Красноармейцы в ожидании атаки.Как «Широнинцы» выстояли в неравном бою с лучшими танковыми подразделениями вермахта
Красноармейцы в ожидании атаки.
В начале 1943 года у всех на устах было только одно слово - «освобождение». Советские войска добивали окружённую под Сталинградом трёхсоттысячную армию Паулюса. В январе силами Воронежского, Брянского и Юго-Западного фронтов были разгромлены основные силы немецкой группы армий «Б». 9 февраля был освобождён Белгород, 16 февраля - Харьков, и советские войска устремились к Днепру. Захват плацдармов на этой реке - как считали в Ставке Верховного Главнокомандования - позволил бы завершить полное освобождение страны уже к лету 1943-го, однако советское командование переоценило силу обескровленных наступлением армий и дивизий, рассказывает сайт телеканала «Звезда».
«Если верить некоторым книгам, где писали полководцы: Васильевский, Рокоссовский и прочее, дело сложилось в том, что тылы не успевали, и танки практически шли в бой, иной раз закачаны не топливом, не укомплектованы снарядами», - говорит директор музея широнинцев в ГПТУ-24 Юрий Рудаков.
Опытный немецкий генерал-фельдмаршал Манштейн решил воспользоваться слабостью советских войск. Его штаб готовил ловушку. Срочно перебрасывались дивизии из Европы. Кроме того, немецкому командованию удалось доукомплектовать свои части людьми и новейшей техникой, включая тяжёлые танки «Тигр».
По задумке Манштейна танковые дивизии с юга должны были двумя сходящимися восточнее Харькова ударами рассечь Воронежский и Юго-Западный фронты. В результате в котле должны были оказаться три советские армии. Это стало бы реваншем за Сталинград.
Немецкое контрнаступление началось 19 февраля 1943 года, но советское командование приняло его за частную операцию по прикрытию бегства немецких войск за Днепр. Части Красной Армии продолжали наступать, всё глубже забираясь в расставленную ловушку. Именно тогда - в феврале 1943 года - лейтенант Петр Широнин получил под командование 1-й взвод 78-го гвардейского стрелкового полка.
На оперативных картах оборонявшие Тарановку силы выглядели внушительно: 179‑я отдельная танковая бригада, 3-й эскадрон 11-й кавалерийской дивизии, 78‑й гвардейский стрелковый полк с приданными двумя батареями 53-го гвардейского артиллерийского полка 25-й гвардейской стрелковой дивизии.
Однако все эти части понесли тяжёлые потери. 179-я бригада имела всего 10 танков, а мотострелковые роты насчитывали по 30-40 человек. Не лучше положение было и в 78-м гвардейском полку, который мог выставить не больше 200 штыков.
Понимая, что сил мало, советское командование приняло решение сосредоточиться на обороне северо-западной и западной окраины Тарановки. Не дать немецким танкам обойти позиции и ударить с юга должен был именно взвод Петра Широнина. Он занял оборону вдоль железной дороги от станции Беспаловка в сторону Тарановки, перекрыв два переезда.
В 10 часов утра 2 марта 1943 года наблюдатели доложили Петру Широнину, что в сторону позиций движется колонна немецкой бронетехники - два бронетранспортёра и танк. Последовал приказ изготовиться к бою.
«Без команды не стрелять!» - передали по траншеям новый приказ. Немецкие машины были всё ближе, а команда не поступала. Даже бывалые бойцы занервничали. Когда до позиций оставалось около 400 метров, шедший первым бронетранспортёр словно подскочил в воздух, пламя огня вырвалось из-под колёс и раздался мощный звук взрыва.
Только теперь бойцы поняли, чего ждал взводный: накануне сапёры заминировали подходы к позициям. Шедшие следом бронетранспортёр и танк остановились, превратившись в прекрасные мишени. «Огонь!» - раздалась команда взводного. Дружно ударили из траншей винтовки и автоматы, застрочил пулемёт. Немцы, сидевшие на броне, валились в снег. Первыми выстрелами пушки был подбит второй бронетранспортёр.Немецкий танк, делая короткие остановки, чтобы ответить выстрелом из пушки, отходил от позиций. Потерь во взводе не было, но Петр Широнин знал, что это только начало. Читать далее...
