В других СМИ
Загрузка...
В 1944 году Красную Армию в Литве встречали яблоками, начинёнными иголками
© flickr.com
Литовсие яблочки.

В 1944 году Красную Армию в Литве встречали яблоками, начинёнными иголками

По инициативе Главного военно-политического управления Вооружённых сил Российской Федерации Центральный архив Минобороны России рассекретил документы о событиях периода Великой Отечественной войны на территории Литвы
04 апреля 2019, 06:30
Реклама
В 1944 году Красную Армию в Литве встречали яблоками, начинёнными иголками
© flickr.com
Литовсие яблочки.

Приговор маршалу

Двадцать восемь лет спустя по обвинению в «осуществлении советской агрессии», в «военных преступлениях и преступлениях против человечности» Вильнюсский окружной суд заочно приговорил последнего министра обороны СССР маршала Дмитрия Язова к десяти годам заключения. Уточним, что речь идёт всего лишь об одном эпизоде - штурме вильнюсской телебашни 13 января 1991 года, когда, по официальным данным, погибли 14 человек и 140 получили ранения. Всего же по делу проходят 67 бывших военнослужащих Советской армии и других должностных лиц. Нет в этом списке только последнего советского Верховного Главнокомандующего Михаила Горбачёва, который буквально на следующий день после событий заявил, что он не при делах: как обычно, ничего не знал и никаких приказов не отдавал.

Чтобы поверить, будто Михаил Сергеевич был не в курсе, надо иметь IQ ниже плинтуса, но у литовского суда, по всей видимости, вопросов к нему не было. Не была проведена и трасологическая экспертиза, хотя есть масса свидетельств, что по толпе у телебашни вели огонь из прилегающих зданий, причём использовались не только охотничьи ружья, но и винтовки Мосина, которых у военнослужащих не было и в помине.

Кстати, в событиях на киевском майдане в 2014 году, когда организаторам переворота для свержения Виктора Януковича потребовалась ритуальная кровь, была применена ровно такая же тактика. И уже есть сведения, что счёт жертвам на майдане открыла «третья сила» - наёмники из Грузии, которых ангажировал Михаил Саакашвили, - уничтожить по «горячим следам» все факты не удалось. Установить, кто стрелял в Вильнюсе в 1991 году, намного сложнее. Вместе с тем своим приговором Вильнюсский окружной суд как бы открыл коридоры времени - дал основание, не считаясь со сроком давности, напомнить гражданам независимой Литвы о некоторых исторических событиях, которые и рядом не стояли ни с какой человечностью.

Занимательная география

В советские времена любой школьник, как «Отче наш», знал, что столица нашей родины - Москва, а Вильнюс - столица Литовской ССР. И даже думать не полагалось, что так было не всегда.

На самом деле до 1939 года Вильнюс принадлежал Польше, причём поляки составляли 30% городского населения, евреи - 40% и только 2% приходилось на литовцев. Даже в столице Литовской Республики той поры - городе Каунас литовское население составляло меньшинство - 23%.

Но видного специалиста по национальному вопросу Иосифа Сталина такие нюансы, похоже, не волновали. После пакта Риббентропа - Молотова, разграничившего зоны влияния между СССР и Германией, уже в октябре 1939 года был подписан советско-литовский договор о взаимопомощи, согласно которому Литва получила Вильно (Вильнюс) и Виленскую область. Причём сначала в Вильнюс зашли литовские войска, а затем - Красная Армия, которую литовцы встречали как благодетельницу.

Понятно, что полякам, которых местные национальные кадры попросили с вещами на выход - кого депортировали в рейх, кого в СССР,  было не до торжеств. С евреями разобрались позднее.

Когда в 1944 году Красная Армия выбила немцев из Литвы, 96% местных евреев в списках живых уже не значились (за годы фашистской оккупации с участием литовских националистов было уничтожено 230 тысяч лиц еврейской национальности). Например, в Вильнюсе уничтожили 70 тысяч, в Алитусе - 60 тысяч, в Каунасе - 30 тысяч...

Но наказывать целый народ за сотрудничество с фашистами, хотя «заслуг» перед Третьим рейхом у литовцев было вряд ли меньше, чем у тех же крымских татар или чеченцев с ингушами, почему-то не стали. Более того, после войны в придачу к Вильнюсу Литва получила Друскининкай, Клайпеду, Ниду, Тракай, которые, если бы история повернулась иначе, сегодня принадлежали  Польше, Германии или даже Белоруссии.

Тем не менее, сегодня за «советскую оккупацию» Литва требует от России компенсацию в 834 миллиарда долларов, в счёт включены и затраты на закрытие Игналинской АЭС, построенной в советские времена. Как говорится, не делай добра...

