Победив коронавирус, мы обозначим новую доминанту в современных международных отношениях

Коронавирусная катастрофа, обрушившаяся на нашу планету, заставляет перепроверять основные параметры земного бытия практически во всех его аспектах. Было бы глубоким заблуждением отнести это явление исключительно к медико-биологической сфере, сбрасывая со счёта экономические, политические и социальные элементы, его очевидную взаимосвязь с процессом всесторонней глобализации, характерной для первых десятилетий XXI века.

Пандемии предшествующих столетий также в известной степени совпадали с тектоническими процессами смены общественных формаций. Это было характерно и для переходного периода в эволюции первобытно-общинного строя к рабовладельческому и далее, соответственно, к феодализму. Богат на пандемии был и процесс развития капитализма, причём здесь особую роль сыграла промышленная революция. Не избежал пандемического синдрома и резкий зигзаг в сторону социалистических преобразований в России. «Испанка» на стыке второго и третьего десятилетий XX века унесла жизни десятков миллионов людей. Эти жертвы можно отнести и к итогам Первой мировой войны. Последующие сто лет также не были беспандемийными, хотя эпидемии касались, прежде всего, стран с низким уровнем социально-экономического развития (СПИД, Эбола и т.д.). Нынешний коронавирусный этап пандемической истории нашей планеты, хотя и имеет особенности, не обнаруженные в её прошлом, также пришёлся на процесс тектонических общественных перемен.

Глобализация сделала во многом прозрачными границы суверенных государств, а перемещение людей, товаров и услуг - слабо регулируемым процессом. В этих условиях биологические издержки внедрения новейших технологий оказались более значимым фактором, чем это необходимо для человеческого прогресса. Противодействие негативным аспектам сегодняшнего бытия без искусственного замедления технологического развития является главной, хотя, на первый взгляд, и мало реальной задачей нашего времени.

Вполне естественно, что поиск ответов на вопросы, включённые в повестку дня пандемическим синдромом, не может быть ни скорым, ни лёгким. В то же время мы в состоянии хотя бы пунктирно наметить основные параметры борьбы с обрушившимся на мир вселенским несчастьем.

Прежде всего следует раз и навсегда отказаться от тезиса об искусственно внедрённой коронавирусной инфекции какими-то злыми силами. Абсурдность подобного взгляда на проблему очевидна хотя бы потому, что пандемия бесконтрольно пересекает государственные границы, делая остановки различной временной продолжительности практически во всех уголках нашей планеты. Её разномасштабность отнюдь не доказывает искусственный характер этого явления.

Государства, где имеет место активное перемещение людей, более подвержены тяжёлым человеческим потерям от коронавируса, чем те, где глобализация ещё не проявила себя в полную силу. Поскольку мы на сегодняшний день ещё не полностью распознали суть нового явления, то рассматривать как окончательные временные и  количественные параметры пандемии можно лишь весьма условно. Видя в пандемии глобальное явление, можно прийти к вполне банальному выводу о важности тесного взаимодействия всех стран и организаций, заинтересованных в ликвидации этой беды. Вполне естественно, что для этого необходимо не только тождественное восприятие происходящего, но и доверительность во взаимоотношениях всех сотрудничающих в общем деле.

В первом приближении можно определить три основных уровня для объединения усилий. Глобально-организационный уровень должен быть создан на базе уже имеющихся международных структур типа ООН и ВОЗ. Региональный - предполагает укрепление сотрудничества и взаимоподдержки в рамках таких структур, как Европейский Союз, и межгосударственных объединений более низкого интеграционного уровня. Все они, однако, не могут эффективно функционировать без антипандемического консенсуса внутри различных стран.

Каждая страна должна привести свои национальные приоритеты в борьбе с коронавирусом в максимально возможное соответствие общепринятым нормам и правилам современных международных отношений. Не надо предаваться иллюзии о моментально достижимой гармонии. Однако исторически сложившиеся или возникшие в последнее время разногласия не должны препятствовать общей задаче борьбы с пандемией.

Не менее ущербно полагать, что какие-либо сугубо «национальные интересы» способны гарантировать от потерь, прежде всего, человеческих жизней. Опыт борьбы с фашизмом подтверждает эффективность хотя бы временного замирения на идеологическом фронте ради решения общей задачи. Это замирение, превратившееся после 1945 года в холодную войну, не эволюционировало, слава богу, в разрушительный термоядерный конфликт. Представляется, что нынешняя, объединяющая всех борьба с коронавирусом может сформировать более устойчивый, чем в прошлые годы, миропорядок.

Иллюзорно предположить, что во внутриполитической жизни, прежде всего, европейских государств благодатная гармония сразу и навсегда заменит политическое противоборство.

Здесь максимально достижимой планкой для национального согласия может быть следующий тезис: пандемия есть абсолютное зло как для власть предержащих, так и для оппозиции. Отсюда вытекает потребность поиска совместных решений, прежде всего - экономических, социальных, экологических проблем. Вполне естественно, что путь диалога исключает бескомпромиссность во взаимоотношениях основных политических сил. Очевидно, что и конструктивная оппозиция в странах с политической монополией одной партии, и коалиционные взаимоотношения в большинстве государств Европы могут создать благоприятный фон для выработки стратегии, которая в рамках ЕС станет знаменателем антипандемийной политики.

Борьба с пандемией должна принести успех не только в её собственно медико-биологическом формате, но и как совокупность усилий на глобальном, региональном и страновом уровнях. Победив коронавирус, мы обозначим новую доминанту в современных международных отношениях. Ею станет не только гипотетическая готовность к неизвестным на сегодняшний день угрозам и рискам, но и наличие реального механизма взаимодействия в кризисных ситуациях.

---

Автор - д.и.н., руководитель Отдела социальных и политических исследований Института Европы РАН.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.