Суданская смута, или Пятьсот дней, которые потрясли всю Африку

Никто не может точно сказать, сколько людей было убито в этой одной из крупнейших африканских стран за это время. Есть мнение: ничуть не меньше, чем на Украине или в Газе, но об этом не умолкают средства массовой информации. Судан же постоянно остаётся в тени. Такое впечатление, будто никому в мире нет дела до этой трагедии. Что, в общем-то, объяснимо. На Украине США отстаивают свою глобальную монополию и пытаются если не задушить Россию, то наконец-то взять измором. В секторе Газа речь идёт о выживании главного американского партнёра, причём не только на Ближнем Востоке, еврейского государства. В Судане ломать копья можно разве что за его ещё не освоенные природные богатства. Но кому это интересно, пока идёт гражданская война?

Как поссорились Абдель Фаттахович с Мухаммедом Хамдановичем

Напряжённость в Судане нарастала в течение нескольких месяцев, пока 15 апреля 2023 года в столице страны Хартуме не вспыхнули боевые действия между армией во главе с командующим генералом Абдель Фаттахом аль-Бурханом и Силами оперативной поддержки (СОП) под руководством его же бывшего заместителя Мухаммеда Хамдана Дагало по кличке Хеметди. Эти структуры стали деловыми и военно-политическими партнёрами после того, как совместными усилиями свергли в апреле 2019 года правившего Суданом в течение 30 лет диктатора Омара аль-Башира. Власть была передана Переходному совету (ПС), названному потом «суверенным», во главе с аль-Бурханом.

Генералы не сидели сложа руки, а, засучив рукава, вместе с членами ПС приступили к проведению жёстких экономических реформ, которые, понятное дело, не всем понравились, прежде всего приближённым свергнутого аль-Башира, которые в сентябре 2021 года предприняли попытку государственного переворота, завершившуюся неудачей. А вот аль-Бурхан и Дагало совершили государственный переворот. Власть полностью перешла в их руки, хотя, кажется, аль-Бурхан занял лидирующую позицию в этом тандеме. Потом то ли кто-то нашептал генералу Дагало, то ли он почувствовал себя обделённым полномочиями, но постепенно между генералами стало вызревать соперничество. Поначалу скрытое.

Соперничество обострилось из-за навязанного Западом плана создания нового Суверенного переходного совета (СПС), теперь уже с участием гражданской стороны, а также волны критики в адрес военных, которых обвиняли в несоблюдении демократических принципов. В этой связи возникли две проблемы. Во-первых, надо было выполнять график интеграции Сил оперативной поддержки в регулярные вооружённые силы, а во-вторых, согласовать порядок подчинённости, то есть договориться, кто кому подчиняется.

Понятно, что каждому хочется командовать и никто не горит желанием подчиняться, тем более что речь шла о конкуренции за деловые интересы. У генералов и их кланов таких интересов оказалось в избытке. Кроме того, необходимо было решить вопросы гражданского надзора - определить, как гражданские власти будут контролировать армию, которая ещё вчера чувствовала себя хозяином страны.

Надо заметить, что Дагало главным образом разбогател на добыче золота, а также других полезных ископаемых, которыми так богат Судан. Военное могущество Дагало, его семьи и клана создавалось при поддержке свергнутого диктатора аль-Башира и с помощью его службы безопасности. Опорой Дагало стали западные районы Дарфура, где он из различных группировок создал свою армию, которая боролась с повстанцами. Статус аль-Бурхана держался в регулярной армии за счёт усиления позиций исламистов и за счёт армейских ветеранов. В общем, разлом в суданском обществе простым назвать язык не поворачивается.

