Закрыть «открытое небо»

В условиях нарастающей напряженности в отношениях России с Западом система договоров и соглашений о контроле над вооружениями, оформившейся на рубеже окончания «холодной войны» и нацеленной на предотвращение масштабного военного конфликта, переживает серьезный кризис. Во многом его причины связаны с неконструктивной позицией Соединенных Штатов, которые, привыкнув за последние десятилетия продвигать свою внешнюю политику с комфортных позиций подавляющего военного превосходства, в новых условиях рассматривают часть договоров в сфере контроля над вооружениями как помеху для сохранения теряемого ими статуса единственного глобального лидера.

В недавно подписанном президентом США Д. Трампом законе о предельных уровнях расходов на национальную оборону в 2019 году содержатся серьезные ограничения по финансированию в будущем финансовом году мероприятий по реализации Договора по открытому небу (ДОН). Несмотря на то, что Госдеп поспешил заверить международную общественность в том, что Соединенные Штаты пока не намерены замораживать выполнение договора, очевидна их слабая заинтересованность в его эффективном функционировании.

Между тем, Договор остается одной из немногих площадок, на которой Москва и Вашингтон взаимодействовали в военном плане. Интересно отметить, что именно США принадлежала идея заключения данного договора, который должен был стать одним из элементов всеобъемлющей системы контроля за военной деятельностью и повышения мер доверия.

При этом ДОН не является договором о контроле над вооружениями в традиционном смысле, т.е. он не предусматривает уничтожения или ограничения возможностей какого-либо оружия. Технические характеристики аппаратуры наблюдения и аэрофотосъемки, установленной на самолетах, сертифицированных для наблюдательных полетов в рамках Договора, имеют достаточно серьезные ограничения, что не позволяет осуществлять полноценную разведку. Однако сами наблюдательные полеты во многом схожи с инспекционными мероприятиями, выработанными в ходе имплементации других соглашений в области контроля над вооружениями.

Таким образом, режим «открытого неба» является дополнительным средством контроля, укрепления взаимного доверия и снижения военной напряженности. В этом и заключается его основная задача. В свое время планировалось даже применить механизм взаимных наблюдательных полетов для решения невоенных задач, таких как постконфликтный и экологический мониторинг, ликвидация последствий стихийных бедствий и техногенных катастроф, наблюдение за климатом.

Но, похоже, сейчас ДОН становится заложником позиции США и НАТО, которые, пытаясь снять с себя ответственность за нарушения положений ряда договоров и соглашений в области контроля над вооружениями, не прекращают попытки обвинить нашу страну в злонамеренных действиях.

Подобная тактика отдельных западных государств хорошо известна и, к сожалению, только расширяется. Помимо известных претензий по Договору о ракетах средней и меньшей дальности в последнее время в адрес России выдвигаются еще и обвинения в якобы «избирательном» выполнении (т.е., по сути, нарушении) Договора по открытому небу. Такая формулировка была даже включена в итоговое заявление недавнего саммита НАТО в Брюсселе.

Признавая на словах важность Договора в обеспечении «транспарентности в военной области и предсказуемости в евроатлантическом регионе», сами натовские государства не демонстрируют на практике сильной заинтересованности в его нормальном функционировании. К примеру, в феврале 2016 года Турция грубо нарушила его положения, отказав России в выполнении планового наблюдательного полета над своей территорией.

А в 2017 году между Москвой и Вашингтоном разгорелся конфликт вокруг зоны и дальности наблюдательных полетов. В ответ на якобы имеющиеся нарушения со стороны России Соединенные Штаты ограничили полеты российских самолетов воздушной разведки над Гавайями и Аляской. При этом список взаимных претензий продолжает увеличиваться. В частности, со стороны США и НАТО раздаются обвинения в адрес России в использовании на ее самолетах запрещенной фотоаппаратуры. При этом традиционно никаких реальных доказательств не предоставляется.

Напротив, в конце мая этого года успешно прошел первый этап международной сертификации для использования в рамках ДОН новый российский самолет Ту-214ОН, оснащенный современной цифровой аппаратурой, которая не вызвала никаких претензий у зарубежных экспертов. Этот факт как раз наглядно свидетельствует о заинтересованности России в сохранении Договора.

У США подобной заинтересованности очевидно нет. Свои наблюдательные полеты они осуществляют на самолетах-разведчиках OS-135B, созданных на базе Boeing 707 и оснащенных довольно старой наблюдательной аппаратурой.

Ограничения в новом американском военном бюджете на расходы в рамках режима «открытого небо» вряд ли позволят американцам провести их модернизацию. Более того, теперь сомнение вызывает их готовность к выполнению наблюдательных полетов из-за сложностей с плановым техническим обслуживанием. На закупку же новых самолетов для миссий ДОН, по информации американских СМИ, потребуется более 200 млн долларов.

Но потеря интереса Вашингтона к Договору вряд ли объясняется финансовым вопросом. Причины гораздо глубже и связаны, в первую очередь, с нежеланием Соединенных Штатов находиться под ограничениями договоров, которые разрабатывались еще в период блокового противостояния «холодной войны», когда Америке приходилось договариваться на паритетной основе. Сейчас же реально договариваться американцы не хотят. Те же самые споры вокруг Договора по открытому небу можно было бы спокойно решить путем взаимных консультаций и переговоров. Но, похоже, Вашингтону и его натовским союзникам нужен еще один сюжет для нападок на Россию в рамках продолжающейся информационно-пропагандистской кампании.

В результате под угрозой оказывается еще один договор в сфере контроля над вооружениями. С военной точки зрения, прекращение действия Договора по открытому небу не так уж и принципиально.

Большинство российских и западных экспертов сходятся во мнении, что современные средства военной разведки, прежде всего космической, в состоянии отследить угрожающее сосредоточение войск на территории любого государства без всяких дополнительных наблюдательных полетов.

Однако необходимо отметить, что режим «открытого неба» и не предусматривает ведение эффективной разведки территории противника. Его основная цель другая - повышение предсказуемости действий другой стороны, способствуя снятию излишней подозрительности, чреватой повышением конфликтного потенциала и раскручиванием гонки вооружений. По всей видимости, в ряде западных государств сейчас торжествует иная точка зрения, согласно которой приоритет имеют не меры повышения доверия, а значительное наращивание военного потенциала, которое способно обеспечить «диалог с оппонентами с позиции силы». Это опасный путь, который может привести не только к слому действующей архитектуры международной безопасности в сфере контроля над вооружениями, но и существенно повысить вероятность вооруженных конфликтов.

В этих условиях Россия придерживается курса на четкое выполнение положений ДОН, демонстрируя на практике стремление к сохранению предсказуемости и стабильности в европейском регионе.

*Автор - эксперт РИСИ

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.