Вашингтон опаздывает с пониманием происходящих в Китае и с Китаем процессов

В Южно-Китайском море 1 октября произошло опасное сближение миноносца ВМС КНР «Луян» и эсминца ВМС США Decatur, которому в результате пришлось резко изменить курс. В Пентагоне действия китайского судна назвали «агрессивными маневрами» и сообщили, что Decatur выполнял в зоне спорных островов операцию по «обеспечению безопасной навигации».

В тот же день Китай отменил запланированное на октябрь совещание по безопасности, в котором ожидалось участие главы Пентагона Джеймса Мэттиса. При этом пока не ясно, состоится ли мероприятие вообще. Китайские МИД и Минобороны пока никак не прокомментировали информацию. Госдеп США также не высказался по этому вопросу.

Военно-политические противоречия двух стран усиливаются с каждым днем.

Спорные территории  

В Южно-Китайском море находится ряд спорных территорий, богатых нефтью и газом: острова Наньша и Хуанъянь, а также архипелаг Сиша. На владение ими, кроме КНР, претендуют Бруней, Малайзия, Филиппины, Вьетнам, Тайвань. Вашингтон указывает на то, что Китай, который, в отличие от других претендентов, сейчас присутствует фактически на спорных территориях, к тому же строит прилегающие к ним искусственные острова, превращая их в военные объекты. Однако КНР обвинения США отвергает и заявляет, что Филиппины и Вьетнам сознательно используют поддержку Вашингтона для эскалации напряженности в регионе.

В 2013 году глава КНР Си Цзиньпин сказал президенту Бараку Обаме, что Тихий океан достаточно большой, чтобы вместить и Китай, и Соединенные Штаты. Тем самым он дал понять, что у далеких от США берегов Китая американскому флоту не место. Тем не менее, маневры военных судов США у насыпных островов КНР продолжились, а при президенте Трампе, обеспокоенном ростом политического и экономического влияния Китая, резко усилились и стали систематическими.

На этом фоне в последние годы несколько ушла в тень проблема Тайваня, также весьма значимая и острая для отношений США и КНР. Пекин традиционно выступает против любых официальных контактов между Вашингтоном и Тайбэем. При этом КНР не исключает возможности силового решения тайваньской проблемы и считает, что ее урегулирование «не может затягиваться до бесконечности». Несмотря на то, что Тайвань объявил о независимости от КНР в 1949 году, КНР продолжает считать остров своей провинцией. По акту 1979 года США обязались поставлять Тайваню вооружение и оказать помощь в случае его военного конфликта с Китаем. Так что тайваньская проблема - та мина в американо-китайских отношениях, которая может взорваться в любой момент.

Еще в 2012 году Newsweek высказывал мнение, что прямое военное столкновение между Вашингтоном и Пекином неизбежно. Сейчас мировая пресса полна такого рода предположениями. Однако зачем США, а тем более Китаю широкомасштабная война у берегов Поднебесной, которая в нынешних условиях приведет к неисчислимым жертвам и вряд ли выявит победителя? Поэтому госдеп и ставит на победу именно в торговой войне с КНР.

Языком санкций

В 2016 году торговый оборот между США и Китаем составлял 519,6 млрд долларов, что для сравнения - примерно в 20 раз больше оборота между Россией и США до введения санкций. Так что китайско-американское взаимодействие было очень весомым сегментом мировой экономики.

О том, что экономическая экспансия бурно развивающегося Китая и торговля с ним невыгодна Америке, Трамп утверждал с самого начала своей предвыборной кампании. Обещание изменить ситуацию любыми средствами было одним из ключевых в его программе.

Став президентом, Трамп поначалу попытался договориться с Пекином, и Китай, проявив гибкость, даже в чем-то пошел навстречу: пустил на какое-то время на свой рынок американскую говядину, даже ввел санкции против КНДР.

