«Забег» по минам: к такому «Страйкеры» жизнь не готовила

Летний «наступ» ВСУ, широко распиаренный киевским режимом ещё на стадии подготовки, стартовал 4 июня. Согласно плану операции, составленному при непосредственном участии штабных структур НАТО, украинской армии отводилось 72 часа на то, чтобы прорвать на всю глубину оборону ВС РФ, выйти к Мелитополю и создать угрозу для российского сухопутного коридора в Крым. К неудовольствию Киева и его иностранных бенефициаров, у наступающих частей ВСУ буквально с самого часа «Ч» всё пошло не по плану.

Последний «козырь» Залужного

Ко второй половине августа «наступ» находился уже даже не на грани, а за гранью провала, о чём недвусмысленно свидетельствовали два факта. Во-первых, истекающая кровью украинская армия по-прежнему продолжала буксовать перед первой линией обороны ВС РФ среди мин и «опорников» полосы обеспечения. Во-вторых, после того, как за 2,5 месяца боёв практически безрезультатно «сточилась» значительная часть наступательной группировки ВСУ, украинское командование оказалось вынуждено задействовать на направлении главного удара свой стратегический резерв - оснащённое натовской техникой подобие американской SBCT (Stryker brigade combat team) в виде 82-й десантно-штурмовой бригады из состава тактической группы «Марун».

Проще говоря, это был едва ли не последний «козырь» Залужного и Ко, на что прямо указывали аналитики Forbes и Bild.

К 24 августа - Дню независимости Украины 82-я десантно-штурмовая из имевшихся у неё 90 колёсных бронетранспортёров американского производства Stryker лишилась не менее 7-8 единиц (включая две инженерные машины, оснащённые тралами LWMR), потеряла «двухсотыми» и «трёхсотыми» немало личного состава, но проломиться сквозь предполье к первой линии обороны ВС РФ так и не сумела.

Словом, украинский «козырь» не сыграл. Вместе с ним оказалась бита и ставка Киева на оснащённый «Страйкерами» украинский аналог SBCT, что, в общем-то, и не удивительно. В конце концов, американцы создавали семейство бронемашин Stryker совсем не для того, чтобы на них в лоб штурмовать насыщенную минными заграждениями и средствами ПТО глубоко эшелонированную оборону, да ещё и в условиях украинского ТВД.

Нужны колёса вместо гусениц

БТР - это транспорт, доставляющий пехоту к рубежу спешивания, эвакуирующий раненых с поля боя и, если потребуется, прикрывающий пехоту огнём.

На протяжении очень длительного времени основным БТР американской армии являлся гусеничный M113, весивший свыше 10 тонн и запущенный в серийное производство ещё в 1960 году. Использование М113 выявило главный недостаток этой машины - слабое бронирование. В результате «сто тринадцатый» прошёл через ряд модернизаций, позволивших усилить защищённость бронетранспортёра.

Если исходно лобовая броня машины обеспечивала защиту от 12,7-мм бронебойных пуль с дистанции 200 метров, а бортовая броня «держала» 7,62-мм пули, то появившиеся впоследствии комплекты навесной брони обеспечили М113 круговую защиту от 14,5-мм пуль, а «лоб» бронетранспортёра удалось сделать достаточно крепким, чтобы тот выдерживал попадания 20-мм снарядов с 200 метров.

Ценой улучшений стал значительный рост массы БТР и, как следствие, снижение подвижности и надёжности машины.

Тем временем с карты мира исчез СССР, вероятность участия американской армии в большой войне на европейском ТВД снизилась, а вот частота «влипаний» U.S. Army в конфликты низкой интенсивности (Low Intensity Conflict - LIC) за пределами Европы, напротив, возросла.

При этом на первый план выдвигались как раз те качества БТР, с которыми у M113 наблюдались проблемы - подвижность и надёжность. Вместе с очевидным фактом устаревания M113, всё это навело американцев на мысль отказаться от дальнейшего использования «сто тринадцатых» в пользу принятия на вооружение линейки современных бронемашин, созданных не на гусеничной, а на более дешёвой и, главное, подвижной и надёжной колёсной базе.

Рождение семейства «Страйкеров»

Взяв за основу канадский БТР LAV-III с колёсной формулой 8×8, который, в свою очередь, был разработан на базе швейцарской бронемашины MOWAG Piranha III, специалисты компании General Dynamics Land Systems к началу 2000-х сконструировали затребованную Пентагоном колёсную унифицированную боевую платформу. Созданные на её основе боевые бронированные машины получили общее название Stryker.

Подчеркну, это было целое семейство бронемашин разного назначения (вооружённая 30-мм автоматической пушкой БМП M1296, вооружённый 12,7-мм пулемётом или пулемётом винтовочного калибра/40-мм автоматическим гранатомётом БТР M1126, БРМ M1127, КШМ M1130, санитарно-эвакуационная машина M1133, самоходный 120-мм миномёт M1129 и так далее), построенных на единой унифицированной колёсной базе. Такое техническое решение изрядно упрощало и удешевляло как производство, так и эксплуатацию «Страйкеров».

Уступая гусеничному БТР в проходимости на пересечённой местности (с чем в Пентагоне легко смирились, не рассчитывая в обозримом будущем воевать где-нибудь на раскисших от дождей, перепаханных танками и испещрёнными воронками полях Восточной Европы), БТР «Страйкер» весил 16,5 тонны и мог по шоссе разгоняться до 100 км/ч. В отличие от M113, Stryker был лишён возможности преодолевать водные преграды вплавь, но зато имел запас хода в более чем 500 км против 300 км у «сто тринадцатого». Колёсный БТР умещался в грузовом отсеке основного военно-транспортного самолёта стран НАТО Lockheed C-130 Hercules. Это обеспечивало быструю переброску бронетранспортёра на большие расстояния и позволяло использовать Stryker в составе сил быстрого развёртывания.

