Атака в подштанниках: как 100 лет назад русские разгромили американцев

Бывший командир взвода 339-го пехотного полка армии США лейтенант Генри Мид оставил воспоминания о пребывании на русском Севере в 1918-1919 годах:

«Утром я проснулся от взрыва вражеского снаряда над моей штаб-квартирой. Я увидел длинную цепь в несколько сотен человек в 800 ярдах от нас… Неожиданно один из наших часовых прибежал с криком, что овраг прямо перед нами заполнен противником. В этот самый момент вражеские войска, одетые во все белое, поднялись из-под снега с трех сторон деревни. Я сразу понял, что наше положение безнадежно…»

Предчувствия его не обманули.

Союзники повели себя, как колонизаторы

После антибольшевистского мятежа в августе 1918 года, когда слабенькие Советы разбежались от первых выстрелов контрреволюционеров, десант войск Антанты в Архангельске встретили хлебом-солью. Оккупантов в них не видели: вместе с этими английскими, американскими, французскими, сербскими солдатами русские четыре года сражались на фронтах I Мировой войны против единого врага - немцев.

Союзники объявили, что их главная задача - охрана складов военного имущества, которое в ходе войны Англия и Соединенные Штаты поставляли для армии императорской России через ее северные порты. Цель была понятна: не отдать сотни тонн снарядов и банок тушенки большевикам, которые заключили сепаратный Брестский мир с Германией и могли передать ей эти материальные запасы для продолжения войны.

Сторонникам русского Белого движения интервенты позволили сформировать временное правительство «Северной области». Но очень скоро выяснилось, что руководило оно жизнью на своей земле лишь формально, а реальной властью стало обладать британское военное командование.

И поразительно скоро население Архангельска, других северных городов и поморских деревень увидело эту власть во всей красе. Англосаксы начали безнаказанно грабить, развязывать драки с русскими жителями, повсеместно начались аресты и расстрелы заподозренных в симпатиях к большевистским идеям. Англичане организовали первый на территории нашей страны концлагерь. Условия содержания заключенных на острове Мудьюг, расположенном недалеко от Архангельска, были настолько бесчеловечными, что это место сразу же прозвали «островом смерти»…

Даже герой I Мировой войны, командующий белогвардейскими войсками «Северной области» генерал-лейтенант Владимир Марушевский, стал прямо называть политику англичан на русском Севере «колониальной, т.е. такой, которую они применяют в отношении цветных народов».

Британцами была взята под полный контроль вся промышленность русского Севера, налажен массовый вывоз леса и других богатств края. Так же британский флот старательно и планомерно вывозил обратно в родные пенаты военное имущество, уже оплаченное русским золотом.

Союзники превратились в оккупантов. Ответ был неизбежен. И если белых на Севере было мало, то в такие же малочисленные поначалу войска красных народ пошел добровольно. Война на Севере России скоро стала по сути не гражданской, а освободительной.

Интервенты и белогвардейцы

В Архангельске 4 сентября 1918 года высадились 5,5 тысяч американских солдат. В состав воинского контингента США помимо батальонов 339-го пехотного полка входили подразделения 310-го инженерно-саперного полка, военно-транспортные отряды, медицинский батальон и полевой госпиталь. Командовал американскими частями подполковник Джордж Стюарт, а возглавил все вооруженные силы Антанты в «Северной области» России  британский генерал-майор Фредерик Пул. Вскоре его сменил другой англичанин - генерал Уильям Эдмунд Айронсайд, будущий начальник Имперского Генерального штаба Великобритании и первый барон Айронсайд Архангельский (!). Кроме американцев, в его подчинении были британские, канадские, австралийские, французские и сербские воинские части.

В октябре 1918 года противостоявшие большевикам вооруженные силы «Северной области» насчитывали в строю около 30 тысяч солдат и офицеров, 7 тысяч человек из этой общей численности составляли подразделения русских белогвардейцев.

Ставка на опережение

Партизанские отряды стали возникать чуть ли не в каждой деревне. На станции Кивач Мурманской железной дороги взяли в руки охотничьи ружья 12 человек, на станции Полярный круг - 20 человек, а наборы в строй Белой армии - саботировались. Те, кто не смог скрыться от мобилизации, стали переходить на сторону большевиков как поодиночке, так и целыми взводами и ротами.