Но Вашингтон решил «додавить» и перешел на язык санкций. Дональд Трамп подписал меморандум «О борьбе с экономической агрессией Китая», который позволил вводить ограничения в отношении продукции из КНР. Трамп отметил, что пошлины необходимы «для защиты национальной безопасности Америки». США ввели санкции против Китая и за военно-техническое сотрудничество с Россией. За два последних года КНР купила у РФ истребители Су-35 и комплексы ПВО С-400. К тому же США требуют сократить импорт иранской нефти, что не находит отклика в Китае.

К чему же приводят антикитайские ограничения США? Пекин планировал, что в первом полугодии текущего года рост ВВП достигнет 6,5 процента, но рост достиг 6,8 процента. При этом Китай ввел пошлины на 128 американских товаров в ответ на решение госдепа повысить пошлины на импорт стали и алюминия.

Ранее Китай советовал США воздержаться от мер, которые могут спровоцировать дальнейшее ухудшение двусторонних отношений. «Иначе США сами угодят в вырытую для других яму», - предупреждал официальный представитель Министерства коммерции КНР Гао Фэн.

Если США, спровоцировав торговую войну и ограничив влияние китайского капитала внутри своей страны, смогут временно оптимизировать производство и ценообразование, то Китай получит от сложившейся ситуации куда более глобальные исторические дивиденды, которые в дальнейшем бумерангом ударят по Штатам.

По мнению лауреата Нобелевской премии по экономике Джозефа Стиглица, сокращение спроса на китайские товары на американском рынке повлечет за собой падение курса китайской валюты, что «смягчит эффект от американских тарифов с одной стороны, а со стороны другой - повысит ценовую конкурентоспособность китайской продукции на других зарубежных рынках».

«Если тебе плюют в спину, значит,  ты идешь впереди»

Многие еще недавно ориентированные на американский рынок китайские производители поспешно переносят свое производство в страны Ассоциации государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН). Там более дешевая, чем в КНР, рабочая сила, а главное - там гораздо более низкие тарифы на экспорт в США, а у Вьетнама даже подписано соглашение о свободной торговле со Штатами. Стоимость поставок в США китайской продукции, произведенной не на китайской земле, оказывается гораздо ниже. Это, в свою очередь, выгодно влияет на соотношение цена-качество. Практика опосредованного выхода на рынок США через АСЕАН становится целой стратегией и альтернативным направлением для китайского рынка.

Еще одним последствием американо-китайской торговой войны стал исход китайских инвестиций из США. За пять месяцев текущего года объем китайских капиталовложений в Америке упал на 92%. Вместе с тем в ближайшие 15 лет КНР намерена инвестировать за рубеж 2 трлн долларов.

С исключением американского рынка из сферы китайских инвесторов деньги пойдут по другим направлениям. Очень высока вероятность того, что значительно повысится китайская инвестиционная активность спонсируемой Пекином инициативы «Одного пояса, одного пути», в рамках которого рассматривается создание трех трансевразийских экономических коридоров из Китая.

Параллельно высвободившиеся из США китайские инвестиции уже направлены в Египет, через который Китай налаживает беспошлинную торговлю с 26 странами Африки.

Получается, что США, оказывая на Китай военно-политическое, экономическое и финансовое давление, тем самым в перспективе способствуют укреплению Китая и расширению его торговой экспансии по всему миру и в сами Штаты, и таким образом развивается новая, альтернативная американской, глобальная система.

Генри Киссинджер не раз обращал внимание на отличие между западным и китайским мышлением. Западные политики, сталкиваясь с проблемой, предлагают какое-то одно решение и считают, что мир «перезагрузится». На Западе видят мир преимущественно в целом. Китайцы же, согласно еще конфуцианской традиции, через целое идут к его составляющим и, совершенствуя их, выходят на новые рубежи. И, похоже, Вашингтон опаздывает с пониманием происходящих в Китае и с Китаем процессов.