«Временно исполняющего обязанности замполита» не бывает

Наверное, излишне оспаривать тот факт, что любимое дело, как реализованное призвание человека, всегда отличается своей результативностью. Оно и понятно - к нему есть интерес, а его плоды приносят радость. А из неё формируется и настоящий профессионализм, как воплощение реализованного призвания. Это, безусловно, полностью касается и ратного дела.

Отец сказал, сын сделал

Кем мог стать мальчишка, родившийся в военном городке среди приморских сопок? Мама, конечно, видела его будущее инженером в НИИ или, на худой конец, на не самом пыльном производстве. Отец, естественно, надеялся, что сын пойдёт по его стопам. Сам Паша с упоением занимался плаваньем в спортивной школе олимпийского резерва.

Ближе к окончанию школы в альтернативе выбора дальнейшей учёбы верх взял отцовский вариант, а, точнее, конкретный военный вуз, который Бобров-старший закончил в своё время, - Омский танковый инженерный институт. Образование, как говорил отец, в его стенах было действительно весьма основательным, особенно по линии инженерии. Но уже тогда курсант Бобров стал замечать, что ближе ему по восприятию гуманитарные предметы. С особым интересом он выходил за рамки учебной программы по психологии межличностных взаимоотношений. А в общем, пора учёбы стала настоящей мужской школой жизни, с её писаными и неписаными законами. Она давала хороший жизненный опыт, в котором бывало всё: и радость, и грусть, и курсантское братство. Бывало тяжело, но с той поры Павел принял для себя известный лозунг панфиловцев: «Отступать некуда - за нами Москва», которого придерживается и по сей день, особенно в трудных жизненных ситуациях.

В армии свободного распределения нет

После окончания института лейтенант Павел Бобров был направлен в 98-ю гвардейскую воздушно-десантную дивизию. Там он начал свой путь в качестве командира взвода отдельного ремонтно-восстановительного батальона. Именно в этот период Павел начал постигать азы работы с личным составом. Самыми яркими впечатлениями стали первые прыжки с парашютом, работа на учениях в полевых условиях. Как это часто бывает, случались ошибки, приходили первые успехи. А потом батальон расформировали. И волею судьбы молодому офицеру пришлось принять под начало зенитный ракетный взвод. И тут Бобров снова ощутил, что живая работа с людьми ему заметно ближе, чем технические проблемы. На фоне кадровых реформ той поры на должности взводного пришлось служить восемь лет.

Но времени терять даром Павел не собирался. Уже на втором году службы в полку командование дало ему «добро» на заочную учёбу в Ивановском госуниверситете по профилю психологии и социологии. Это было настоящим слиянием приятного с полезным, когда первое ощущение своего истинного предназначения наполнялось осознанием его сути. И эти новые знания оказались востребованными в военной службе. Контактность, умение находить правильный тон общения как по вертикали, так и по горизонтали армейских взаимоотношений начальники оценили сразу. Взводному часто доверяли исполнять обязанности командира батареи, начальника бронетанковой службы части. А однажды заместитель командира полка по воспитательной работе, отправляясь в длительную командировку, порекомендовал Боброва на свою временную подмену.

- Это предложение вызвало у меня двойственные эмоции: тревожное сомнение, а справлюсь ли, и радостное ощущение перед реализацией мечты, - вспоминает свои эмоции в тот момент Павел. - Я ведь всё больше понимал, что работа с людьми во всех её проявлениях - это моё.

Павел Бобров считает большим везением, что первый инструктаж в новой должности он получил от бывшего замполита дивизии, полковника запаса Николая Крамарёва, не утратившего высокого авторитета среди десантников и на должности гражданского специалиста в штабе соединения. Он воспитал целую плеяду достойных политработников ВДВ, и для «временного замполита» стало большой удачей познакомиться с таким профессионалом лично.

