Коридор Север-Юг: из варяг в индусы

Евразийский континент за свою многовековую историю переживал разные времена. Возникали и рушились империи, рождались и исчезали народы, обогащалась и приходила в упадок культура. И лишь одно оставалось неизменным: торговые и транспортные пути, связывающие цивилизации севера и юга, запада и востока. В последние годы процессы создания транспортного коридора «Север-Юг» (INSTC), связанного общими интересами, транспортными путями и повесткой устойчивого развития, приобрели новый масштаб.

По морям, по долам

Идея создания коридора принадлежит России. В сентябре 2000 г. было подписано соответствующее межправительственное соглашение между РФ, Индией и Ираном, позже в проект вошли Азербайджан, Армения, Белоруссия, Казахстан, Оман и Сирия. Практическая реализация, тем не менее, началась лишь в последние годы.

После конфликта в Нагорном Карабахе железнодорожное сообщение между Ираном и Азербайджаном прекратилось. По соглашению от 2005 г. Баку выделил Тегерану кредит в размере 500 млн долл. на строительство железной дороги «Астара - Казвин», которая соединит Иран с Азербайджаном и Россией. В марте 2018 г. по ней были запущены первые контейнерные составы. Участок Решт-Астара планируется завершить в 2021 году, после чего путь полностью будет готов к эксплуатации.

Проект уже доказал свою жизнеспособность и эффективность. Если в 2017 г. по INSTC было перевезено 27 тыс. тонн грузов, в 2018-м - 287 тыс. тонн. На первоначальном этапе по коридору планируются грузоперевозки в объёме 6 млн, в дальнейшем - 15-20 млн тонн в год. Новый транспортный коридор протяжённостью 7.200 км позволит сократить сроки поставок грузов из Индии в Санкт-Петербург на 30-40% или на 20 суток. 

Впрочем, развитие коридора не ограничивается одной железнодорожной веткой. РЖД с 2012 г. приступили к электрификации иранских железных дорог. В свою очередь, Азербайджан привлекает к развитию МТК венгерских, французских и швейцарских инвесторов. Индия является ключевым партнёром Ирана в развитии порта Чабахар, который должен стать морским участком INSTC, связывающим индийский порт Мумбаи с Ираном. Дели заинтересован и в развитии иранской железнодорожной сети в направлении Афганистана и Центральной Азии.

Коридор «Север-Юг» - это широкомасштабный инфраструктурный проект мультимодальных перевозок, имеющий два ответвления. Западная часть включает в себя железнодорожные пути через Азербайджан и Россию, морские перевозки в Каспийском море, а также автомобильные магистрали через территорию Армении и Грузии, выходящие в порты Чёрного моря и на Турцию. Восточное направление призвано связать транспортным сообщением Индию и Центральную Азию через территории Ирана, Туркменистана и Казахстана.

Гораздо «ближе» становится и Аравийский полуостров. Трансаравийская железная дорога, соединяющая Саудовскую Аравию, Бахрейн, Кувейт, Катар, ОАЭ и участника INSTC Оман, позволит включить государства Персидского залива не только в континентальную торговлю,  но и в широкомасштабные проекты сотрудничества. Россия уже обозначила интерес к участию в этом проекте как в плане строительства, оснащения, так и поставок подвижного состава.

Ожидается, что о запуске коридора «Север-Юг» может быть официально объявлено во время саммита с участием президентов России, Ирана и Азербайджана, который запланирован на середину августа в Сочи.

Ресурс для развития

Планируя создание INSTC, участники проекта уделяют приоритетное внимание его использованию для создания кластеров промышленного и технологического развития, которые должны дать синергетический эффект для рывка в будущее огромного региона от Хельсинки до Мумбаи и от Минска до Астаны.

Как отмечено в докладе российского экономиста А. Караваева и доцента иранского Университета имени Аллама Табатабаи Т. Мандана, «Транспортный коридор "Север-Юг: реалии транзита и перспективы трансрегиональной интеграции», создание транспортной артерии открывает уникальные возможности для объединения потенциалов в формировании новых точек роста в сфере цифровизации, искусственного интеллекта, внедрения новой энергетической стратегии, трансформации рынков труда.

Перспективно развитие вдоль INSTC совместных проектов в сфере полимерной химии, машиностроения, станкостроения, автопрома, авиапромышленности, приборостроения, создания новых полимерных и композитных материалов.

Потенциально МТК «Север-Юг» может вовлечь в процессы евразийского развития и государства Ближнего Востока, пока что остающиеся в стороне от масштабных проектов создания Большой Евразии. Например, ФАС РФ и Исламский банк Абу-Даби обсуждают проект по привлечению арабских инвестиций в российское сельское хозяйство «АгроФинМост», одним из этапов реализации которого станет развитие транспортно-логистической инфраструктуры экспортных поставок продовольствия по МТК «Север-Юг». В свою очередь, Российский фонд прямых инвестиций и Кувейтское инвестиционное агентство разрабатывают несколько десятков совместных проектов в сфере электроэнергетики, водоснабжения и поставок оборудования.