А из Петрограда на Север большевики стали направлять отряды красногвардейцев и матросов Балтийского флота. Ленин и Троцкий увидели серьезную опасность в том, что накопленные в портах запасы оружия могут достаться Колчаку.

В ноябре 1918 года командующим 6-й армией красных был назначен бывший генерал-майор Русской императорской армии Александр Самойло, и расчет интервентов на неспособность большевиков в короткие сроки создать из разрозненных отрядов боеспособную армию оказался ошибочным. Уже к концу 1918 года общее наступление интервентов на юг (надо признать, что действовали они достаточно вяло) было остановлено. Британское военное командование планировало масштабное наступление летом 1919 года, но Рабоче-Крестьянская Красная Армия (РККА) выступила в поход намного раньше.

Справка

Александр Александрович Самойло - потомок гетмана Запорожского казачьего войска Самойло-Кошки, который 26 лет провел в плену у турок прикованным к галерам, а потом организовал побег большой группы невольников и через несколько лет погиб в бою с поляками.

Славой буйного предка его праправнук из русской дворянской семьи гордился с малолетства, потому и пошел по военной стезе. Выпускник Московского пехотного юнкерского училища служил в гренадерских полках, в 1898 году окончил Николаевскую академию Генерального штаба по первому разряду. В предвоенные годы с разведывательными целями выезжал в Австро-Венгрию, Германию и Англию, затем был переведен в Главное управление Генштаба в разведывательное отделение. С начала I Мировой войны полковник Самойло - на фронте, в 1916-м произведен в генерал-майоры.

После Октябрьской революции сразу перешел на сторону большевиков и в качестве военного эксперта участвовал в переговорах с германской делегацией в Брест-Литовске. Участник Гражданской войны: командарм-6 на Северном фронте, командующий войсками Восточного фронта, затем - на штабной работе.

Между войнами и в годы Великой Отечественной преподавал в военных вузах, избежал репрессий. В отставку вышел в 1948-м в звании генерал-лейтенанта. Скончался в 1963-м, похоронен на Новодевичьем кладбище в Москве.

План невероятной операции

В декабре 1918 года Александр Самойло завершил разработку плана наступательной операции. Согласно этому документу, составленному им с учетом тактики противника, недаром служил в разведке(!), разгром находившихся на Шенкурском выступе американских, канадских и белогвардейских войск возлагался на 18-ю стрелковую дивизию РККА и Северодвинский партизанский отряд. Наступление было запланировано на январь - самый холодный месяц на нашем холодном севере.

Американский 339-й пехотный полк вместе с приданными канадскими подразделениями и небольшим отрядом белогвардейцев занимал Шенкурск на протяжении пяти месяцев. За это время город, являющийся ключом сразу к нескольким транспортным коммуникациям, был опоясан тремя линиями траншей, по периметру которых располагались 16 укрепленных фортов с артиллерией и пулеметами.

«Свой план на овладение укрепленным Шенкурском я строил на одновременной атаке его с трех сторон, - написал под конец земного пути генерал-лейтенант Советской армии Александр Самойло в мемуарах "Две жизни". - Я ясно себе представлял, что если бы такую операцию я представил профессору генералу Орлову в Академии Генерального штаба, то мне не видать бы Генштаба, как своих ушей, так как мой план не только был труден и рискован, но вообще противоречил основному правилу военного искусства - не назначать соединения разрозненных частей, что называется, под носом у противника. Но я твердо рассчитывал... на испытанные уже качества красноармейских частей».

«Я размышлял, достаточно ли большевики знают о войне... »

18 января 1919 года, за день до начала наступления красных войск, в Шенкурск приехал командующий войсками интервентов генерал Айронсайд. «Меня провели на передовые позиции в Усть-Паденьге, - напишет он в изданных в 1953 году в Лондоне мемуарах "Archangel, 1918-1919". - Я постоял некоторое время в переднем окопе, глядя на снежную пустыню перед собой… пытался представить себе намерения противника… У меня не было страха перед лобовой атакой на наши блокгаузы. Она наверняка захлебнется. Я размышлял, достаточно ли большевики знают о войне, чтобы обойти наши укрепления и сосредоточиться на окружении города».

