились, разуверятся в Боге.

Утром, в клочьях расползающегося тумана застрекотала «вертушка». Потом, вернувшись на базу, священник и остальные десантники узнают, что раненный солдат выжил. При этом видавшие виды полевые хирурги констатируют, что подобный случай - на грани чуда.

Это лишь один из эпизодов службы протоиерея Михаила Васильева - настоятеля московского Храма Благовещения Пресвятой Богородицы Патриаршего подворья при штабе ВДВ в Сокольниках. Сам он о подобных случаях рассказывать не любит, считая их обычным делом и прямым предназначением армейского священника.

-  Как правило, на войне есть кому стрелять, но очень часто бывает некому заниматься состоянием души человека - этим, казалось бы, простым и вместе с тем невероятно сложным делом. Солдат выпустит автоматный «рожок» в нужном направлении - нет проблем, но когда он увидит холодное тело своего товарища, когда поймет, что и сам мог оказаться на его месте, вот здесь, конечно, очень трудно и тяжело ему становится. И в этот момент нужна работа пастыря, здесь приходится принимать исповедь, поддерживать морально подавленные сердца людей, которые увидели кровь, смерть, несправедливость, - делится  видением собственного предназначения отец Михаил.

Векторное направление - «вопреки», а не «благодаря»       

Наверное, сама судьба предопределяла его военную стезю. Родился в офицерской семье, рос в отдаленных северных гарнизонах. Как сам шутит, с детства приобщился к прозе быта захолустных военных городков и на практике постиг основы тамошнего «офицерского троеборья»: вода, дрова, помои. На финише школьной учебы Михаила отец завел разговор о перспективах военного училища. Но, видимо, уже тогда в его характере складывался несколько противоречивый вектор движения по жизни  - «вопреки», а не «благодаря». Вопреки устойчивому мнению, что в МГУ можно поступить только с «мохнатой руки» или за большие деньги, он стал студентом философского факультета просто по вступительным баллам.  Закончив университет по кафедре научного атеизма, вопреки общей тенденции выпускников той поры бросаться в бизнес, он пошел в аспирантуру, потом преподавал в университете.

К религии Михаил Васильев пришел не сразу.  Путь к Богу для молодого человека, далекого от церкви, не крещенного и не имеющего ни одного верующего друга, пролег через знания. Опять же вопреки «атеистической» учебной программе, он не принимал ее постулаты на веру, а старался вникать в истоки религии. При этом мало чем отличался от своих однокурсников: готовился к экзаменам, пел песни под гитару и в студенческой компании вел философские диспуты о религии за бутылкой недорогого портвейна. Тогда, в 1990-е, пришла мода на крестики и посещение храмов. Но Васильев, со свойственным ему максимализмом, не хотел ограничиваться свечками и куличами на Пасху. Вопреки ярмарке безнравственности, гулявшей по стране в те времена, он решил серьезно служить Богу. А однажды духовник Михаила отец Димитрий Смирнов сказал:

- Ты из семьи военного? Значит, быть тебе батюшкой в военном гарнизоне.

 Перспектива складывалась не по планам молодого человека. Но «вопреки» сработало и на этот раз. Даже молодая супруга, к слову, тоже духовное чадо отца Дмитрия, поддержала батюшку, хотя понимала, что такой путь и для нее легким не будет. С тех пор так безропотно и несет свое нелегкое бремя жены войскового священника матушка Мария. 

- Сегодня мы рукоположили молодого священника, у которого не будет приходских обязанностей, - он будет работать со всей армией, - эти слова, произнесенные в 1998 году Святейшим Патриархом Алексием II на ступенях храма Великомученицы Варвары при штабе Ракетных войск стратегического назначения во Власихе, стали благословением для отца Михаила. А азимут в служении задали слова еще одного достойного человека - первого и пока единственного маршала Российской Федерации Игоря Сергеева, сказанные на том же месте и в тот же день:

-  Если церковь и армия не спасут Россию, не будет ни церкви, ни армии, ни России.