В рейхскомиссариате Остланд

Впрочем, история, что хорошо известно, сюжетна. И совсем не факт, что другие государства по примеру самих же литовцев не выставят теперь им счета за те территории, которыми литовцы сегодня пользуются с лёгкой руки «оккупантов»...

Кстати, исправить «территориальную ошибку» Сталина поляки были полны решимости ещё в годы войны. Как показал на допросе обер-вахмистр Курт Глазер, проходивший службу в 16-м полицейском полку, в 1944 году по приказу начальника сил СС и полиции Остланда (Прибалтика и западная часть Белоруссии) обергруппенфюрера Фридриха Еккельна в Литве был создан так называемый «Литовский штаб по борьбе с партизанами», в который помимо немецких формирований вошли литовские батальоны, состоящие из кадровых полицейских.

Но прежде чем в ступить в схватку с советскими партизанами, немцы и состоявшие у них на службе литовцы столкнулись с 6-й польской партизанской бригадой Армии Краевой, которой командовал некий Вильк. И первыми дрогнули именно литовцы. По свидетельству обер-вахмистра Глазера, поляки «не только обращали в бегство целые роты литовцев, но и полностью разоружали и раздевали их».

На потеху.

По всей видимости, разгром был настолько сокрушительным, что командир 16-го полицейского полка оберштурмбанфюрер СС Вальтер Титель предпочёл вступить в переговоры с поляками. И получил ответ: «Польские партизаны полны решимости вести борьбу против литовских шовинистов до тех пор, пока не освободят польскую землю от грабежей и террора со стороны литовцев и в случае необходимости - провести репрессии на литовской территории». Поскольку события происходили под Вильно, нетрудно догадаться, что Виленский край литовским поляки не считали.

Забегая вперед, надо отметить, что, за малым исключением, литовские батальоны, из которых предполагалось создать национальную армию под командованием литовского генерала Повиласа Плехавичюса, немцы по причине их низких боевых качеств и «неблагодарности» расформировали (сам генерал оказался в концлагере Саласпилс, но вскоре был отпущен и потом эмигрировал в США).

А оберштурмбанфюрер Вальтер Титель и командир 6-й польской партизанской бригады Вильк не только завязали личную переписку, но и спланировали совместную операцию против советских партизан в Руднинкской пуще. По мнению пленного обер-вахмистра Глазера, «исчезновение литовских формирований вызвало удовлетворение у поляков, особенно у гражданского населения».

Надо думать, с некоторым облегчением вздохнули и белорусы. Дело в том, что немцам так и не удалось сформировать в Литве ваффен-гренадерскую дивизию СС (например, в Латвии таких дивизий было две, в Эстонии - одна), и вообще литовские батальоны не слишком рвались на передовую, зато активно участвовали в карательных акциях в той же Белоруссии, и не только. Но в советские времена любое упоминание об участии представителей «братских» народов в карательных акциях не приветствовалось, а тот факт, что у литовцев не было своей дивизии ваффен СС, даже считался чем-то вроде особой «заслуги».

Впрочем, не исключено, что германское командование и не делало больших ставок на литовцев. Как показал на допросе обергруппенфюрер СС Фридрих Еккельн, перед заступлением осенью 1941 года на должность начальника сил СС и полиции Остланда его принял рейхсфюрер Генрих Гиммлер, который во время «инструктажа» дал понять, что из всех прибалтов самыми недочеловеками он считает именно литовцев.

В общем, никакой благодарности за то, что буквально на третий день войны, когда немцы вошли в Каунас, город уже полностью был очищен от советских войск отрядами так называемого «Литовского фронта активистов», ставившего целью восстановление независимости Литвы при поддержке гитлеровской Германии.

На самом деле, судя по «воспоминаниям» обергруппенфюрера СС Еккельна на допросе в НКВД, руководство Третьего рейха   ни о какой независимой Литве даже не помышляло.

Предполагалось, что только имеющие заслуги перед немецким командованием литовцы будут германизированы, остальные 70% отправлены на принудительные работы в рейх, а их место под балтийским солнцем должны были занять германские колонисты.

О том, что их мечты не сбываются, литовцы сообразили только в 1944 году, когда на Запад пошли эшелоны с их культурными ценностями, рабочей силой и прочими дарами литовской земли. Именно тогда армия генерала Плехавичюса и стала выходить из-под контроля. Тем не менее, в современной Литве именно годы существования Литовской ССР считают оккупационным режимом, а вовсе не фашистский период.

Странно и необъяснимо, но только на первый взгляд. Есть предположение, что литовцы, побывавшие под каблуком различных немецких рыцарских орденов, по-рабски полюбили своих нордических  хозяев. Вот такой получился стокгольмский синдром в геополитическом ракурсе... Страх, ненависть и зависть к превосходству - в одном флаконе.

