После ДРСМД: неотвратимая поступь войны?

Испытания установки Мк41, запускающей крылатую ракету наземного базирования, подтвердили тот факт, что превратить Мк41 в наземный комплекс запуска ракет, которые были запрещены Договором о ракетах малой и средней дальности (ДРСМД), можно за несколько дней, т.к. это технический вопрос. На позиционных районах ПРО, развёрнутых в Румынии и Польше - это всего лишь операция смены пусковых контейнеров с противоракетами на контейнеры с крылатыми ракетами средней дальности (КРСД). Помимо этого, в начале сентября заместитель помощника министра обороны США по вопросам ядерного и ракетного сдерживания Роберт Суфер заявил, что испытания баллистических ракет средней дальности (БРСД), которые проводит корпорация Raytheon, должны быть завершены к концу 2019 года.

Таким образом, можно констатировать факт, что курс на прекращение действия ДРСМД, который США нарушили с 2001 года свыше 90 раз, увенчался финалом - началом гонки вооружений и изменением сложившегося баланса (паритета) между ядерными державами. Единственное, что сдерживает США от серийного производства новых носителей ядерных боеголовок - это Договор СНВ 3, судьба которого со стороны США фактически предрешена. Он тоже будет расторгнут.

Что ожидает планету Земля в ближайшие 10-20 лет?

Единый гиперзвук

До февраля 2018 года Белый дом и Пентагон пребывали в эйфории от всеобъемлющего и неоспоримого могущества американской армии. Действительно - самый большой военный бюджет, самое большое количество военных баз, 11 авианосных групп, кратное преимущество в обычных вооружениях над любой армией в мире давали уверенность, что волю и интересы деловых кругов США, подкреплённые армейскими штыками, не оспорит никто. Стратегия «Глобального мгновенного удара» с ракетами, имеющими тактические термоядерные боеголовки (из гуманных соображений), должна была охладить любые мысли на «независимое экономическое развитие» не только у Филиппин и Египта, но и у Китая и России.

Казалось бы, вечная мировая гегемония уже состоялась, но случилось невероятное. То, что произошло в марте 2018 года, не могут до сих пор объяснить Конгрессу США специалисты из Национального совета по разведке (National Intelligence Council).

Дело в том, что российскую технологию управляемого гиперзвука вся разведка США не только «проспала», но и не смогла «выкрасть её секреты». Под угрозой оказались не только развёрнутая на суше и на море система ПРО, все 11 авианосных групп, будь они в море или на стоянках в морских базах, но и вся континентальная территория Соединённых Штатов.

Естественно, первое что сделали «сильные мира сего» - провели ревизию всех своих гиперзвуковых проектов, над которыми трудились ведущие компании ВПК США под надзором DARPA и Пентагона. В октябре 2018 года на закрытом совещании в Пентагоне было принято решение об объединении всех проектов создания гиперзвукового оружия в единую программу, которая к 2021 году должна дать годные образцы вооружений для ВВС, ВМС и Армии США. Работы над проектом возглавила компания Lockheed Martin (генеральный подрядчик), а Управление гиперзвуковых проектов армии США (Army Hypersonic Project Office) будет курировать научно-исследовательскую работу, которую будет проводить Сандийская национальная лаборатория (Sandia National Laboratory) министерства энергетики США.

Проект получил название LRHW (Long Range Hypersonic Weapon) - система гиперзвукового ракетного оружия наземного базирования. Компания Lockheed Martin должна создать саму ракету-носитель, а компания Dynetics Technical Solutions (DTS) за 352 млн долларов должна произвести первую управляемую планирующую гиперзвуковую боеголовку - Common-Hypersonic Glide Body (C-HGB).

Как я писал ранее, ключевым в этом проекте является понятие «управляемый гиперзвук». В отличие от США, мы этот путь уже прошли давно - наши боеголовки могут маневрировать на гиперзвуковых скоростях как по одиночке, так и в составе группы. В проекте LRHW речь идёт об одиночной боеголовке, которую надо «научить» не только маневрировать, но и точно попадать в цель. Американцы уповают на искусственный интеллект с его преимуществами и недостатками. Есть ещё вопросы по двигателю для разгонной ступени ракеты. На это косвенно указывает визит помощника президента США по стратегическим вопросам Дональда Винтера, который в августе 2019 года посетил украинско-американскую фирму Firefly Aerospace. Основная деятельность этой фирмы - создание ракет-носителей на основе перспективных ракетных двигателей, разработанных в КБ «Южное» - РД-805, РД-809К, РД-835 и т.д. Все эти двигатели работают на смеси кислорода и керосина, что, во-первых, дешевле двигателей с токсичным ракетным топливом, а во-вторых, дают более мощный стартовый импульс, позволяя ракете быстрее выводить полезный груз на орбиту. Думаю, понятно, зачем американцам такие разработки.

Поэтому оптимистичные планы на появление первого образца американского гиперзвукового ракетного комплекса в 2021 году  сомнительны и потребуют значительных усилий по доведению такого «образца» до эффективной боевой системы. В лучшем случае он появится к 2023 году, а до этого времени роль ракеты средней дальности будут отрабатывать КРСД с наземных пусковых установок Мк41.

Нынешний глава Пентагона Марк Эспер, известный своим прагматизмом и ставкой на «проверенные практикой» системы вооружения и военной техники, тоже не строит иллюзий и ужесточает требования к системе ПРО США. Поэтому компания Raytheon, после изменения техзадания со стороны Агентства противоракетной обороны США (Missile Defense Agency, MDA), в сентябре 2019 года выступила с заявлением, в котором говорится о том, что «компания поддерживает решение  MDA прекратить работу над переработанным Kill Vehicle (кинетический перехватчик МБР) и инициирует конкурс на создание перехватчика следующего поколения, перед лицом всё более сложной угрозы».