Оказалось, что генерал Самойло знал о войне больше генерала Айронсайда. Пока английский полководец размышлял, в тыл его войскам уже заходили красноармейцы - в сильные морозы, по пояс в снегу, таща на санях, а то и на руках артиллерийские орудия.

Деревня Усть-Паденьга была самой сильной оборонительной позицией на пути к Шенкурску. Поэтому на штурм села Александр Самойло направил самую сильную из трех наступавших на Шенкурск колонн: 160-й Вельский полк, 1-й и 3-й морские отряды, а также Верхнесуландский партизанский отряд.
И эта сильная колонна ударила - сильно!

Голь на выдумки хитра

Русские в 37-градусный мороз наступали... в подштанниках. Не потому, что штанов у них не было: чтобы сделать незаметным подход красных частей к позициям противника, были использованы своеобразные «маскхалаты».

Командиры приказали бойцам атакующих отрядов снять полушубки, надеть ватные штаны и ватные кацавейки, поверх которых натянуть исподнее - белые рубахи и кальсоны. Такой боевой «креатив» позволил красноармейцам и партизанам подойти к позициям противника незамеченными и атаковать неожиданно. Кроме того, непуганые прежде американцы испытывали сильнейший психологический шок, когда в полусотне метров перед их позициями из снежной целины вдруг вырастали орущие «Ура!» и бегущие в штыковую атаку «привидения».

Командир взвода 339-го пехотного полка армии США лейтенант Генри Мид вспоминал, что единственное решение, которое пришло ему тогда на ум, было отдать своим солдатам приказ о немедленном отступлении. Отход в сторону деревни Высокая Гора был возможен лишь по главной улице Усть-Паденьги. А в ее начале красные, тактически грамотно, уже поставили пулемет.

«С каждым новым рывком все больше наших товарищей оставалось лежать в снегу, - вспоминал много позже офицер-интервент. - Единственной альтернативой было бежать вдоль задних частей домов и сараев… Перспектива ужасная. Бежать там было невозможно, оставаться на месте - еще хуже, поэтому пришлось ползти с молитвой на губах».

Пока американцы ползли и молились, их жизни спасали белогвардейцы. Рота белых русских в Усть-Паденьге подожгла избы и под прикрытием дыма 15 часов отражала атаки красных русских. Деревня дважды переходила из рук в руки и только ночью белые скрытно отошли к деревне Высокая Гора...

Смерть пулеметчика

Командир Верхнесуландского партизанского отряда в боевом донесении в штаб 6-й армии РККА доложил, что во время штурма внезапно замолчал пулемет. Пулеметчика нашли замерзшим. Окоченевшие руки не выпускали оружия.

Пулемет освободили, когда прикладами винтовок сломали пальцы, державшие ручки.

Конец интервенции

На стороне красноармейцев были мужество и внезапность, а также недооценка интервентами их боеспособности и отсутствие у американцев боевого опыта. А еще то, что солдаты армии США воевали на чужой земле, а наши - на своей.

Пять суток красные войска в ожесточенных боях гнали интервентов к Шенкурску, 23 января красные партизаны захватил село Шеговары и перерезали дорогу Шенкурск - Архангельск. При штурме самого города войска 6-й армии РККА прорвали тройную линию обороны, взяли 16 деревоземляных пулеметно-артиллерийских укреплений, полуокружили Шенкурск и вынудили американцев позорно бежать.

В ночь с 24 на 25 января противник, бросив тяжелое вооружение и припасы - 15 орудий, 60 пулеметов, 5 тысяч снарядов и 3 миллиона патронов,  оставил город. В результате Шенкурской операции 6-й армии РККА противник был отброшен на 90 километров на север.

После поражения под Шенкурском американские войска на русском Севере были отведены в тыл. Они были настолько деморализованы, что британским командованием был отдан приказ не посылать их в боевую линию, а держать только для охраны складов. Вскоре воинский контингент США был поспешно эвакуирован из России - первым из интервентов.

А вскоре за ними последовали и остальные.