Малообразованные в подавляющем большинстве политкомиссары, наивно пропагандирующие колхозное хозяйство и социальное равенство, нередко с перегибом, уважение местным жителям, конечно же, не внушали. Это в том смысле, что в силу хуторского сознания большинство литовцев желали стать баронами, а не строителями какого-то светлого будущего на коллективных началах, причем с фиксированным доходом. Но, к сожалению, социальная психология в СССР до последнего момента его существования не была в почёте. В годы войны - тем более.

И вот что примечательно. Даже когда Красная Армия завершала разгром фашистских войск в Прибалтике и всё уже, в общем-то, было понятно, далеко не все местные жители расстались с надеждой на победу Третьего рейха.

«Лесные братья»

Вспомним, как литовские националисты прокладывали в 1941 году путь вермахту. А вот рассекреченная докладная начальника Политуправления Первого прибалтийского фронта генерал-майора Дребеднева начальнику ГлавПура Александру Щербакову от 27 августа 1944 года. Отметим сразу, что это очень деловой, предельно конкретный документ, полностью лишённый политической трескотни.

Уже во втором абзаце генерал Дребеднев сообщает (орфография сохранена): «Помещик Андрюнас Антонис - литовец из Утенского уезда Литовской ССР, в разговоре с жителями призвал их не помогать Красной Армии, противостоять мероприятиям местных советских органов. Крестьянам он говорил: "Если кто сорвёт с моего поля хоть зерно, то всех вас перевешают, как только придут немцы"».

Надо отметить, что угроза была отнюдь не абстрактная. Как известно, в СССР сороковых годов публичные казни средневекового типа в принципе не практиковались. Это «цивилизованные» немцы, потомки Эйлера и Гёте, повсеместно «украсили» виселицами оккупированные территории от Бреста до Подмосковья, о чем забывать, пожалуй, не стоит. Но самое примечательное, что «язык виселиц» для литовского населения почему-то оказался более понятным. И без пропаганды здесь, конечно же, не обошлось.

Вот ещё один фрагмент из политдонесения тов. Щербакову с сохранением стилистики военной поры: «Некоторая часть мужского литовского населения, находящиеся под воздействием фашистской и националистической пропаганды, пытаются уклониться от призыва в ряды Красной Армии. В Утенском уезде за 6 дней августа 1944 года явились на призыв 23% от общего числа подлежащих явке, а в Дебейковской волости этого уезда - всего лишь 0,5%. Вражеская агентура распространяла среди призываемых слухи о том, что немцы скоро вернутся и тогда тем, кто пойдет в Красную Армию, придётся отвечать».

Сегодня приходится только сожалеть, что эти документы не были в свободном доступе, когда мы в массовом порядке восхищались прибалтийским менталитетом, их скрупулёзным бытом и забавным акцентом. Наверное, всё было бы по-другому, честнее, что ли, если бы были известны, например, такие факты:

«В деревне Радзивиляй, Куржайской волости Шауляйского уезда, местный кулак-хуторянин Кульние положительно отзывается о немецкой армии, а на Красную Армию клевещет. Своим односельчанам он говорил: "Советские бойцы забрали у меня лошадей, тележку и вещи. Немцы не делали того, что делают русские. Лучше не было бы этих сволочей". На самом деле хозяйство Кульние не тронуто. Имея несколько коров, он отказывается продавать молоко нашим офицерам, в то же время поит молоком собак и скот».

Для солдат Красной Армии у местных жителей было другое «угощение». Вот еще один рассекреченный документ:

«Имели место случаи вооруженного нападения на отдельных бойцов, офицеров и небольшие группы военнослужащих (только за месяц несколько страниц перечислений. - "Звезда".), а также отравления продуктами питания. Старший лейтенант интендантской службы Наумов из 234 сп (соединение, где начальником политотдела полковник Шишкин) во время марша в поле съел предложенные ему неизвестной гражданкой пирог и выпил стакан молока. Через некоторое время он почувствовал себя плохо. В медсанбате Наумов скончался. Вскрытие показало, что смерть наступила от отравления. Установить личность диверсантки не удалось». И ещё (орфография и написание сохранены) : «В районе населенного пункта Анницос, Литовской ССР, военнослужащими 953 сп соединения, где начальником политотдела подполковник Саркисян, 4 августа в фруктовом саду обнаружены иголки в яблоках».

...4 августа 1944 года - это накануне яблочного спаса. Наверное, непросто было начинять дары земли литовской швейными иголками? Но чему удивляться, если так называемые «лесные братья» начали бороться с Красной Армией сразу, как только она вошла в Литву. Причём сегодня утверждается, будто литовцы одинаково сражались за свою независимость и с русскими, и с немцами. Однако фактами это не подтверждается.

