Косовары, смелые за спиной НАТО

26 июля авторитарный лидер Косово Альбин Курти в Вашингтоне обсудил с госсекретарём США Энтони Блинкеном возможность нового конфликта с Сербией и, судя по всему, получил «добро». Вскоре Приштина обязала сербов, проживающих на территории края, перейти на удостоверения личности и автомобильные знаки с гербом непризнанной ими страны. Это вызвало в сербских общинах Косово волнения, которые переросли в блокирование дорог и строительство баррикад. Косовары при этом закрыли два из трёх КПП на дорогах в Сербию. Вспышки, подобные воскресной, в регионе возникали и прежде. И на этот раз военного решения не ожидалось. После самой горячей фазы в ночь с 31 июля на 1 августа и после встречи с американским послом в Приштине премьер Косово отложил запрет на сербские документы до 1 сентября. Сербы разобрали оставшиеся баррикады, переходы на административной границе вновь функционируют, что несколько заморозило конфликт, но не исключило его обострение в любой момент.

Почему косовские албанцы ужесточают свою позицию и не идут на уступки сербам, какие силы вдохновляют их на провокации, насколько реален вооружённый конфликт между Сербией и Косово и как поведёт себя НАТО, есть ли шансы мирного решения конфликта, еженедельнику «Звезда» рассказал по телефону из Белграда эксперт Андрей Беседин

- Действия Приштины - это последовательная политика по установлению реальной власти над территорией края Косово и вытеснению всех форм сербского присутствия, чтобы последовательно и окончательного подчинить население этнических сербов северной территории. На это и нацелено выдавливание остатков сербских номерных знаков и документов, что сохранились со времён миссии ООН по делам временной администрации в Косове.

И тут стоит задаться вопросом, а что придаёт смелости косовским албанцам? А смелости Приштине во многом придаёт военное присутствие международных сил под руководством НАТО, которые отвечают за стабильность в регионе. И именно миссия под эгидой НАТО в Косово (KFOR) после проведённых консультаций очень вяло погрозила пальчиком косоварам, которые и отменили на время свои решения.

Справка

Кэмп-Бондстил - основная военная база американского контингента в составе международной миссии KFOR на территории Косова. Расположена возле города Урошевац, там же находится штаб-квартира Многонациональной оперативной группировки «Восток» под командованием США. Огромный объект, уступающий по размерам только базе Рамштайн (Германия). Пентагон рапортовал, что на Кэмп-Бондстил служат 5-7 тысяч человек, но объёмы продовольственных поставок и счета за коммунальные услуги говорят в пользу того, что США разместили на объекте около 25 тысяч человек.

Есть ещё один главный посредник в решении косовского вопроса - Евросоюз. Для ЕС косовский вопрос - болезненный. Единой позиции у него нет. В числе стран, объявивших о непризнании Косово - Испания, Греция, Словакия, Болгария, Кипр и Румыния. Но мнение этих государств не мешает еврочиновникам демонстрировать очевидно предвзятую политику, что позволяет косовским албанцам шаг за шагом вытеснять сербов. Но, повторю, это происходит при полной поддержке и в значительной степени по указанию США и НАТО, которые контролируют ситуацию в крае. Сама Приштина таким потенциалом, конечно же, не располагает, потому её необходимо рассматривать в качестве исполнителя воли Запада.

И есть все основания полагать, что и провокация в Косово была разработана Вашингтоном и Лондоном и проведена Приштиной специально накануне визита старушки Пелоси на Тайвань. Очевидно и то, что провокация, устроенная полностью подконтрольными Западу косоварами, нужна и противникам Москвы для того, чтобы вынудить Сербию наконец присоединиться к антироссийским санкциям. Главная цель - вывести Сербию из российско-китайской орбиты.

Решение же переноса введения запретов на месяц фактически означает «отрубание хвоста по частям»: Приштина сделала нажим, Белград изобразил некоторую оппозицию, тем самым был зафиксирован некий промежуточный результат и теперь обе стороны ждут новых указаний. Между прочим, именно такого мнения и на действия косовских албанцев, и на действия их собственного политического руководства придерживаются в сербском обществе. И сербы понимают, что Вашингтон и Лондон, контролируя ситуацию, оказывают давление в том числе и на Белград, ставя свои условия, с которыми Сербия вынуждена считаться.

На самом деле угрозы начала боевых действий в этой ситуации не предвиделось. Вся эта драматическая реакция типична и рассчитана на то, чтобы несколько успокоить сербских патриотов и несколько смягчить их реакцию на постоянное давление, ограничение и вытеснение Сербии с территории косовского края. Однако от этого ситуация не перестаёт быть взрывоопасной.

В ближайшее время стоит ожидать очередных раундов переговоров в Брюсселе, этот процесс уже затянулся и обещает быть долгим и мучительным. Западные державы не позволят Белграду и Приштине выйти из-за стола, объявить бойкот переговорам или на худой конец заморозить их. Также маловероятно потенциальное столкновение Сербии с НАТО, сербы на это не пойдут, а вот альянс гипотетически может принять такое решение в случае переноса на Балканы центра тяжести международной напряжённости с Восточной Европы или Азиатско-Тихоокеанского региона. Даже если и допустить, что контингент НАТО войдёт с территории Косово в Сербию, это не означает, что достигнут предел терпения. Так действующим соглашением IPAP (Individual Partnership Action Plan - «Индивидуального плана партнёрства») альянсу даётся право транзита своих войск по территории Сербии. Этот документ действует уже несколько лет, и ещё поэтому сами сербы часто называют свою страну оккупированной или полуоккупированной.

И остаётся, что называется, перетерпеть и пережидать. Впрочем, к этому и сводится линия поведения сербского руководства - попытка так или иначе выиграть время и максимально затянуть процесс выдавливания Сербии из Косовского края. В какой-то степени Белграду до сих пор это удаётся, однако за последние 10 лет ему пришлось сделать много реальных уступок в степени своего присутствия в крае, передав в том числе ключевые учреждения и объекты инфраструктуры под контроль албанцев. Это действует приманкой для косоваров, которые не оставили надежды объединить Приштину с Тираной во имя «Великой Албании».