Этот многоликий Эрдоган

Военно-политическая стратегия крупнейшего юго-западного соседа России - Турецкой республики отличается той сложностью и неоднозначностью, которая одних, более поверхностных наблюдателей, бросает то в жар, то в холод, а других, более вдумчивых, побуждает размышлять о естественно-противоречивом ходе событий в случае с поведением крупной региональной державы.

Очередным таким поводом для повышенной мозговой активности нашего экспертного сообщества стала следующая новость зарубежных СМИ: «Президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган хочет использовать предстоящий саммит двадцатки, чтобы пролоббировать президента США Джо Байдена, на предмет его согласия на поставку Анкаре десятков американских военных самолётов, в попытке преодолеть сопротивление Вашингтона крупным сделкам с оружием с его страной после покупки российских средств ПВО. 30 сентября Турция направила официальный запрос в США на покупку 40 новых самолётов F-16 Block 70 и почти 80 комплектов от Lockheed Martin Corp. для модернизации существующих истребителей F-16, сообщили два турецких чиновника, знакомых с этим вопросом. По их словам, сделка потенциально стоит 6 миллиардов долларов, но получить одобрение будет трудно, учитывая противодействие Конгресса покупке российских ракет С-400 и бескомпромиссную позицию Турции».

Прежде всего, бросается в глаза то обстоятельство, что это едва ли не первый стратегический шаг Анкары после недавней личной встречи лидеров России и Турции в Сочи. И потому довольно велико искушение поупражняться на тему «предательства идеалов российско-турецкого стратегического партнёрства», или даже об «агрессивном оскале турецкого султана».

Комментарии цитируемых по этому поводу аналитиков сводятся, в основном, к оценке шансов Турции получить согласие США на реализацию данного контракта и к тому, что это, дескать, будет нечто вроде лакмусовой бумажки для российско-турецких отношений. Вот типичный комментарий такого рода: «Момент истины» в турецко-американском сотрудничестве наступит именно с решением США по контракту F-16 с Турцией, считает директор Центра анализа стратегий и технологий (ЦАСТ) Руслан Пухов. Он пишет: «Именно сейчас станет понятно будущее этого партнёрства, поскольку все предыдущие сложности и проблемы, включая санкции Вашингтона против Анкары, полностью не нарушали связи. Это лакмусовая бумажка покажет, готовы ли США и дальше удерживать Турцию в своей орбите или толкнут к сотрудничеству с Россией». 

Не знаю, что «именно сейчас станет понятно» господину эксперту, если США, например, пойдут навстречу турецким пожеланиям. Тем более, что шансы на это довольно высоки. Турецкий заказ достаточно крупный и перспективный для военно-промышленного комплекса США, который сейчас отнюдь не в таком положении, чтобы бросаться суммами в 6 миллиардов долларов.

Кроме того, к истории с турецкой закупкой в России зенитно-ракетных систем С-400 и ответными рестрикциями США, исключившими Турцию из программы истребителя F-35, данная тема никакого отношения не имеет. И хотя определённый потенциал конфликтности в отношениях между Анкарой и Вашингтоном, очевидно, присутствует, ни та, ни другая сторона явно не демонстрируют готовности бить все горшки подряд и рвать все отношения. В конечном счёте, Турция остаётся официальным военным союзником США по блоку НАТО и в этом её положении никаких видимых изменений не происходит.

Наивно было бы думать, что настолько крупный вопрос геополитики, как отношения США с крупнейшей державой Большого Ближнего Востока, может зависеть исключительно от одного эпизода, связанного с проблемой С-400/F-35, или даже от некоторых региональных разногласий между этими державами (например, по курдской тематике).

Что касается турецкого запроса к США на приобретение 40 новых истребителей F-16 в варианте Block 70 плюс 80 модернизационных комплектов к старым машинам, то на данный момент ситуация, судя по всему, зависла между небом и землей. Американцы, по словам Эрдогана, ещё раньше предлагали Анкаре получить истребители F-16 на сумму 1,4 млрд долларов в счёт турецкой оплаты по программе приобретения стелс-истребителей F-35, из которой Турцию затем исключили. Однако о согласии Вашингтона выполнить новый заказ Анкары речь пока не идёт. Американцы явно настроены продолжать играть на турецких нервах, припоминая им сделку с РФ по С-400. Турки тоже не настроены ждать у моря погоды. И прозрачно намекают США, что их терпение не безгранично.

«Турция по-прежнему готова рассмотреть возможность приобретения российских самолетов Су-35 и Су-57, если Анкаре не удастся договориться с Вашингтоном по вопросу поставок американских истребителей». Об этом заявил глава Управления оборонной промышленности Турции Исмаил Демир. «Если после ситуации с F-35 США не одобрят сделку по F-16, то Турция не останется без альтернативных вариантов. В любой момент может быть вновь открыта тема по Су-35 и Су-57».

