Раскрыт секрет таинственной аномалии острова на Курилах
Корреспонденты «Звезды» продолжают работать на курильском клочке суши, куда высадилась экспедиция Минобороны и РГО.
Игра в прятки
День за днем на сопках острова гремят взрывы – выбрасывают грунт из подорванных японцами подземелий. На один старый взрыв приходится минимум современных. Саперы тащат длинные желтые колбасы пластита. В жерле провала орудует ломами и лопатами инженерная группа. От закладки до подрыва – не больше 20 минут. И опять качнулась земля. Все уже улеглось, но склон продолжают лизать языки пламени: выгорает рудничный газ, скопившийся за 70 лет.
Почти все подземелья пустые. Но чтобы убедиться в этом, нужно вскрывать каждый завал. Иногда радуют редкие находки. На сопке Круглая мы уже нашли одну катану. Теперь ждем, пока проветрится очередной вскрытый штрек, и беседуем о самурайских обычаях. Руководитель экспедиции вице-адмирал Андрей Рябухин начал заниматься карате еще в 1982 году и не расстался с японским единоборством до сих пор. Даже на острове, в углу его палатки, маленькое татами.
По мнению адмирала, попытка спрятать катаны в штреках идет вразрез с кодексом чести. Побежденный самурай обязан сдаться и признать свое поражение, а не играть в прятки с врагом. Иначе свод нравственных правил вообще теряет смысл.
Но японцы играют в прятки с нашей экспедицией с середины апреля. Мы водим в этой игре, конечно, но результаты пока скромны. Просто «снимаем вопросы». Других способов познания острова просто нет. Слишком много словесного мусора и просто бреда нанесли на Матуа исследователи-любители. Очередное подземелье. Кто-то ползет на животе, а мы передвигаемся, как крабы, боком, в зубах у нас – фото- и видеотехника.
Потолки дышат, от входа под уклон скатываются камни, как шары в боулинге. Мы уворачиваемся. Полы штреков-коридоров здесь завалены слоем породы. Это не следы обвалов – между камней лежат битые бутылки, банки от консервов и упаковочная бумага от боеприпасов. Мы догадываемся, что Матуа, возможно, готовят к заселению или эксплуатации. И оставлять подземные тайники, набитые непонятно чем, да хоть снарядами с ипритом, просто неразумно. И чтобы доложить: «Остров чист!» – приходится раз за разом разворачивать эти конфеты без начинки.
На одной из сопок натыкаемся на странное бетонное сооружение с правильной шестиугольной дырой в потолке. Возможно, под орудийную башню. Из нее ведет небольшой вход в соседнее здание, но с цельной крышей – склад с боеприпасами. Чтобы понять картину в целом, решаем поднять в воздух редакционный беспилотник. Программа настойчиво просит откалибровать компас квадрокоптера, хотя раньше этого не требовала.
Потом мигает датчик заряда аккумулятора: разряжены даже запасные, хотя накануне мы зарядили их «под горлышко». Этот совершенно необъяснимый эффект в лагере экспедиции называют расплывчато – «электромагнитные аномалии». Когда группа разведчиков поднималась на вулкан Сарычева, неожиданно для себя все остались без памятного селфи: батареи разрядились во всех телефонах.
Коптер мы все-таки подняли, но через 300 метров он вдруг потерял сигнал и вернулся на место взлета автоматически. А когда в бывших японских казармах наш металлоискатель, сойдя с ума, начал пищать даже в воздухе, мы уже не удивились.
Бутылки из-под алкоголя
Отпросившись в свободный поиск, мы обследуем район «резиденции». Так экспедиция окрестила небольшой городок у одной из сопок. Вход в подземный бункер обложен природными камнями. Такая «модная» отделка на острове больше нигде не встречается. Можно предположить, что в этом месте находилась либо командная ставка, либо жилище японского военачальника. А вокруг него рассыпаны казармы.
От блиндажных городков осталась плотная сеть траншей. Следы японцев – на глубине штыка лопаты. Металлоискатель срабатывает на «цветнину», мы извлекаем из недр две миски с морским клеймом на донце (якорь с хризантемой), несколько «стаканов» от артиллерийских гильз, нечто, похожее на фонарик, и 30-миллиметровый снаряд, «доработанный» чьими-то «очумелыми ручками». Вместо капсюля в его донце вбит патрон от винтовки Арисака, а на месте боевой части – деревянная пробка. Предположив, что внутри может быть закупорено послание потомкам, бросили «поделку» в рюкзак с другими находками.
Поразительно, но на месте бывших казарм практически не осталось следов быта. Ни столовых приборов, ни потерянных мыльниц... Либо японские солдаты ничего не теряли, либо просто были небогаты. А вот выпить, судя по всему, любили: из ямы с отходами недалеко от «резиденции» члены экспедиции выкопали около сотни бутылок из-под алкоголя.
След лаборатории?
На Матуа нам интересно любое лабораторное оборудование: в рейтинге слухов об острове разработка химического и бактериологического оружия на первом месте. И вот в пяти метрах от обочины дороги, пробитой экспедицией, мы застыли над непонятной конструкцией, валяющейся в широченном ходу сообщения.
На металлической телеге укреплен литой цинковый ящик. В нем странные колонны, набранные из бронзовых трубочек сантиметрового сечения. Ящик когда-то закрывался герметично: остались пазы от уплотнителей и барашки-задрайки. Еще в наличии стеклянная водомерная трубка, показывающая уровень жидкости в ящике. И ни одного клейма или надписи. Трубки в колоннах полые, в каждую вторую вставлена медная прямоугольная пластина, закрученная на половину оборота. Мы засекли точку навигатором, отсняли загадочный объект и ушли в лагерь.
Утром, не медля, телегу зацепили краном и привезли на грузовике на плац экспедиционного лагеря. Биохимики взяли на анализ окислы. Возле загадочного ящика собрался целый консилиум: «Аэродромная воздуходувка. Ванна для гальванопластики. Гидролиз воды. Теплообменник! Холодильник для мороженого!». Ни одна версия не выдерживала критики. Может быть, мы нашли следы таинственной лаборатории, которая якобы была на Матуа?
Что ж, возможно, разгадка ждет нас в ближайшем будущем. По крайней мере, ответ на вопрос о найденном нами снаряде мы получили довольно быстро: саперы, осмотрев его, дали добро на вскрытие. Но внутри, кроме вулканической почвы, ничего не оказалось.
Все материалы номера можно прочитать по ссылке.
Авторы: Александр Коц, Дмитрий Стешин
