Это Мэй весельчак, это Мэй чародейка

Антироссийская риторика британских властей является откровенной провокацией. Грубый характер, мало соотносимый с умной прежде английской дипломатией, имеет своей целью вызвать жесткий ответ официального Кремля, который был бы не по нраву Евроатлантическому сообществу и дал бы туманному Альбиону и его союзникам возможность актуализировать на международном уровне дискуссии об «агрессивности» современной России.

Имперское реноме под угрозой

Все последние месяцы британский премьер-министр Тереза Мэй активно нагнетала страх перед большим врагом, традиционно «угрожающим» Соединенному Королевству. Так, выступая 14 ноября 2017 г. на банкете лорд-мэра лондонского Сити, она подвергла резкой критике внешнюю политику России. Мэй обратилась лично к российскому президенту, предложив выбрать другой путь развития России «без вмешательства в политику западных стран».

Уже на следующий день (15 ноября 2017 г.) крупные британские издания The Times и The Guardian вышли с заголовками о попытках России повлиять на ход голосования по вопросу членства в Евросоюзе. Публикации в газетах якобы были основаны на данных «масштабных исследований», проведенных британскими и американскими учеными. Премьер Великобритании мгновенно заявила, что Комитет по разведке Вестминстера проверит предполагаемое вмешательство России в референдум по Brexit. К разочарованию британцев, вице-президент Facebook Никола Мендельсон заявила, что у Facebook нет данных, указывающих на совершение кластерами российских аккаунтов действий, связанных с прошедшим референдумом.

На саммите «Восточного партнерства», состоявшемся в конце ноября 2017 г., глава британского правительства продолжила пугать европейцев: «Мы должны быть бдительны к действиям враждебных стран, таких как Россия, которая ставит под угрозу потенциальный рост «Восточного партнерства» и пытается разрушить нашу коллективную силу».

Такая риторика связана с рядом обстоятельств. Дело в том, что после выхода Великобритании из европейского интеграционного объединения англичане потеряют право голоса при принятии стратегических общеевропейских решений. Это серьезно затруднит восстановление имперского реноме страны, к чему стремятся нынешние британские власти.

Кроме того, в свете скорого разрыва торговых связей со странами Евросоюза, куда идет более половины британского экспорта, для Лондона актуализируется необходимость налаживания нового формата торговых отношений с государствами - членами общеевропейского объединения. И это при том, что для Великобритании быстро растут экономические риски.

После Brexit

30 января с.г. в прессу попал документ британского правительства EU Exit Analysis - Cross Whitehall Briefing, где рассматриваются три наиболее вероятных сценария Brexit на основе существующих механизмов ЕС. Авторы документа приходят к выводу, что вне зависимости от развития ситуации Лондон вне Европейского союза понесет большие убытки.

Так, если Соединенное Королевство продолжит действовать в рамках соглашения о свободной торговле с ЕС, экономический рост в стране будет на 5% ниже в течение следующих 15 лет по сравнению с текущими прогнозами. Сценарий возвращения англичан к правилам Всемирной торговой организации (ВТО) сократит рост на 8% в течение этого периода. Наиболее мягкий вариант Brexit - это сохранение доступа на единый рынок через членство в Европейском экономическом пространстве, но в долгосрочной перспективе он также приведет к падению на 2%.

Моделируя изменение шести основных экономических показателей для Великобритании, США и ЕС к 2029 году, эксперты американского центра RAND Corporation в декабрьском докладе «После Brexit» также пришли к выводу, что выход из Евросоюза нанесет британцам заметный экономический ущерб независимо от того, к каким договоренностям в итоге придут Лондон и Брюссель.

Согласно последним экономическим отчетам Управления бюджетной ответственности Великобритании, за выход из Евросоюза страна станет платить до 2064 года. Для погашения финансовых обязательств, которые британцы подписали до проведения референдума о членстве в ЕС, Великобритания будет отдавать взносы в бюджет ЕС в размере 16,4 млрд фунтов в течение 2019-2020 гг., погашать невыполненные обязательства в течение 2021-2028 гг. - 18,2 млрд фунтов, а также платить пенсионные взносы в размере 2,5 млрд фунтов с 2019 по 2064 год.

В февральском докладе Международного валютного фонда в отношении Великобритании отмечается, что вскоре вызванная ослаблением фунта высокая инфляция ударит по реальным доходам населения Великобритании, а неопределенность будущих отношений с Евросоюзом будет сдерживать инвестиции в экономику страны.

Таким образом, европейские, американские, британские аналитики консолидировано прогнозируют затяжную рецессию экономики Великобритании, падение ее ВВП, снижение инвестиций и уровня зарплат, а также рост безработицы. Если прибавить к этому падение курса фунта стерлингов и нестабильность в банковской и финансовой сфере, то ситуация в Туманном Альбионе намечается шокирующая.

Ирландский вопрос

На фоне ожидаемых экономических трудностей в Соединенном Королевстве ухудшается внутриполитическая обстановка. Так, в Северной Ирландии уже больше года продолжается политический кризис, две ведущие партии региона - Шинн Фейн и ДЮП - до сих пор не могут прийти к соглашению и сформировать местное правительство. Их разделяют не только глубокие противоречия, касающиеся выхода Великобритании из Европейского союза, но и различия во взглядах на либерализацию социальных отношений в Северной Ирландии. Юнионисты выступают за суверенитет Соединенного Королевства. Националисты, в свою очередь, хотят, чтобы Северная Ирландия сохранила за собой особый экономический статус, осталась внутри Единого европейского рынка и Таможенного союза.

Долгая политическая неопределенность уже обнажила экономические и социальные проблемы, и может быть чревата новыми всплесками насилия, разжиганием этнической и религиозной вражды между местными жителями. В целом различие позиций ДЮП, Шинн Фейн и центрального правительства по вопросу ирландской границы серьезно тормозит переговоры по Brexit.

Выступая в марте с.г. в нижней палате британского парламента, Тереза Мэй заявила, что опубликованный в конце февраля «Проект соглашения о выходе Соединенного Королевства Великобритании и Северной Ирландии из Европейского союза и Европейского сообщества по атомной энергетике» содержит пункты, угрожающие территориальной целостности государства. По ее словам, обнародованный проект соглашения, если он будет применен, «подорвет общий рынок Британии и будет угрожать конституционной целостности королевства из-за создания регулирующей и таможенной границы в Ирландском море».

Теперь понятно, что премьеру Мэй, как никогда ранее, нужна поддержка правительства и парламента в реализации избранного «жесткого» формата Brexit. Однако по вопросу выхода Британии из ЕС расколота не только ее партия и кабинет министров, но и парламент.

В этой связи позиции самой Терезы Мэй на внутриполитическом поле после досрочных парламентских выборов никак не окрепнут. Так, 12 ноября 2017 г. 40 консерваторов подписали письмо о недоверии лидеру партии и призвали ее уйти в отставку. Для запуска процедуры голосования о перевыборах лидера партии консерваторам не хватило лишь 8 голосов, но они могут добавиться уже в нынешнем мае после местных выборов, где ожидаются неприятные для консерваторов результаты.

С учетом сказанного выше ясно, что антироссийский психоз премьер-министра Терезы Мэй и ее окружения, переходящий все рамки дипломатического общения, можно считать отчаянной попыткой восстановления равновесия на общеевропейском, внутриполитическом и внутрипартийном фронтах. Главным водоразделом британской внутренней политики остается пробуксовка Brexit, что не способствует прочности нынешнего британского истеблишмента.