«Азовские» пленники: как из нацистов сделать антифашистов

Сдавшийся в плен в Сталинграде генерал-фельдмаршал германского вермахта Фридрих Паулюс на первом допросе заявил: «Я являюсь и останусь национал-социалистом. От меня никто не может ожидать, что я изменю свои взгляды, даже если мне будет грозить опасность провести в плену остаток моей жизни». Это он сказал в 1943 году.

В Германию Паулюс вернулся через 10 лет, в 1953-м, убеждённым антифашистом. «Я в слепом подчинении прибыл в Советский Союз как враг, - напишет он. - Но покинул эту страну как друг».

«Архипелаг» ГУПВИ

Поражая весь «цивилизованный мир», российские войска, народные милиции Донецкой и Луганской республик относятся к украинским пленным с невиданным гуманизмом. После восьмилетних варварских обстрелов Вооружёнными силами Украины (ВСУ) населённых пунктов Донбасса, при продолжающемся после начала специальной военной операции уничтожении солдатами и нацбатами киевского режима мирных жителей, после изумляющих даже ублюдков из «Исламского государства» (запрещённая в РФ террористическая организация) зверств неонацистов в отношении российских пленных у нас до сих пор говорят о противнике как о «братском народе». Поэтому «братьев» не расстреливают сразу на поле боя, над ними не измываются в лагерях временного содержания, а кормят точно так же, как и своих военнослужащих.

В ходе спецоперации на Украине в плен попали уже тысячи солдат ВСУ. В одном Мариуполе из подвалов «Азовстали» вышли многие сотни человек. Дальше добровольно или принудительно сложивших оружие может быть ещё больше. Что с ними делать?

Давайте вспомним, что происходило с пленёнными Красной Армией немцами, венграми, итальянцами, румынами и солдатами прочих вражеских войск во время Великой Отечественной войны и после её окончания.

Численность военнослужащих фашистской Германии и её союзников, попавших в советский плен, в разных источниках разнится существенно. Чем больше лет отделяет нас от Второй мировой войны, тем вольнее историки обращаются с источниками. Сходятся исследователи в одном: военнопленных было больше трёх миллионов человек. Ещё больше разночтений о числе погибших у нас в плену. Но большая часть из вчерашних врагов вернулась домой к 1950-му, а последние - в 1956-м. Как была организована работа по перевоспитанию людей, которые пришли на нашу землю убивать наш народ?

Всё было чётко. Ещё в сентябре 1939 года, во время Освободительного похода Красной Армии на Западную Украину и в Западную Белоруссию, в составе НКВД было создано Управление по делам военнопленных и интернированных (УПВИ). Начальственный состав, вестимо, был набран из системы ГУЛАГа, но главным отличием в лагерях, оперативно созданных для военнопленных поляков, было отсутствие осуждённых преступников. Поэтому одной из задач новой структуры, помимо охраны и направления содержащихся в лагерях на работы (между прочим, это обезоруженные польские солдаты построили прекрасные дороги в Львовской области), сразу стало перевоспитание идеологически чуждых советскому строю людей.

Великая Отечественная война, особенно второй её период, когда пленные пошли потоком, потребовала расширения сети лагерей, реорганизации работы. УПВИ стало Главным управлением в НКВД СССР - ГУПВИ. Но не изменился принцип деятельности - «перековка» врагов в друзей. «Архипелаг» ГУПВИ (более 500 лагерей военнопленных!) стал школой идеологической подготовки функционеров и активистов для новых социалистических государств - Германской Демократической Республики, «новых» Польши, Румынии, Венгрии. 

Первым делом отделить «козлищ» от «овец»

Сегодня перед спецслужбами России, ДНР и ЛНР стоит сложная, требующая серьёзной работы, проблема. Если по боевикам из украинских нацистских батальонов политическое решение, видимо, принято (все - под суд!), то как, к примеру, оценивать действия артиллериста, который стрелял из «Града» по жилым домам несчастной Горловки? Он преступник, заслуживающий сурового наказания за убийство стариков, женщин и детей, или солдат, выполнявший на войне приказы своего командования? Простых решений ждать не приходится, разбираться придётся в каждом конкретном случае.

Сотрудники НКВД в 1940-х решали точно такие же задачи. Первым делом каждого пленника многократно допрашивали. Собирались показания его командиров или подчинённых, изучалась информация от зарабатывавших лишнюю пайку доносами стукачей, даже делались запросы властям и жителям прежде оккупированных территорий. Если находились доказательства причастности к преступлениям, пленного ждал приговор военного трибунала. Судили просто, без изысков: смерть или каторжные работы в спецлагерях особого режима.