Добрый настрой от такого инструктажа утвердился и в дальнейшей службе. Зенитным полком тогда командовал полковник Валерий Петраш. Это был настоящий образец офицера, что называется, «командирская косточка», замечательный организатор, одарённый педагог и человек с большой буквы. Именно так говорят о нём все его сослуживцы.

- Для меня командир полка тогда стал и ориентиром в службе, и конкретным наставником по многим её направлениям, - говорит Павел Бобров. - И сами разнообразные «воспитательские» хлопоты, от организации художественной самодеятельности до индивидуальной работы в подразделениях, пришлись по душе и давали мне новую энергию.

А когда спустя полтора месяца полковник Валерий Петраш подытожил период работы своего «временно исполняющего» заместителя словами: «Была б моя воля, оставил бы тебя штатным замом», Павел понял, что у него всё получилось в первой серьёзной пробе призвания, и он окончательно решил идти по этому пути дальше.

Быстро только сказка сказывается

Но в жизни не всё складывается так легко, как хотелось бы. Лишь спустя долгие месяцы Бобров попал в обойму специалистов военно-политической работы - стал начальником группы психологической работы десантно-штурмовой бригады на Дальнем Востоке.

В начале специальной военной операции Павел Бобров исполнял обязанности замполита бригады в пункте её постоянной дислокации. И ему пришлось сразу же искать новые формы и методы работы с людьми. Проявился дефицит связи с близкими у отправившихся в зону боёв бойцов. Чтобы снять напряжённость неведения, замполит во взаимодействии с местными властями, общественными и волонтёрскими организациями организовал доставку писем, а потом и посылок в воюющие подразделения бригады. Проявилась тогда и разница в подходах к укреплению дисциплины в условиях мирного времени и военного конфликта. Некоторых контрактников охватывало смятение перед лицом реальной опасности, и они теряли боевую устойчивость.

С каждым так называемым «пятисотым» надо было работать индивидуально, разбираясь с его страхами и сомнениями. К этому привлекались офицеры с боевым опытом, представители православной и буддистской религии, казаки. Вскоре сказались и поправки в законодательстве, учитывающие особенности службы в боевой обстановке. А ещё на плечи политработника легла и скорбная задача - достойно хоронить героически погибших десантников.

Когда Павел Бобров получил назначение в зону спецоперации, он ощутил прилив сил - там ему виделась реализация профессиональной миссии военного психолога и политработника. Тем более, что и призвание воплотилось в реальность - он стал заместителем командира артдивизиона по военно-политической работе. А служить по призванию, как известно, всегда интереснее, чем по необходимости. Бобров сразу же побывал на всех боевых позициях подразделения, пристально анализируя условия их полевой жизни. Основательно познакомился с каждым из своих артиллеристов так, что при необходимости мог бы написать небольшой рассказ о любом из них. Бойцы доверяли своему замполиту. Он делил с ними все тяготы передовой, ночевал в блиндаже, обедал из одного с ними полевого котла и всегда был рядом во время боевой работы.

Умение найти подход к самым разным по характерам и возрасту людям, моментально реагировать на их житейские проблемы, в которых нет мелочей, очень помогло Боброву, когда он участвовал в формировании десантной артиллерийской бригады. В процессе комплектации подразделений теперь и в помине не было проблем с «пятисотыми». Даже солдаты первого контракта быстро крепли духом, осознанно принимали все риски, которые ждут их в боях.

На войне только люди в цене

С формированием первого же артиллерийского дивизиона капитан Бобров в качестве замполита убыл в пекло боёв. В тактической артиллерийской группе он оказался единственным политработником, поэтому пришлось браться за дело в масштабе всего формирования. И снова он начинал со знакомства с людьми. За две недели объехал все позиции, все расчёты и тыловые районы тактической группы. По ходу уточнял проблемные вопросы служебного, социального и личного характера. Иногда бойцы выражали сомнения, что проблемы будут решены. Но замполит Бобров прилагал все усилия, чтобы по «болевым» вопросам решения состоялись безотлагательно.