В декабре 1944 года начальник войск НКВД по охране войск 3 Белорусского фронта генерал-лейтенант Любый сообщал в Москву, что в Ладзияйском уезде немцы, отступая, вооружили не только банды литовских националистов численностью в 440 человек, но и 200 местных жителей-поляков - «в целях проведения ими диверсий и террора в тылу Красной Армии». Кроме того, разведотдел Управления 3 Белорусского фронта установил, что некоторые бандгруппы возглавляют немецкие офицеры.

Как также уточнил генерал-лейтенант Любый, в 1944 году на территории Литовской ССР, помимо бандгрупп, действовал ряд контрреволюционных националистических организаций, из которых девять заслуживали наибольшего внимания. Например, военная общественная организация «Шаулисты» («стрелки»). Ещё в 1940 году из членов «Союза шаулистов» при активном содействии немецкой разведки был создан так называемый «батальон смерти», который в 1941 году боролся с отступающей Красной Армией. По военной линии «шаулистами» руководил  Витаутас Бульвичус, по гражданской - посол Литвы в Германии Казис Шкирпа. По данным разведки, в период оккупации «шаулисты» явились ядром организации литовской полиции, карательных отрядов и других вооружённых отрядов, которые немцы использовали в борьбе против партизан.

Бульвичус был расстрелян НКВД ещё в июне 1941 года. Казиса Шкирпу, который претендовал на роль руководителя независимой Литвы, немцы, как и Степана Бандеру, практически до конца войны продержали под арестом, и никакой, заметьте, государственности. Потом он жил в Европе, где преподавал русский язык, и в конце концов перебрался на ПМЖ в США. В общем, не помогли клятые тевтонцы...

А теперь просто цифры. По данным судебно-медицинской экспертизы от 20 января 1946 года, нацисты убили в Эстонии 61.000 человек, в Латвии - 313.798, в Литве - 666. 273.

Кстати, была в Литве и своя Хатынь - деревня Пирчюпяй, которую немцы под командованием уже упомянутого в тексте оберштурмбанфюрера СС Вальтера Тителя стёрли с лица земли. Постарался. А вот начальник Тителя обергруппенфюрер СС Фридрих Еккельн утверждал, что плох тот национал-социалист, который не убил ни одного русского. Сам он кичился тем, что лично отправил на тот свет 100 русских. Интересно, а сколько полагалось настоящему нацисту убить литовцев?..

Но вряд ли такие вопросы сейчас популярны в Литве. Ещё в начале периода независимости музей в Пирчюпяе закрыли на ремонт, а потом, по слухам, и вовсе ликвидировали. Что не так уж удивительно - в 1998 году американцы направили в Литву в качестве президента соратника Джорджа Буша по Республиканской партии Валдаса Адамкуса, отец которого во время войны был начальником полиции железнодорожного вокзала в Каунасе, а сам он в 1944 году в должности порученца Антанаса Импулявичюса, по прозвищу «Минский мясник» (приговорён за военные преступления к смертной казни), сражался с частями наступающей Красной Армии. Комментарии нужны?

Ничто не забыто

В 1965 году на экраны вышел пронзительный фильм Витаутаса Жалакявичюса «Никто не хотел умирать» с Донатасом Банионисом в главной роли. Как эта лента увидела свет при известной заскорузлости советского идеологического аппарата, отдельный вопрос. И хотя события, запечатленные на киноплёнке, происходят уже в 1947 году, это не мешает понять, что были и другие литовцы, и другая Литва, которая, кстати, из всех прибалтийских республик считалась самой партизанской.

В 1944 году в Литве действовало 11 отрядов советских литовских партизан, объединённых в Вильнюсскую и Тракайскую бригады, - 9 тысяч партизан, из которых только 21% русских по национальности. И в июле 1944 года эти бригады приняли непосредственное участие в освобождении Вильнюса.

Сегодня судьба тех литовцев, которые сражались с фашистами в рядах Красной Армии или в партизанских отрядах, конечно же, незавидная. Нас разделили границы, нас разделила идеология, но более полувека у нас было общее культурное пространство, что намного важнее любых «измов».

Так пусть нам в общее пользование остаётся, скажем,  Микалоюс Чюрлёнис, оказавший огромнейшее влияние на русскую культуру, да и тот же обаятельный Донатас Банионис, сыгравший в двух фильмах роли советских разведчиков,  с его "Солярисом",  а националистам - дочь сержанта НКВД Даля Грибаускайте. И это будет справедливо.

Реклама
ВЫСКАЗАТЬСЯ Комментарии
Реклама