Баланс сил

Сегодня баланс сил примерно одинаков, хотя в то время, когда в Судане начиналась гражданская война, перевес был на стороне регулярной армии аль-Бурхана. В силу того, что регулярная армия располагала в большем числе авиацией и тяжёлой техникой. Однако со временем Дагало, благодаря Силам оперативной поддержки (СОП), сумел выравнять боевые потенциалы, а к концу 2023 года СОП не только закрепились в бывшей столице Хартуме, а ещё и продвинулись в сторону Дарфура, захватив часть штата Эль-Гезира - ключевого сельскохозяйственного района к югу от Хартума. В свою очередь, армия аль-Бурхана постепенно восстанавливала свои позиции, добиваясь успехов в Омдурмане, одном из трёх городов-спутников Хартума, входящих в столичную область, а позднее продвинулись в штаты Сеннар, Белый Нил и Гедареф.

До 2024 года война в Судане в основном велась между двумя главными вооружёнными группировками - между аль-Бурханом и Дагало. В начале 2024 года к соперничеству между двумя основными военными группировками добавилось участие иностранных сил. Их привлекла перспектива того, что институты власти в Судане могут рухнуть. Это позволило бы заинтересованным иностранцам, в основном из западных стран, разделить территорию и ресурсы.

Тут самое время отметить, что активность Китая, Ирана и России на суданском направлении, в том числе попытки Москвы договориться о создании военно-морской базы на Красном море, а также вытеснение неоколониалистов из Африки - всё это напрягло не только «старожилов» французов, но и американцев и заставило их пересмотреть свои позиции в Центральной и Восточной Африке. Например, Вашингтон оперативно обратил взоры на Кению, разглядев в ней новые ворота в Чёрный континент.

Но надо знать американцев, страдающих стратегическим косоглазием: один глаз они направили на Судан, Эфиопию и Сомали, другой - на Красное море и Баб-эль-Мандебский пролив. Дело дошло до того, что Вашингтон предложил Кении стать особо привилегированным союзником, не входящим в НАТО. В качестве бонуса американцы пообещали кенийцам сделать штаб-квартиру местных ВВС передовой американской военной базой в регионе.

Израильский след

Если люди не всегда сохраняют верность друг другу, то страны тем более. Наиболее показательным в данном случае является пример Израиля.  Нынешний суданский лидер аль-Бурхан начал «дружить» с «Моссадом» ещё когда руководил военной разведкой у Омара аль-Башира. Его стараниями в Хартуме был открыт офис израильского шпионского ведомства, он же помогал перевозить евреев-фалашей из Эфиопии в Палестину. В 2020 году встречался в Уганде с израильским «вечным» премьером Биньямином Нетаньяху в рамках подготовки Судана к заключению Авраамских соглашений о нормализации отношений с еврейским государством. 

Биби даже назвал ту встречу «исторической». Тель-Авиву, впрочем, такой background, нисколько не помешал развивать связи и с генералом Дагало. Для этого специально на встречу с главой СОП в своё время приезжал тогдашний министр иностранных дел Израиля Эли Коэн. Так что, в чём не сложно убедиться, израильтяне вполне успешно могут сочетать работу и нашим, и вашим одновременно. Именно по этой причине в Судане весьма внимательно и даже с подозрением относятся как к советам «друзей», так и к критике недругов.

После нескольких неудачных попыток договориться хотя бы о перемирии на предыдущих мирных конференциях, генерал аль-Бурхан решил не отправлять делегацию суданской армии в Женеву и не участвовать в переговорах. Формальной причиной послужило недовольство руководства суданской армии тем, что их требования не выполняются. Во-первых, речь о том, чтобы признать суданскую армию в качестве законного представителя суданского правительства. Во-вторых, чтобы считать в качестве отправной точки соглашение сторон, подписанное 11 мая в Джидде. В-третьих, ни в коем случае не допускать участия в мирных переговорах в качестве наблюдателя ОАЭ. 

Причина в том, что Судан обвиняет Эмираты в разжигании конфликта путём военной поддержки Сил оперативной поддержки генерала Дагало. Кстати, недавно в ООН разыгрался публичный скандал, когда суданский посол в ООН обвинял посла ОАЭ в том, что те поставляют оружие и всячески поддерживают Дагало и его СОП.

Была ещё одна причина для недовольства аль-Бурхана, о которой старались громко не говорить. Дело в том, что 10 августа СОП провели наступление с целью захватить столицу Дарфура - город Фашер. Атака с треском провалилась, но если бы суданская армия потеряла контроль над этим городом, то генерал аль-Бурхан был бы вынужден отступить, потеряв территорию, сравнимую по размерам с материковой Испанией.

В этом случае Судану, возможно, пришлось бы признать Дарфур «отколовшимся регионом», и тогда речь пошла бы о возможном расколе Судана, то есть о повторении ливийского сценария, который привёл к расколу бывшей джамахирии Муамара Каддафи на две части. 

Хотя объединённые силы армии аль-Бурхана, его полиции и разведки объявили о полной победе над СОП Дагало, позднее ситуация в Дарфуре стала выстраиваться в худшую для аль-Бурхана сторону. В ужасных условиях оказалось гражданское население, которому абсолютно некуда идти в поисках еды и безопасности. Таково мнение кризисной группы, озвученное в июне 2024 года. Если же конфликт будет обостряться и если вооружённая оппозиция захватит Фашер, существует риск этнических чисток. США уже ввели санкции против командования вооружённой оппозиции и пригрозили более серьёзными мерами, чтобы остановить эскалацию насилия. Но все американские мирные инициативы обычно плохо кончаются…

Как и ожидалось, отказ аль-Бурхана участвовать в Женевской мирной конференции вызвал волну резкой критики в адрес суданской армии и её лидера, которого обвиняют в нежелании использовать пусть небольшой, но шанс прекратить боевые действия. Автором наиболее резкой критики стал известный суданский политолог Мубарак Махди, назвавший отказ армии от участия в Женевской конференции «дипломатическим провалом», который может поставить под угрозу усилия по прекращению войны в Судане. Не отстают и представители ряда международных организаций и стран, поддерживающих генерала Дагало.

Американская хитрость

На первый взгляд, эта критика выглядит довольно убедительно. Положение, действительно, отчаянное, но вместо того, чтобы спасать людей от голода и разрухи, противоборствующие силы или лупят друг друга, или в перерывах между кровопролитием занимаются грабежами мирного населения.
Однако при более внимательном рассмотрении становится ясно, что руководство суданской армии проявляет крайнюю осторожность и отказывается ехать на мирную конференцию в Женеве, опасаясь попасть в возможные ловушки, расставленные их врагами. 

Например, получив от аль-Бурхана согласие на открытие коридоров для доставки гуманитарной помощи голодающим в районы, занятые суданской армией, группировка Дагало может использовать эти же маршруты для переброски оружия, наркотиков и боеприпасов. К тому же страдающих от голода районов в Судане хватает, а доверие между враждующими группировками так и не было восстановлено. Это во-первых.

Во-вторых, те же американцы, для которых обман - дело обычное, на правах хозяев мира могут развернуть в стране миротворческие силы, протащив соответствующее решение во время конференции в Женеве, потом «крутить» ими по своему усмотрению. Не случайно такой вариант сразу же отвергли в СБ ООН не только Судан, но и Россия с Китаем.

По словам посла КНР в ООН Дай Бина, Пекин не может согласиться с таким решением, так как оно «не исключает оказание давления на Судан». В американском варианте, отметил китайский дипломат, это равносильно решению уйти из комнаты через дверь и тут же вернуться, но уже через окно. 

Многие полагают, что спасение Судана должно осуществляться не через дипломатические выкрутасы заинтересованных международных игроков, а через честные и свободные выборы. В стране должен быть восстановлен статус-кво: власть принадлежит гражданским институтам, а безопасность обеспечивает армия и местная полиция. Но пока вчерашние колонизаторы сохраняют хоть какое-то влияние на стороны конфликта, покоя в Судане не будет.