Банальная, казалось бы, сложилась ситуация со справками участников спецоперации, необходимыми по линии соцзащиты. Просьбы солдат по их получению вязли где-то в штабах. Бобров озвучил проблему перед командованием, и она была моментально устранена. А в настрое бойцов эта «мелочь» оказалась весьма важной. Солдатский телеграф работает быстро, и бойцы уже через пару дней благодарили замполита за оперативность.

Востребованность своей повседневной работы заряжала политработника дополнительной энергией дел. В отсутствии многотиражной военной печати Павел решил наладить выпуск печатного боевого бюллетеня тактической группы, в котором без словесной трескотни шла речь о реальных успехах артиллеристов-десантников. С особым нетерпением эти выпуски ждали в расчётах и взводах, где замполит недавно побывал во время их боевой работы. Кстати, хладнокровие под вражеским огнём, готовность прийти на помощь подчинённым были отмечены не только авторитетом среди бойцов, но и медалью «За храбрость». Однажды, когда на позиции артиллеристов налетел рой вражеских «птичек»-камикадзе, замполит из охотничьей двустволки без промедления обнулил зависший в поиске цели квадрокоптер. «Ничего особенного - обычная наша работа на линии соприкосновения с врагом», - говорит он об этом эпизоде.

Конструктивная энергия политработника воплотилась и в полевые блиндажи досуга, бани и даже прачечные зоны в районах сосредоточения дивизиона. Смог он убедить в правильной расстановке приоритетов командиров подразделений и других офицеров дивизиона: на первом месте всегда должны быть люди с их заботами и настроением. Не всё получалось, как по взмаху волшебной палочки, но боевой коллектив крепчал.

Работа с людьми решает всё

- Одна из батарей была укомплектована контрактниками-москвичами, вспоминает Бобров. - Народ подобрался своеобразный - у кого-то с уголовным кодексом проблемы были, другие сомнительному богу Бахусу поклонялись, у некоторых по всякому поводу были не самые приемлемые привычки. Ничего страшного в этом не было, командный дух боевой работы обычно спрямляет такие «загогулины». Но на очень важную должность старшины назначили молодого выпускника школы прапорщиков. Он, конечно, пытался требовать выполнения поставленных задач, однако, не имея достаточного опыта в работе с людьми со сложными характерами, не мог достичь результата.

Павел Бобров не привык делить людей на плохих и хороших. Для него было важнее, что эти парни добровольно пошли на спецоперацию, пусть и с разной историей прошлой жизни.

Замполит сам занялся подбором кандидата на должность старшины. Им стал сержант Александр Лукашук с позывным «Зенит», фанат понятно какого футбольного клуба. В первую же неделю его старшинства проявились положительные подвижки в дисциплине батарейцев, а к ней, как известно, приходит и всё остальное. Хозяйство батареи заработало складно, а в тыловом расположении напрочь пропал запах перегара. Обеспечение подразделения, маскировка позиций, техническая составляющая поднялись на уровень выше.

Через месяц батарея начала щёлкать «укров» с завидной результативностью, и по другим позициям она выходила в лидеры. «Зенит» знал обстановку не только в тылу, но и на огневых позициях батареи, был в курсе личных проблем военнослужащих и старался без промедления их решать. В старшине Бобров увидел хороший потенциал политработника и решил вести его к офицерской судьбе. Ведь такие люди просто необходимы в воюющих войсках на пути к победе. Характеры у них - с прочным стержнем, и в головах есть понимание смысла военной профессии. С ними и служить приятно, и общаться легко. Кстати, именно так отзываются и о нашедшем своё призвание замполите артиллерийского дивизиона капитане Павле Боброве его однополчане на боевой линии спецоперации.

Словари утверждают, что предназначение - это предопределённая судьбой миссия человека. Но если ей помогают и активный поиск призвания, и стремление к самореализации, то этот природный потенциал помогает достичь своего места в жизни. Пример капитана Боброва - ещё одно тому подтверждение.