Так отец Михаил стал настоятелем Патриаршего подворья при штабе РВСН. В ракетных соединениях, разбросанных по всей стране, он бывал чаше, чем самые активные проверяющие Главного штаба. Его захватывала возможность познание этого незаменимого в системе безопасности страны воинства. 

Готовится пуск новейшей баллистической ракеты. Конструкторы, генералы, сотни военных специалистов перед пуском искренне молятся с батюшкой. Все понимают: многолетний труд и огромные средства вложены в этот старт. И если «изделие» не полетит, то все придется начинать сначала. Сорвется старт - виноват кто будет? Естественно, в числе прочих - и батюшка, который безблагодатно провел молитву.

Это нормальная логика мирянина, который только становится верующим. Ему очень важно иметь зримое присутствие Господа. И отец Михаил, благословляя ракетные пуски, не раз видел, как Господь по вере этих, искренне взывающих к Богу людей, даровал им чудо. И это, наверное, дорогого стоит и очень отличается от обычного служения приходского священника.

Энергия действия

По своей натуре отец Михаил - человек действия. Просто невозможно представить его каким-нибудь кабинетным работником Патриархии. Мне довелось наблюдать вездесущность «Батька», как называют его между собой десантники, во время дивизионных учений на горном полигоне. Под грохот авиационной огневой подготовки он проводил литургию в полевом походном храме. Через полчаса батюшка благословлял на учебный бой роту, которой предстояло действовать на главном направлении удара. В тот день его можно было видеть и на огневых позициях артиллеристов, и беседующим с молодым солдатиком саперной роты. Именно эта энергия действия, наверное, послужила и поводом для того, чтобы он был назначен руководителем сектора Воздушно-десантных войск Синодального Отдела Московского Патриархата по взаимодействию с Вооруженными силами.

Отец Михаил считает, что военный священник должен быть рядом с солдатом в самые сложные моменты службы. Наверное, именно этот личный принцип кидал его по всем горячим точкам, где воевали десантники. С Владимирской иконой Божией Матери «Батек» встречал в Салониках корабли с десантом, а затем на бэтээре вместе с нашими миротворцами рассекал ночь во время знаменитого марш-броска в Косово. Самого его в выгоревшем камуфляже только и можно было отличить от десантника, что по рыжеватой  бороде да по черному клобуку на голове. 

Молебен «от страха»

Первый парашютный прыжок он совершил, можно сказать, экспромтом.  Отец Михаил работал с новобранцами, когда произошла нештатная ситуация: у одного из солдат не раскрылся основной парашют, и он приземлился на запасном. Увидев это, очередная смена молодых солдат, отказалась идти на борт самолета. Командир подразделения - к священнику, просит:

- Батюшка, есть у вас молитва какая-нибудь от страха? Прочитайте им, может, соберутся духом! 

Молебен «от страха» батюшка провел, потом просто поговорил «за жизнь» с новобранцами, а затем попросил для себя парашют и пошел на предпрыжковую подготовку по сокращенному варианту. Один лишь вид священника с парашютом произвел на новичков сильное впечатление: все, как один, пошли в самолет. Когда на высоте гуднул бортовой сигнал «Приготовиться!», все встали, батюшка перекрестил солдат, потом сам перекрестился. По сигналу «Пошел!» вслед за командиром шагнул в небо. Солдаты пошли следом, никто из них не догадался, что «Батек» был тоже «перворазником». 

А вот одиннадцатый парашютный прыжок стал настоящим испытанием для него самого. На учениях главный священник ВДВ десантировался с полковой разведкой. Прыгали с Ил-76. Это потом, на госпитальной койке, анализируя каждую секунду того полета, он сделал вывод, что рановато раскрыл купол, попал в зону турбулентности, стропы тут же перехлестнуло, туго закрутив в жгут. Как учили на занятиях по воздушно-десантной подготовке, раскручивал почти погасший купол, пытался сдернуть с него стропы. Обрезать их не успел - уж очень быстро приближалась земля, слишком высокой была вертикальная скорость приземления. Сгруппировался, спружинил на ноги, но все равно при приземлении услышал хруст в позвоночнике. В часть батюшка возвращался на санитарной машине. Диагноз: компрессионный перелом позвонка.