Активно развивается сотрудничество и с ОАЭ. Эмиратский суверенный фонд Mubadala Investment Company в партнёрстве с Российским фондом прямых инвестиций вложил около $1,4 млрд в более чем 40 российских проектов. Узбекистан же договорился о заключении сделок на сумму более $10 млрд в сфере финансов, альтернативной энергетики, инфраструктуры и сельского хозяйства. Укрепление связей стран ЦА со странами Персидского залива обеспечит привлечение ближневосточных инвестиций в развитие Каспийского региона. Что крайне важно, ЦА получает выход к морю. Иран выделил землю под казахстанские логистические терминалы в Чабахаре, порт посетил заместитель премьер-министра Узбекистана. И, как сообщает «Атлантический совет», там побывали и представители торгово-промышленной палаты закрытого Туркменистана.

Безусловно, коридору «Север-Юг» не хватает многого. Прежде всего, необходимо создание соответствующей договорно-правовой базы по гармонизации тарифов, передвижению товаров, услуг, капиталов и рабочей силы.

Так, если соглашение о свободной торговле между ЕАЭС и Ираном ратифицировано, то с Индией документ может быть подписан лишь в конце 2019-го, а то и в 2020 году. Часть же участников коридора не входит в ЕАЭС и ЗСТ СНГ, что потребует дополнительных усилий для гармонизации сотрудничества. Не менее важно и формирование механизма расчётов в национальных валютах. Тем не менее потенциал у инициативы хороший, поскольку может быть легко сопряжён с российской идеей Большого евразийского партнёрства и китайским проектом «Один пояс - один путь», что позволит привлечь к его реализации ресурсы Фонда развития ШОС и Евразийского банка развития и АБИИ.

Римленд vs Хартленд

Помимо экономического значения МТК «Север-Юг» является важнейшим геополитическим проектом, способным значительно изменить баланс мировой торговли. В классической геополитике рассматривается два вида противостоящих между собой цивилизаций: морская (Римленд) и материковая (Хартленд). Хотя геополитики до сих пор спорят о том, где на самом деле расположено «сердце Земли», очевидно, что формирование сухопутных торговых маршрутов снижает значение морских перевозок, определяющих гегемонию «морских держав», прежде всего, Британии и США. Достаточно вспомнить, что с перекрытием Ормузского пролива Иран способен остановить 40% мировой торговли. После запуска коридора «Север-Юг» его значение многократно возрастёт. И совершенно не случайно Вашингтон в своё время инициировал собственный проект «Шёлкового пути», призванного исключить из транспортно-логистических цепочек РФ и Центральную Азию.

Именно этой угрозой, а не мифическими ядерными планами Ирана, «плохим поведением» России, «неправильной рассадкой» российской делегации в Тбилиси и «людоедством» Б. Асада объясняются и санкции, и военные угрозы, и попытки организации государственных переворотов, и война в Сирии. Вряд ли случайно совпали антироссийские акции в Грузии и уничтожение американского беспилотника в районе порта Чабахар, «дело Голунова» в России и протесты в Казахстане.

Иран также «трясёт» не только в связи с военными угрозами США. Деятельность располагающихся за границей «Национального совета сопротивления Ирана», «Движения национального пробуждения Южного Азербайджана» и др. уже привели к антиправительственным выступлениям в 80 городах страны.

Собственно, перечень угроз, с которым неминуемо столкнется INSTC, достаточно прогнозируем. Во-первых, это попытки организации государственных переворотов в странах, входящих в «Север-Юг». Как отметил заместитель секретаря Совета безопасности РФ Р. Нургалиев, страны НАТО «готовят условия для приведения к власти в отдельных странах ОДКБ подконтрольные Западу режимы, в том числе посредством провоцирования «цветных революций». Впрочем, проблема не исчерпывается странами ОДКБ.

Во-вторых, разгром ИГИЛ («Исламское государство», ИГ, ИГИЛ - запрещённая в России террористическая организация) в Сирии может привести к активизации террористов в Азербайджане, Армении, Центральной Азии, Панкисском ущелье Грузии и т.д.

Нельзя сбрасывать со счетов и санкции, которые, по словам советника президента США Дж. Болтона, в Иране лишь начались. С этими заявлениями прекрасно сочетается и «план Болтона» по Закавказью, целью которого является привлечение стран региона в антииранскую коалицию и разжигание старых конфликтов. Из Ирана уже массово бегут европейские инвесторы, а особый режим, который получил порт Чабахар, по мнению ведущего юриста по санкциям в США Э. Феррари, распространяется лишь на доставку американских грузов в Афганистан.

Тем не менее, планам Вашингтона вряд ли суждено осуществиться. С его политикой не согласны даже союзники. По сообщению Ф. Могерини, готов к запуску Специальный механизм расчётов INSTEX между Ираном и Евросоюзом в обход санкций США. А турецкое издание  Odatv пишет, что, сталкиваясь с американской угрозой, Россия, Иран и Турция могут «расширить своё сотрудничество и даже превратить это сотрудничество в союз».