Днище нового американского БТР имело V-образную форму. Это должно было снижать травматическое воздействие на экипаж и десант бронетранспортёра в случае подрыва Stryker на СВУ или мине.

Бронекорпус Stryker «держал» попадания 14,5-мм пуль в лоб с дистанции в 200 метров, а борта БТР выдерживали попадания 7,62-мм бронебойных пуль с 30 метров. Очень быстро защита БТР была усилена за счёт использования комплектов керамических бронепанелей, обеспечивших защиту бортов машины от 14,5-мм пуль.

Однако и это решение было сочтено недостаточным, что привело к решению навесить на Stryker керамическую защиту Mexas, спасавшую «лоб» БТР от пробития 30-мм бронебойными снарядами с дистанции в 500 метров. Попутно «Страйкеры» украсили противокумулятивными решётками, снижающими эффективность гранат РПГ, и начали оборудовать комплектами динамической, а позже и активной защиты.

Стремление максимально повысить защищённость «Страйкеров», привело к увеличению массы колёсного БТР до 20 тонн, что несколько снизило ТТХ машины в плане подвижности и надёжности. Тем не менее, по этим показателям «Страйкеры» всё равно продолжали заметно превосходить «сто тринадцатые».

Stryker brigade combat team

В ноябре 2000 года был заключён контракт на поставку первых 2131 машины семейства Stryker армии США на сумму 4 млрд долларов. Начиная с этого момента американцы стали постепенно заменять гусеничные М113 в своих передовых частях на колёсные «Страйкеры». Всего до 2014 года U.S. Army по открытым данным получили 4466 «Страйкеров». Это позволило Пентагону укомплектовать 9 специально созданных под новую бронетехнику Stryker brigade combat team - механизированных бригад, занимавших в структуре американской армии промежуточное положение между «тяжёлыми» бронетанковыми бригадами, вооружёнными ОБТ Abrams/БМП Bradley, и «лёгкими» пехотными бригадами, использующими бронированные полноприводники HMMWV (сейчас заменяются на MRAP M-ATV).

Боевое применение «Страйкеров» в Ираке и Афганистане получило противоречивые оценки.

Специалисты положительно отзывались о комфортабельных условиях размещения в бронемашинах экипажа и десанта, о хорошей подвижности «Страйкеров» и высоких характеристиках устанавливаемой на них системы C4ISR (Command, Control, Communication, Computer, Intelligence, Surveillance and Reconnaissance), интегрированной в цифровую систему управления боем F8C82 уровня бригады и ниже. И да - в боевой обстановке «Страйкеры» продемонстрировали самую лучшую защищённость среди всех образцов колёсной техники армии США.

По этому поводу англоязычные источники очень любят цитировать командира 1-й механизированной бригады 25-й пехотной дивизии U.S. Army полковника Роберта Брауна, дословно заявившего следующее: «В течение года, что мы здесь [в Ираке], в нас попало 115 гранат РПГ. И ни одна не пробила Stryker. Ни одна. Никакой пулемётный огонь не пробил Stryker. От попадания РПГ у нас был один погибший, он стоял в открытом люке, а противник вёл огонь с крыши здания. Но ни одна граната РПГ не пробила Stryker. 115 попаданий, это фантастическая машина».

В то же время эксперты отмечали, что ресурс подвески «Страйкеров» оказался ниже расчётной, комплекс вооружения в варианте БТР против серьёзного противника «слабоват», а большие размеры машин снижают скрытность бронетранспортёров и облегчают противнику их поражение. При этом многократно улучшенная защита колёсных бронетранспортёров спасала их экипажи и десант отнюдь не всегда - неспроста американские солдаты после кампаний в Ираке и Афганистане с чёрным юмором стали называть «Страйкеры» «кевларовыми гробами».

Несмотря на последний факт, командование армии США на официальном уровне посчитало опыт использования «Страйкеров» в LIC вполне положительным, так что к моменту начала СВО отказываться от эксплуатации бронемашин семейства Stryker, а равно и от концепции высокомобильной SBCT, в Пентагоне явно никто не собирался. Соответственно, когда в январе 2023 года возможности по отгрузке украинцам из стран Восточной Европы бронетехники советского образца оказались почти исчерпаны, Вашингтон с чистой совестью внёс поставки «Страйкеров» в очередной пакет американской военной помощи Киеву.

Украинский «козырь» не сыграл 

На Украине «Страйкеры» вместе с ротой британских ОБТ Challenger 2 и четырьмя десятками германских БМП Marder определили в недавно созданную 82-ю десантно-штурмовую бригаду, чья организационная структура создавалась с явной оглядкой на SBCT. Теоретически, эта бригада должна была вводиться в уже созданный другими соединениями ВСУ прорыв, чтобы затем «на всех парах» нестись в сторону Азовского моря.

Практически же СВО совершенно не соответствовала условиям LIC и вместо ввода в уже готовый прорыв, 82-ю десантно-штурмовую по плотным минным полям, под ударами российской авиации и беспилотников бросили на яростно огрызавшиеся из артсистем и ПТРК «опорники» ВС РФ под Работино. Как говорится, к такому «Страйкеры» жизнь не готовила.

Так что итог «забега» 82-й ДШБ оказался вполне предсказуемым - серьёзные потери вкупе с минимальным продвижением.

Повторю - украинский «козырь» не сыграл. Это явно заставит теперь поломать голову над проблемами, связанными с дальнейшим использованием «Страйкеров», генералов не только в ВСУ, но и в U.S. Army.