«Николаев» открывает морские тайны

На Черноморском флоте России есть действительно уникальное научно-исследовательское спасательное судно «Николаев». Оно оборудовано гидролокационным комплексом дальнего назначения, подводными лодками с манипуляторами, барокамерами и барометрическими комплексами, азотно-кислородными станциями. Имеется на яхте и своя операционная, а также врач-физиолог глубоководных погружений. Это - лишь скромный перечень из всего научно-практического оснащения. Подобных кораблей в мире можно сосчитать на пальцах рук.

Капитан одного из судов этой мировой десятки - российской парусно-моторной яхты «Николаев» (порт приписки Новороссийск) - Гай Юрченко, бывший спецназовец, обладатель крапового берета.

Из спецназа в капитаны

- Как вы, Гай Николаевич, были удостоены права носить краповый берет?

- Я был одним из тех, кто придумал краповый берет. И мне довелось оказаться по воле случая в дивизии Дзержинского, где непосредственно и родилась эта замечательная идея. Мы тесно сотрудничали с командиром девятой роты дивизии Дзержинского во время подготовки и непосредственно создания этого отличительного знака. Мне также пришлось сдавать экзамен на право ношения этого головного убора.

Справка

Первые 25 беретов из ткани крапового цвета были заказаны на фабрике в 1978 году по приказу генерал-лейтенанта Александра Сидорова. Им была одобрена идея, родившаяся в Девятой роте специального назначения - дивизии Дзержинского. Краповый берет сегодня известен как форменный головной убор спецназа ВВ МВД.

Для получения крапового берета есть только две возможности:

1) заслужить за участие и проявление отваги в боевых действиях, за проявленное мужество и стойкость;

2) пройти квалификационные испытания на право ношения этого особого головного убора.

- Гай Николаевич, вы прошли боевой путь. Сейчас - на гражданке и являетесь капитаном научно-исследовательского судна. Расскажите подробнее о нём.

- В последнее время у НИСС «Николаев» и некоторых подразделений Минобороны России складываются тесные деловые отношения. Проходят совместные испытания новых видов носителей буксировщиков, дыхательных станций. Кстати, в настоящее время выпускаются отечественные ребризеры, нисколько не уступающие зарубежным аналогам.

Справка

Ребризер - дыхательный аппарат, в котором углекислый газ, выделяющийся в процессе дыхания, поглощается химическим составом, обогащается кислородом и подаётся на вдох.

И наши дыхательные станции уже приняты на вооружение всех подразделений российского флота. Немаловажно и то, что наше «гражданское плавсредство», яхт-судно «Николаев», работает в сфере водолазных и поисково-спасательных работ, помогает людям, а самое главное - задействовано в программах Русского географического общества.

Командование Черноморского флота проявило интерес к совместному сотрудничеству в области поисковых работ на море. Наша аппаратура способна найти монетку на глубине 900 метров, тепловизор идентифицирует живое существо на дистанции пять миль в любых условиях.

- Ваша сегодняшняя деятельность кардинально отличается от прошлой. Чем увлекла вас работа на гражданском судне?

- Наше научно-исследовательское судно занимается очень серьёзными задачами, которые ставит нам Русское географическое общество. Это интересная и увлекательная работа. Знаете, она даже чем-то напоминает документальный сериал «Одиссея» Жака Кусто об исследованиях подводного мира. Судно имеет парусное вооружение длиной 25 метров. У него водоизмещение 120 тонн, средняя скорость 10-12 узлов. На борту - барометрическое оборудование, водолазный и гидролокационный комплекс, который может опознавать и доставать объекты с глубины 1.000 метров. Новейшая разработка учёных - робот, который может работать на глубинах до 500 метров. А наличие одного из самых современных навигационных оборудований позволяет нашему паруснику иметь неограниченный район плавания.

Спасение терпящих бедствие…

- Совсем недавно, лет 5-6 назад, ваша команда оказала помощь парому, который терпел бедствие в открытом море. Вам пришлось действовать в обстановке, сопоставимой с военной?