Что касается геополитического формата, то сегодня уже вполне очевидно, что Турция, в принципе, никогда не станет складывать все яйца в одну корзину, неважно - в американскую, или в российскую. Ибо ставка на одного внешнего игрока сильно стеснит её собственный геополитический манёвр. А США не пойдут на такой глобальный разрыв просто потому, что это никак не соответствует их геополитическим интересам.

Что же до нынешних турецких манёвров в отношении США, то, во всяком случае, это не повод для истеричных выкриков в стиле «И ты Брут!». Просто потому, что для этого нет никакого повода. И Реджеп Тайип Эрдоган для Владимира Путина вовсе не то же самое, что Марк Юний Брут для Юлия Цезаря.

Простой вопрос: а что у Турции были ещё какие-нибудь варианты для давно назревшей глубокой и обширной модернизации своих устаревших и сильно поношенных военно-воздушных сил? Ответ однозначен - конечно же, не было!

Даже при действительно близких и перспективных отношениях Анкары и Москвы, совершить такой военно-стратегический скачок, в рамках которого турецкие ВВС были бы экстренно перевооружены на российскую авиационную технику, представить себе решительно невозможно. Уже по той далеко не единственной причине, что при данном обороте событий, туркам пришлось бы вложить колоссальные дополнительные средства в полную перестройку всей авиационной инфраструктуры и её адаптацию к совершенно другим - российским боевым самолётам. А заодно перестроить всю ремонтную базу, полностью заменить все запасы авиационных вооружений, переобучить весь лётный и наземный состав. А это бы влетело Анкаре уже не в шесть, а в добрых шестьдесят миллиардов долларов. То есть это именно то, что невозможно в принципе.

Поэтому, нравится туркам нынешняя политика США, или даже сильно не нравится, но в практическом смысле другого выхода у них просто нет. Если, конечно, не считать таковым вариант полного развала собственных ВВС, на что Анкара, естественно, никогда не пойдёт.

Кроме того, повторюсь, для турок это ещё и принципиально важный момент поддержания геополитического баланса. Что, с их точки зрения, безусловно, требует известной разновекторности и наличия нескольких взаимно балансирующих положение этой страны внешних опор.

Иначе говоря, если не заниматься дилетантскими домыслами, а поставить себя на место реального руководства соседней крупной державы, то неизбежно придёшь к выводу, что и сам на их месте действовал бы примерно так же.

В этом заключена и основная сложность и, одновременно, большая перспектива развития отношений России с этой непростой, амбициозной и действительно мощной страной. Такова диалектика международных отношений во все времена, основную суть которой составляет единство и борьба противоположностей. А величайшее искусство управления такими процессами как раз и состоит в том, чтобы умело и с максимальной пользой для себя применить обе эти противоположности и не сводить отношения с другими странами к примитивно-тупиковой чёрно-белой «логике» - друг, или враг.

Турция никогда не станет для России чем-то вроде её безропотного вассала, или наоборот - благоверного и безотказного союзника. Просто потому, что для этого ей придётся отказаться от собственных геополитических интересов, что, если быть реалистом, вряд ли возможно.

Но с другой стороны, Турция всегда будет нуждаться в России, как в одной из ключевых опор своей геополитической самостоятельности и относительной независимости от других мировых центров силы. И это, пожалуй, даже лучше, чем односторонняя ориентация Турции на Россию, что, помимо явной фантастичности такой возможности, станет только дополнительным обременением для российской политики. Особенно в случае с таким крупным и амбициозным соседом, который вечно будет страдать в подобном случае комплексом неполноценности и перманентно находиться в состоянии кризиса завышенных ожиданий. Так что Москве это не нужно от слова совсем.

Выше головы не только не прыгнешь, но и пытаться не надо. А политика - это наука возможного. А эти возможности определяются теми константами, из которых складывается каркас современной геополитики, в рамках которой Турция остаётся членом НАТО и страной, заинтересованной в поддержке Америки. И, в то же время, державой, видящей большой плюс в своих крепнущих отношениях с Россией.

И нет ни одной причины, по которой Россию такое положение не должно устраивать. Принцип «Или всё, или ничего!» к данному случаю не просто не применим, но ещё и контрпродуктивен.

А если же, паче чаяния, в ходе дальнейшего развития событий случится нечто крайне маловероятное, вроде полного отказа США от дальнейшего военного и технического сотрудничества с Турцией и, в частности, от поставки этой стране дополнительной партии истребителей довольно старой модели, то это уже будет совершено иная военно-политическая реальность. В которой России предстоит действовать совсем иными средствами и методами. Но для этого необходимо, как минимум, чтобы эта альтернативная реальность когда-нибудь наступила. Для чего сегодня нет ровно никаких предпосылок. И теоретически возможный новый американо-турецкий авиационный контракт ничего в этом отношении изменить не может.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.