За зверства против советского мирного населения были осуждены около 37 600 военнопленных. Повесили немногих - всего 263 военных преступника. Остальные были приговорены к длительным срокам выполнения особо тяжёлых работ.

Согласно ведомственным документам НКВД СССР, в режимные лагеря (в Караганде и Марийской АССР) направляли выявленных среди военнопленных и осуждённых «участников злодеяний и зверств над гражданами СССР и партизанами в районах, временно находившихся под оккупацией немецко-фашистских войск; активных фашистов из сотрудников разведывательных, контрразведывательных и карательных органов противника; совершивших побеги из лагерей и спецгоспиталей и проявляющих активные стремления к организации побегов». Охрана в этих особых местах содержания была увеличена на 50 процентов, а подконтрольный контингент привлекался к работам на участках, изолированных от местного населения. Продолжительность рабочего дня составляла 12 часов в сутки, тогда как у других военнопленных он был нормирован в пределах 8 часов.

Основная масса пленённых солдат врага тоже усердно восстанавливала то, что прежде разрушила. Кстати, на советской Украине среди прочих объектов пленные фашисты отстроили заново заводы «Азовсталь» (!) и «Запорожсталь», угольные шахты Донбасса, заодно проложили автостраду Москва - Харьков - Симферополь. Условия труда были нелёгкими, но разве в разрушенной ими стране они были легче у наших людей?! 

«Промывка» мозгов

С первых же дней после прибытия военнопленных в лагеря ГУПВИ начиналась их идеологическая обработка. В справке об итогах работы ГУПВИ за 1946 год упоминаются четыре основные задачи, на выполнение которых была направлена работа советских «воспитателей в погонах»: а) добиться лояльного отношения основной массы военнопленных к СССР; б) добиться понимания военнопленными ответственности за причинённые их армиями на территории СССР разрушения и на этой основе добросовестного отношения к труду в лагерях; в) воспитать из числа военнопленных стойких антифашистов, способных по возвращении на родину вести борьбу за переустройство своих стран на демократических началах и выкорчёвывания остатков фашизма; г) разоблачение участников зверств и фашиствующих элементов».

Если в процитированном отрывке из исторического документа поменять «СССР» на «Россию», то чем не руководство для «промывки» мозгов нынешним украинским неонацистам?

В СССР при проведении антифашистской работы с военнопленными применялись различные формы и методы, многие из которых были отработаны мощным сталинским политическим аппаратом на населении собственной страны. Наиболее распространёнными из них являлись индивидуальные и групповые беседы, лекции, коллективные читки газеты «Правда» с последующим обсуждением прочитанного, собрания, конференции, с принятием на них обращений и воззваний от имени военнопленных.

Направленная на разложение войск противника спецпропаганда «от первого лица» велась с 1941 года. Первое обращение к солдатам германской армии и к германскому народу с призывом о прекращении войны было принято и подписано 158 военнопленными немцами на конференции в лагере №58 в октябре первого года войны. Вермахт подходил к Москве, а «прозревшие» в плену его солдаты уже заклинали однополчан свергнуть фашистский режим. Советская авиация разбрасывала листовки с этим воззванием над вражескими позициями. Вскоре такая работа была поставлена на поток. В 1942-м от военнопленных было получено уже 267 обращений и воззваний. Пленники охотно писали и письма на фронт и в родные города. С помощью советских политорганов за линию фронта было переправлено 3512 таких, естественно, массово размноженных типографским способом, посланий. Радиокомитет СССР дублировал призывы повернуть штыки против Гитлера на волнах эфира.

С апреля 1942 года начала разворачиваться работа по созданию в среде военнопленных антифашистского актива. Первая антифашистская политическая школа была организована при лагере №74. Вскоре во всех лагерях были организованы политические курсы и кружки антифашистов. В 1942-м центром идейного перевоспитания военнопленных стал особый лагерь №27 в подмосковном Красногорске. Там для специально отобранных, готовых к «перековке» вчерашних врагов была открыта Центральная антифашистская школа. До 1952-го её окончили более 6000 «учеников», в основном, немцев, но также и представителей всех стран фашистского блока. Курс обучения длился от четырёх месяцев до полугода. