Операция: прорыв в будущее

Технологии принятия решений

Карл фон Клаузевиц - великий немецкий стратег - говаривал: «Цель любой войны - это мир, комфортный для победителя».  Понятно, что ядерный мир и постъядерный мир ни для кого комфортным не будет. Ядерное сдерживание сегодня, пожалуй, главный фактор обеспечения глобальной стабильности.

Как справедливо заметил почетный председатель Совета по внешней и оборонной политике (СВОП) Сергей Караганов: «Мир объективно живет и еще долго будет жить в предвоенном состоянии. В этой ситуации  опора на ядерное сдерживание оказывается спасением. Стоит сказать себе и миру правду: мы не выживем без ядерного оружия, сколь бы опасным оно ни было…»

Крупные державы стремятся избежать прямой военной конфронтации.

Предлагаем сразу вывести за скобки обсуждение сценариев угроз и ведение «горячей войны». Будем считать, что на сегодняшний день, а это признано и нашими оппонентами, Россия в состоянии нанести неприемлемый для них ущерб, потому вероятность прямого конфликта маловероятна.

Война завтрашнего и уже сегодняшнего дня - это война трех К: Кибер, Когнитивная, Кинетическая (конвенциональная). Для наших американских оппонентов это три Си или ССС (Cyber, Cognitive, Conventional). Болевого порога у такой «новой холодной войны» нет.

Китайский стратег Сунь Цзы в «Искусстве войны» писал: «Одержать сто побед в ста битвах - это не вершина воинского искусства. Повергнуть врага без сражения - вот вершина».

Живучесть системы - ключевое понятие военной науки. Это та часть системы, поражение которой - недопустимый ущерб, то, что должно остаться функциональным при любом воздействии на систему. Это базисное ядро, выведение из строя которого означает разрушение и ликвидацию всей системы.

Куда целиться, как развязать и выиграть «новую холодную войну» (НХВ), не вступая в войну «горячую»? Об этом ломают головы стратеги Запада, формируя из России и Китая «образ врага». Где же те дуб, сундук и яйцо с иглой, сломав которую, подчинишь и разрушишь оппонента - думают они…

И вектор их операций уже в целом понятен - Запад развязывает против нас когнитивную - информационно-идеологическую войну. Противостояние разворачивается на информационных полях и киберпространствах. Целью является не кинетический (поражение ракетами, снарядами и бомбами), а когнитивный эффект - манипулирование информацией для изменения мыслей и поведения, влияние на моральный дух, сплоченность, политическую стабильность и, в конечном счете, деморализация воли противника к сопротивлению.

Готова ли Россия к такой войне? Где наши ресурсы, преимущества и уязвимости…

Так что же создает нацию?

Ядром, сердцем каждой нации являются ее культура, история, язык, традиции, ценности и цели. То есть то, что принято называть одним словом - идеология. Для того, чтобы подорвать живучесть и разрушить нацию, не вступая в прямое военное противодействие, надо разрушить ее идеологическое ядро.

Эрнест Ренан писал: «Нация - это ежедневный плебисцит», а Ортега-и-Гассет продолжал: «Да, плебисцит, но по какому вопросу плебисцит? Это плебисцит по вопросу о будущем».

Нацию создает ее будущее. Не абстрактное будущее, которое когда-нибудь нас настигнет, а будущее как идея, как образ, как проект или, говоря просто - национальная идея.

Технологии и вооружения - сегодняшний день. Образование - завтрашний. Наука - послезавтрашний. А вот идеология - это путеводитель нации из вчера и сегодня - в завтра и послезавтра. Если образа будущего у вашей нации нет, то у вас нет и нации. Если у нации есть идеология - у нации есть будущее.  

Именно поэтому по культуре, образованию, науке и системе ценностей - по идеологии оппонента - будет наноситься основной удар новой холодной когнитивной  войны, развязываемой Западом.

Не кибератаки, которые будут парироваться и только разозлят ядерного противника, а именно информационная когнитивная война смыслов и атака на сознание людей и символические области, цель которой состоит в том, чтобы повлиять на моральных дух и сплоченность  нации, подорвать политическую стабильность.

Готова ли Россия к такой войне?

Попробуем разобраться в наших возможностях и уязвимостях.

С кем и с чем идти?

В обороне войну не выиграть, когнитивную в том числе. Президент Путин поставил перед нацией лидерскую атакующую задачу технологического прорыва: «Если мы не сделаем этот прорыв… мы тогда безнадежно отстанем! И у этого будут очень тяжелые последствия…».

 С кем и чем идти в прорыв? Как, говоря военным языком, спланировать операцию и собрать армию на ПРОРЫВ В БУДУЩЕЕ?

Как сконфигурировать это пространство мобилизации, собрав в мощный пучок внутреннюю энергию общества?

Это крайне необходимо сейчас, когда патриотическую волну от спортивных форумов, Крыма, Бессмертного полка, Сирии накрывает волна пессимизма из-за экономического кризиса и плохо оформленных политических решений, типа пенсионной реформы.

Этот прорыв, в условиях агрессивного внешнего окружения попыток изолировать Россию, может быть осуществлен лишь в опоре и при поддержке общества.

Победить можно только сообща. Так на Руси было всегда, когда тяжело собраться и держаться вместе. Напомним слова Дмитрия Менделеева: «Разрозненных нас сразу уничтожат, наша сила в единстве, воинстве, благодушной семейственности, умножающей прирост народа, да в естественном росте нашего внутреннего богатства и миролюбия».

Необходимо идеологическое обеспечение технологического прорыва: переосмысление коллективной идентичности, выбор пути из вчера в завтра - того, что заставит нас меняться, оставаясь самими собой.

Британский историк Арнольд Джозеф Тойнби: «Причины гибели больших империй - неадекватность восприятия правящих элит».

Разбалансировка и чванливое самоустранение части элит от общего дела по обустройству страны - сегодня сродни предательству. «Не надо путать Родину с начальством, господа! Россия у нас одна…», - хочется сказать им. Когда элиты предавали страну и общество - Россию ждала катастрофа и хаос. Мы все это помним из 80-х и 90-х.

Сунь Цзы: «Непобедимость заключена в себе самом, возможность победы заключена в противнике».

Уклониться от информационной войны мы не можем. Оборона - синоним поражения. Информационную войну необходимо выигрывать. Для этого необходимо завладеть инициативой и атаковать.

С чем идти в атаку? Под какими лозунгами идти в наступление? Чем мотивировать людей? Здесь нужна воля и ясность. Немецкий стратег Хельмут фон Мольтке писал: «Неуверенность в приказе порождает неуверенность в исполнении».

Патриотизм - как технология принятия решения

«У нас нет и не может быть никакой объединяющей идеи кроме патриотизма», - указывал президент Путин. К сожалению, большинство чиновников восприняли это как декларацию. Между тем, патриотизм - это технология принятия решений с идеологией служения Отечеству, которая должна пронизывать все действия государства и его служащих.

В идеологической работе как нигде нужна вдохновенность, ясность и ... простота! Да - простота!

Мы часто слышим, мол, нет простых решений, все так «многофакторно», так сложно! Чушь!

Простое решение - оно и есть самое сложное. Простота - это ясность. Простота - это честность. Простота - это четкость. Простота - это внятность цели. Простота - это смысл. Простота - это пафос. Простота - это амбиции. Простота - это ответственность. Простота - это высокоточное ментальное оружие!

За сложностью прячутся те, у кого нет решения, кто боится ответственности, те, кто не готов идти в прорыв. Сложность - это самооправдание пораженцев. Сложностью не вдохновишь и не поднимешь людей в атаку, не обеспечишь победу в когнитивной войне...

Нужна новая наступательная политика обеспечения информационной безопасности. Ее главная цель - формирование своей повестки, заполнение информационного пространства своим контентом, ее тактика - работа «первым номером» как на внешнем, так и на внутреннем контуре, недопущение смысловых пустот, которые тут же забьют из своих «фейкометов» наши оппоненты. Необходимо формирование такой информационной системы (сейчас ее нет) и кибербезопасности, где надежная психологическая оборона сочетается с активным идеологическим наступлением на всех фронтах.

Не менее важной целью когнитивной войны должно быть формирование на Западе дискомфорта от возможной (по их мнению) идеологической победы над Россией. Понимание у западного (прежде всего европейского) общества, что это пиррова победа, удар по христианской цивилизации, закрепление у русских в сознании стойкого образа Запада как врага, толкающего богатую интеллектом, территорией и  ресурсами Россию на Юго-Восток в объятья Китая. 

Западными СМИ из России формируется страшный для обывателя образ. Мы для них - угроза и агент хаоса, который осознает информационное поле как главное поле конфронтации. Государственный секретарь США Майк Помпео заявляет: «Путин не только стремится сохранить свой огромный ядерный арсенал, но хочет, чтобы Россию воспринимали как сверхдержаву. Он подрывает демократию на Западе, чтобы выставить советскую, российскую модель как ту, что приведет весь мир к величию».

Прикрываясь этой аргументаций, Запад для сохранения гегемонии развязывает тотальное наступление. Вот фрагмент рекомендаций Объединенного Центра концепций и доктрин вооруженных сил Франции (CICDE), подготовленных в 2016 году для верховного главнокомандования ОВС НАТО в Европе: «Залогом обеспечения превосходства Запада является тотальная, консолидированная, активная стратегия государств коалиции, которая должна опираться на «восемь столпов власти»: на армию, силы безопасности, на экономическую власть, на дипломатию, на информационную власть, на право, на передовые технологии и промышленность, на национальную культуру. Все эти «столпы власти» должны действовать консолидировано и синхронно, решая свои задачи в рамках общей стратегии обеспечения безопасности и развития западной цивилизации…». Чем не новый тоталитаризм?

У России есть исторический шанс для победы в информационно-идеологической когнитивной войне, так как ключевые проблемы будущего мира - это проблемы обеспечения большей справедливости для всех стран. Ветер дует в наши паруса, поскольку справедливость находится ближе к нашей многополюсной ценностной глобальной платформе, чем гегемонистской американской.

Наши базовые ценности: духовность (традиционные - семья, христианство), державность (сильное государство с великой историей и большим будущим) и суверенитет. На суверенитете остановимся подробнее. К сожалению, данной базовой ценности в российской транскрипции не хватает эквивалентного ее важности масштаба и привлекательности..

В ее основе - суверенитет. Но какой суверенитет?

Ну в самом деле…

Суверенитет США - это суверенитет гегемона, желающего быть № 1 в мире. Трамповское «Make America Great Again» («Вернем Америке былое величие») - где все четко и понятно.

Суверенитет Китая - это суверенитет развития с масштабом на столетие. Си Цзиньпин: «Поколение за поколением мы будем покорять новые высоты».

Суверенитет России - это охранительный суверенитет. Это хорошо, но недостаточно. В нем не хватает пафоса простоты и перспективы. Не хватает будущего.

У России, увы, пока нет четко сформулированного масштабного и привлекательного проекта «городу и миру».

Это наша ключевая уязвимость. Это то, что сдерживает развитие нации. Это то, что затрудняет наш «прорыв в будущее».

Военный стратег Карл фон Клаузевиц указывал: «Стратегические просчеты невозможно компенсировать тактическими успехами…».  Не менее великий стратег Отто фон Бисмарк подчеркивал: «Русских невозможно победить, мы убедились в этом за сотни лет. Но русским можно привить лживые ценности, и тогда они победят себя сами».

У России не более 10 лет на то, чтобы превратиться в интеллектуально-технологический центр мирового уровня и, «срезав углы», преодолеть отставание от лидеров.

Государственная программа вооружения до 2027 года имеет десятилетний масштаб. Она призвана обеспечить безопасность страны и наше технологическое лидерство в военной сфере в 21 веке.

Для прорыва в будущее Россия остро нуждается в сомасштабной государственной программе вооружений - стратегии идеологического перевооружения, в ценностной политике, основанной на высвобождении внутренней энергии общества.

Если таковой не будет, не будет идеологии и активной наступательной политики. Тогда войну сегодняшнего дня - войну идеологий - не выиграть. Мы это понимаем. И мы намерены побеждать.