Солдат милосердия

До начала специальной военной операции она работала в «красной» зоне московской больницы №52, ставшей столичной цитаделью борьбы с пандемий. Дело своё делала с полной отдачей сил и даже была отмечена медалью «За заслуги в борьбе с пандемией COVID-19». Но, когда в теленовостях зазвучали военные сводки, что-то тронуло её душу: если идут бои, значит, есть и раненые, которым необходима медицинская помощь.

Там, где ты нужна людям

В Тушинском райвоенкомате Ирина узнала, что в зону спецоперации набирают медиков. Как объяснили, требуются специалисты для работы на второй-третьей линии от передовой в полевых госпиталях. Она, как опытная медсестра, понимала, что работа в районе боевых действий - это и возможность помочь раненым бойцам, и вполне конкретный шанс получить колоссальный профессиональный опыт. С другой стороны, не давала покоя мысль, как без неё будут обходиться четверо детей, которых она воспитывает в одиночку. Пока она взвешивала все «за» и «против», из военкомата постоянно звонили - чувствовалось, что там, «за ленточкой» очень нуждаются в медиках.

Дети Ирину поняли правильно. Особенно важно было мнение старшего сына Данилы - третьекурсника творческого вуза. Ведь именно на него ложилась ответственность за младших братьев и сестру. Ситуацией прониклась и её мама, которая приехала к внукам из Казахстана.

Что же побудило вполне состоявшуюся в своей медицинской профессии женщину, мать четверых детей, надеть военную форму и отправиться в самое пекло боёв специальной операции?

- Там нашим парням, попавшим в беду, просто необходимо иметь рядом знающего своё дело медработника - врача, фельдшера, медсестру, санитара, - убеждена Ирина Касымжанова. Именно с такой профессиональной убеждённостью она и стала солдатом милосердия.

Ещё в детские годы Ирина часто представляла себя «доктором Айболитом», бинтовала сначала своих кукол, а потом поранившихся кошек и собак. Книжки про «людей в белых халатах» проглатывала с восхищением. И само собой пришло понимание, что помогать людям и спасать их жизни - это её призвание. Во время учёбы в медицинском училище и потом во время работы весьма полезной оказалась её любознательность, Ирина предметно интересовалась сестринским делом, развивала свои медицинские навыки. Практика её ещё раз убеждала, что хорошим медиком не стать без самообразования, ведь даже самый лучший преподаватель тебе знания на блюдечке не поднесёт.

Работа на «Скорой помощи», в небольших медпунктах и больницах, в составе хирургических бригад показала, насколько важно медсестре уметь действовать в экстремальных ситуациях. Особенно это проявилось в пандемию, когда пострадавшие иногда впадали в клиническую смерть. Тогда от молниеносной реакции медсестры во многом зависел и успех реанимации.

Солдатский навык лишним не бывает

В августе 2022 года Ирина Касымжанова подписала контракт на службу в армии. И стала она рядовым с военно-учетной специальностью медицинской сестры. Как и остальные добровольцы, она получила камуфляжную полевую форму, берцы и прочее солдатское имущество и отправилась проходить курс молодого бойца. В учебном центре из военных медиков сформировали специальную отдельную роту, где главный упор был сделан на отработку действий по тактической медицине.

Три недели солдат Ирина жила по распорядку «учебки» для солдат-срочников. Как и все остальные добровольцы, она привыкала к жёсткому и динамичному ритму занятий, армейской форме, бронежилету и каске. Довольно быстро она научилась правильно разбирать, собирать, заряжать и обслуживать свой автомат АК-12. А потом вполне уверенно она освоила и навык «валить» из него мишени как на дневных, так и на ночных стрельбах.

Опытные инструкторы, побывавшие в боях, не уставали повторять, что эти навыки нужны военным медикам не для штурмовки врага, а чтобы уметь при необходимости защищать себя и раненых.

Военный эшелон, войсковая автомобильная колонна - и началась служба в зоне специальной операции. На месте тоже были предусмотрены небольшие курсы адаптации. В первые дни одолевала страшная тревога.

- Было впечатление, что я оказалась в какой-то другой реальности, где ни на минуту нельзя расслабляться и нужно постоянно быть начеку, - вспоминает Ирина. - Чтобы мы были готовы к неожиданностям, войсковые офицеры специально держали нас «в тонусе», говорили, что противник действует диверсионными группами, может напасть с любой стороны и в любое время.

Однажды среди ночи рядом с расположением новичков прогремели автоматные очереди, после чего никто уже не мог заснуть, так и сидели до утра. Реальность охватила, как навязчивая мысль: здесь действительно тебя могут убить ещё до того, как ты успеешь сделать что-то полезное. И только потом, уже в боевых буднях, Ирина поняла, насколько правы были офицеры, приобщавшие новичков к реалиям фронтовой жизни. И эта адаптация потом сказалась в полку, где рядовой Касымжанова продолжила службу медсестрой в медицинской роте. И была это вовсе не вторая-третья линия от передовой, а что ни есть - она самая.

Медицина переднего края 

Нередко приходилось работать под огнём: первичная хирургическая обработка ран, наложение лигатуры для перевязки кровеносных сосудов, случались и реанимационные манипуляции, обезболивание, первичная сортировка и отправка пострадавших бойцов в госпитали. По сути, они были первыми квалифицированными медиками, в чьи руки попадали раненые. Врачи медроты иногда творили чудеса. Осколочное ранение в живот - всегда большая потеря крови.

Понятно, что необходимо безотлагательное операционное вмешательство: быстро дать наркоз, вскрыть брюшную полость, остановить кровоток сосудов, подшивается разрез и сама рана, и раненый эвакуируется на второй этап, в госпиталь, где его уже предметно оперируют.