- Ничего особенного, так на моём месте поступил бы каждый капитан. В море мы все одна семья! Действительно, «Николаев» возвращался из глубоководного погружения. Корабельная аппаратура приняла сигнал SOS. Мы срочно уточнили координаты терпящих бедствие, попросили у пограничной службы разрешения войти в нейтральные воды. Двигались в направлении огня. Горел паром. Его определил корабельный тепловизор. Тут же связались с капитаном парома. Как принято на море в подобных случаях, я взял на себя полное командование горящим паромом. Назначение курса, уточнение места захода не терпели промедления. Ночь, сильный дождь и шторм до 6 баллов - в таких морских условиях женщины, дети, старики были доставлены нами в шлюпках на «Николаев». Мужчинам же был дан приказ спасать горящее судно. После чего наша яхта получила разрешение от погранслужбы на возвращение в территориальные воды, и благополучное спасение людей нами было завершено.

- Жак-Ив Кусто, который создал в своё время необыкновенное судно «Алсион» для спасения людей и для исследования морского дна, известен всему миру. Все мы помним его замечательные фильмы. Я знаю, что в вашей кают-компании висит портрет Кусто… Это не случайно?

- Мы очень часто смотрим его фильмы. Он легендарная личность. Нам есть чему у него поучиться. Жак-Ив Кусто - создатель различных дыхательных аппаратов. Более того, он действительно снимал фильмы, которые смотрит весь мир. Мы тоже любим исследовать дно, любим море, любим природу. Земля - это наша голубая планета, она бесконечна.

…И поиск затонувших кораблей

- Мне известно, что вы также занимаетесь исследованием обломков кораблекрушения, поиском затонувших кораблей, часто военных… Расскажите о немецко-фашистском корабле «Тотила», который вашей команде удалось найти…

- В 1944 году, когда немцы покидали территорию Крыма, из румынского порта Констанца вышли два теплохода «Тея» и «Тотила», которые эвакуировали солдат. У берегов Крыма на них налетели наши штурмовики и, естественно, накрыли огнём, в результате чего корабли затонули.

Справка

«Тотила» и «Тея» - немецкие грузовые суда. Вместе с ними на грунт ушло около 10.000 захватчиков. Место их гибели долго не могли обнаружить.

И именно «Тотилу» неожиданно для себя обнаружил на глубине 100 метров, исследуя морское дно, наш «Николаев». В ближайших планах - поднятие и второго фашистского корабля. Сейчас моя команда усиленно его ищет. Понимаем, что там сильное течение, думаем, что глубина там будет побольше - порядка 160-170 метров. Мы работаем на глубинах до 200 метров, поэтому  вероятность отыскать «Тею» всё же существует.

- У вас есть какие-либо планы, проекты на будущее относительно вашего удивительного парусника?

- На сегодняшний день мы будем работать в акватории Чёрного моря. У нас очень много затопленных объектов.  Есть такое удивительное место - музей-заповедник «Херсонес Таврический», который хранит очень большие тайны. И мы планируем сделать их доступными широкой публике.

Хотим создать кинокартину, которая расскажет о работе всего экипажа и парусника «Николаев». У нас на сегодняшний день очень много предложений по участию в съёмках художественно-документальных фильмов. В частности, один из таких проектов осуществляет режиссёр Александр Тютрюмов. Фильм будет называться «100 дней в команде яхты "Николаев"».

- Вы как-то участвуете в подготовке молодой смены? С учётом багажа знаний, приобретённого за многие годы профессиональной деятельности, к вам обращаются с просьбами о проведении мастер-классов?

- С удовольствием мы это делаем. Буквально полгода назад губернатор Магаданской области попросил нас обучить маленьких детей яхтингу и подводному плаванию. Мы сотрудничаем с федерацией парусного спорта и совместно проводим регаты. Последняя проводилась на кубок Олега Белавенцева, и прошла она достаточно успешно. Начали с Сочи, дошли до Тарханкута и вернулись в Севастополь. Проигравших не было, победили все!