Получается, что на ближайшие 10 лет надежды на американское гиперзвуковое оружие нет даже в Пентагоне. Неудивительно, что компания  Raytheon гибко среагировала на это, обещая своему заказчику «широкий спектр передовых технологий противоракетной обороны, доступных для защиты США сейчас и в будущем».

Ставка на количественное преимущество

Такая «озабоченность» со стороны Raytheon тут же нашла отклик у суровых специалистов из Missile Defense Agency, которые запросили из бюджета 1,2 млрд долларов на 2020 год для продолжения расширения наземной системы ПРО (Ground-based Midcourse Defense, GMD), которая и так расширилась в 2019 году - количество пусковых установок GMD в Fort Greely (Аляска) выросло с 44 до 64 ракет-перехватчиков (Ground-Based Interceptor, GBI). Помимо этого, MDA запросило 136,4 млн долларов на проект нового радара для ПРО на Аляске - Long Range Discrimination Radar (база Clear Air Force Station, Alaska). Такой же радар уже строится на Гавайях в интересах национальной обороны. На него MDA заложило в бюджет 2020 года 247,7 млн долларов. Этот радар должен быть введён в строй в 2023 году.

Продолжаются работы по объединению возможностей Patriot и Aegis в Европе, и Patriot и THAAD в Южной Корее и на острове Гуам с целью создания локальных зон воздушно-космической обороны. MDA запросило на это около 1,3 млрд долларов и дополнительно заказало 37 комплектов THAAD за 425,9 млн долларов.

С учётом того, что Космическое командование ВВС США (Air Force Space Command, AFSPC) получило 13 млрд долларов на расширение спутниковой группировки в интересах «национальной ПРО», можно сделать вывод о том, что количество противоракетных систем будет только расти как на территории США, так и на территории стран-партнёров, таких как Южная Корея, Польша, Румыния и Япония.

При этом не стоит забывать и про наступательное вооружение - КРСД и БРСД, которые США также планируют размещать на территории самых лояльных союзников в Европе и в Азиатско-Тихоокеанском регионе (АТР). Размещение районов ПРО и ударных комплексов ракет средней дальности скорее всего будет выстроено в два эшелона: передовой позиционный район ВКО (КРСД) и район базирования БРСД.

Справка: наиболее вероятные места размещения КРСД и БРСД

В Азиатско-Тихоокеанском регионе:

• остров Гуам (БРСД + ВКО); на острове расположены две американские базы - база ВВС «Андерсен» (с возможностью базирования стратегических бомбардировщиков В-52) и база ВМФ «Апра-Харбор» (с лёгкостью может разместиться АУГ и атомная субмарина с МБР), которые занимают треть площади острова;
• остров Окинава с базой ВВС США - «Кадена» (ВКО+КРСД);
• базы США на острове Хонсю (ВКО+КРСД);
• система ПРО на Аляске (ВКО).

В Европе:

• комплексы ПРО и ПВО в Польше и Румынии (ВКО+КРСД);
• база Рамштайн (ФРГ) - кандидат на появление БРСД.

Все эти территории находятся под абсолютным контролем США. К тому же оборона этих баз может обеспечить защиту пусковых комплексов баллистических ракет средней дальности. Не стоит забывать, что количество БРСД может быть дополнено развёрнутыми наземными пусковыми установками МК41 с КРСД. Таким образом с баз в АТР можно держать под прицелом российские территории (Сибирь и Дальний Восток) и весь Китай, а с территории Европы всю европейскую часть России вплоть до Западной Сибири. По факту получаем 100% покрытие территорий России и Китая ударными ракетными комплексами средней и межконтинентальной дальности.

По задумке американских стратегов, районы ВКО отразят массированную атаку МБР противника, после того как ракеты средней дальности с ядерными боеголовками нанесут превентивный удар по развёрнутым комплексам ПВО и позиционным районам старта мобильных МБР (крылатые ракеты), а также по шахтным пусковым установкам МБР (БРСД)

До появления БРСД единственной угрозой для России и Китая были МБР шахтного базирования («Минитмен-2») и морского базирования («Трайдент-2»). После появления БРСД и крылатых ракет с ядерными боевыми частями количество боеголовок, нацеленных на Россию и Китай со стороны тихоокеанских баз США, может вырасти в несколько раз. Помимо этого, будут и крылатые ракеты (типа «Томагавк»), которые США планируют оснастить тактическими ядерными боеголовками (мощностью 5-10 килотонн) согласно принятой в феврале 2018 новой Ядерной доктрины США.

Таким образом, угроза России и Китаю со стороны США в краткосрочной перспективе выглядит значительной.

Сейчас объединённые ядерные арсеналы США и её союзников, Франции и Великобритании, насчитывают около 3.100 ядерных боеголовок, против 2.700 боеголовок России, Китая, Индии и КНДР вместе взятых. Помимо этого, США после прекращения действия Договора СНВ 3 (февраль 2021) произведут сотни БРСД и тысячи КРСД способных нести тактические ядерные боеголовки.

Но не всё так безнадёжно, как кажется

Руководство Министерства обороны России не зря выбрало для построения ВКО многоканальные системы и комплексы ПВО, вошедшие в программу закупок ГПВ-2020 и ГПВ-2027,  которые способны сбивать одновременно десятки средств воздушного нападения (СВН), в том числе БРСД и КРСД. США собираются милитаризировать космос, а Россия проводит плановые испытания мобильной системы ПРО.

Россия и Китай не участвуют в гонке вооружений, которую навязывают США, начавшие производство БРСД и КРСД. При этом российские и китайские гиперзвуковые комплексы не оставят без ответа сценарии действий военно-политического руководства страны-агрессора и её союзников.