А однажды в их медицинский взвод доставили парня с осколком в спине. Когда достали этот окровавленный кусок металла, от него ещё шёл пар. Боец был ранен всего 15 минут назад. Ребята из взвода сбора и эвакуации постарались. Что и спасло бойца. Другой раз их операционной бригаде пришлось провести четыре ампутации за полдня.

- В гражданской жизни - это немыслимая ситуация. А в медицине переднего края обычное дело, - вспоминает Ирина. - Поэтому и выполнять его приходилось не по графику, без всяких выходных, иногда и круглосуточно, с небольшими урывками для сна. Именно такие нагрузки были под Кременной. По статистике из медицинского журнала, у нас в среднем было 180-200 раненых в сутки.

Прямая речь

«В ходе спецоперации первая помощь оказывается в течении 10 минут. В медицинские подразделения раненые попадают в течение часа, а в военные госпитали - в течение первых суток. Добились низкой летальности на этапах эвакуации раненых. В госпитальном звене летальность составила меньше половины процента. Это - самый низкий показатель за всю историю военной медицины».

Министр обороны РФ Сергей Шойгу. 21 декабря 2022 г.

Так вышло, что их полковая медрота принимала раненых не только своего полка. Поблизости воевали и другие подразделения, у которых не было таких условий, и они везли своих раненых к полковым докторам. А те по закону милосердия и боевого братства всем помогали. Врачевали полковые медики и местное население. Если кто-то из жителей близлежащих поселений получал осколочное ранение, он старался попасть именно к военным медикам.

И тем более шокирующе воспринималась информация о том, что укронацисты специально охотятся на российских медиков. Они регулярно закидывали обращения по интернет-каналам с обещаниями приличного вознаграждения за живого или мёртвого военного медработника. Об этом рассказывали и сами гражданские пациенты полковой медроты.

И хотя с негативом от мирного населения Ирине и её коллегам не довелось сталкиваться, но пульсирующей тревоги и стрессовости это добавляло. 

За полгода фронтовой жизни Ирине довелось повидать многое. Но один случай особенно глубоко запал в душу. Однажды утром привезли бойца, который прижимал рукой половину своего лица - осколком мины ему срезало её одним большим клоком. Хирурги как могли максимально подшили эту обширную рану, чтобы солдата можно было отправить в большой госпиталь. Боец по возрасту был близок к старшему сыну Ирины, и она по-матерински очень жалела этого парня, в то же время была восхищена мужеством и выдержкой, с которыми он держался при таком ранении.

Потом медсестра узнала, что солдат попал в госпиталь Военно-медицинской академии, где его успешно прооперировали. А когда она увидела выздоравливающего после операции парня в теленовостях - на душе легче стало.

Связующая нить понимания

Вернувшись домой, Ирина непрерывно думает о тех, кто остался там, за «ленточкой». Она постоянно на связи со своими сослуживцами, пишет им письма с простыми задушевными словами поддержки, прекрасно понимая, что там, на огневых рубежах спецоперации, они обретают особый связующий смысл человеческой памяти, сопереживания и надежды.

- Здесь совсем другой мир, и люди, живущие в нём, даже не представляют, что происходит там, где рвутся снаряды, свистят пули и смерть всегда где-то рядом, - говорит медсестра. - Может, это и к лучшему. Но тем бойцам, которые возвращаются домой, очень нужна особая психологическая помощь. Психотерапевты обязательно должны предметно работать с теми, кто побывал на передовой. А ещё им просто необходимо не только внимание со стороны государства, но и человеческое понимание окружающих людей.

Вообще же, много жестоких ранений, особенно в результате артиллерийских обстрелов, прошло через руки войсковой медицинской сестры рядового Касымжановой. И каждое из них добавляло профессионализма.

Наверное, именно эти прикладные знания и конкретные навыки войскового медика теперь мешают Ирине представить себя в роли медсестры районной поликлиники или городской больницы - это уже не тот ритм жизни, не та проницательность человеческих и профессиональных взаимоотношений, другой уровень личной значимости в спасении человеческих жизней.

Поэтому она хотела бы продолжить работу в военной медицине, а если очень повезёт, то попасть на службу милосердия в Главный военный клинический  госпиталь имени Н.Н. Бурденко. Медсестра с линии огня уверена, что её боевой опыт там мог бы очень пригодиться.

И ещё, к вопросу о понимании справедливости. Как говорит Ирина Касымжанова, в их полковой медроте на передовой никто не говорил о каких-то наградах. Через руки фронтовых медиков проходили сотни настоящих героев, проливших кровь за свою страну. И представлять себя с ними в одном ряду награждённых было как-то несерьёзно.

Но справедливости ради надо сказать, что наши медики, находясь на переднем крае спецоперации, свой профессиональный и ратный долг выполняют тоже героически. Пожалуй, их самоотверженный труд на грани риска не должен оставаться в тени. Тем более что специально для таких случаев в стране учреждены вполне соответствующие медицинскому подвижничеству государственные награды - орден Пирогова, медали Луки Крымского и «За спасение погибавших». И разве добровольная служба на линии огня таких солдат милосердия, как Ирина Касымжанова, не подобающий повод для того, чтобы награды находили своих героев?

Прямая речь

«Хочу особо обратиться к военным врачам, фельдшерам, медсёстрам, младшему медицинскому персоналу госпиталей Минобороны, Росгвардии и других силовых структур, к тем, кто, рискуя, порой жертвуя собой, оказывают медицинскую помощь под обстрелами, на передовой. Низкий поклон вам за спасённые жизни наших боевых товарищей, которые принимают участие в специальной военной операции».

Президент РФ Владимир Путин. 18 июня 2022 г.