Новый Завет и «Наука побеждать»

Манера разговаривать у отца Михаила, похоже, выработалась многими годами служения в армии - по-военному четкие, выверенные фразы без деепричастных замысловатостей и с максимальной смысловой нагрузкой. Тертые войсками комбаты к этой манере идут годами через военные вузы, ежедневную практику командования и подчинения. А он, наверное, впитал ее душой и мыслью через тесное соприкосновение с войсковым бытием своей паствы. И совсем не удивительно, что главный десантный и ракетный батюшка одинаково глубоко знает и Новый Завет, и суворовскую «Науку побеждать». Часто цитирует  мысль прославленного генералиссимуса: «Безверное войско учить, что перегорелое железо точить». 

Да и награды у сорокалетнего десантно-ракетного батюшки - самые что ни на есть боевые: орден Мужества, медаль ордена «За заслуги перед Отечеством», медали «Генерал армии Маргелов», «Участнику марш-броска 12 июня 1999 г. Босния-Косово». А за этими наградами - более тридцати командировок в «горячие точки», бескорыстная духовная работа в войсках, на полигонах и в отдаленных гарнизонах.

- Как сказал апостол Павел, нужно для всех быть всем, чтобы обратить хотя бы некоторых, - рассуждает отец Михаил. - Конечно, чтобы органично войти в воинский коллектив, нужно разделять все тяготы и лишения, которые приходится терпеть солдатам. А главный принцип  для военного священника тот же, что и для хорошего командира - не «делай, как я сказал», а «делай, как я».
Военную науку протоирей Михаил Васильев освоил на уровне полководца, пройдя курс обучения на факультете переподготовки и повышения квалификации Академии Генерального штаба ВС РФ. Специальность - «командно-штабная оперативно-стратегическая подготовка». Такого диплома больше ни у кого из священников нет.  Но главное - не диплом, а знания и навыки, которыми овладел этот в полной мере военный профессионал. Разработанным под его руководством и успешно применяемым священниками в частях мультимедийным воспитательным программам можно было бы поучиться и организаторам общегосударственной подготовки в армии. 

Храм в душе, храм на земле

 - Офицерская среда до сих пор более нравственна, чем срез общества других социальных групп, - говорит отец Михаил. - Работая с наиболее боевыми частями Российской армии - РВСН и ВДВ, я могу сказать, что они - настоящие профессионалы ратного дела. Сегодня престижность военной профессии растет, вместе с достойной оплатой службы офицеров и контрактников, обеспечением их жильем. Однако необходимо понимать и то, что за деньги можно убивать, но нельзя умирать. Для того, чтобы человек жертвовал личными интересами, необходимо пробуждать нематериальную мотивацию к служению: совесть людей, чувство долга. В Чечне, в палатке у одного из наших лейтенантов ВДВ я увидел простенький рукописный плакат: «Родине и жене - не изменять!» Очень конкретный девиз. Используем и его, как ориентир в работе.

Есть у отца Михаила и способности созидателя. За 14 лет пасторства он построил храм Преподобного Илии Муромца во Власихе, храм Пророка Илии в Сокольниках, храм Святой Троицы в Омске, храм иконы Божией Матери Благодатное Небо в Кубинке. В Косово им был установлен первый после революции походный воинский храм во имя преподобного Ильи Муромца.

Он активно участвовал в разработке нескольких типов мобильных храмов для работы с военнослужащими в полевых условиях. Много сил и энергии вложил отец Михаил в возрождение храма Благовещения Пресвятой Богородицы в Сокольниках, ставшего Патриаршим подворьем при штабе ВДВ.

Самым главным таинством в своей духовной практике отец Михаил считает не описанное ни в одном Катехизисе таинство рождения веры в сердце человека. Он множество раз видел в глазах ракетчиков и десантников благость осмысленной духовности бытия. Тысячи военных людей привел к такой очищающей осмысленности и сам полководец веры протоирей Михаил Васильев.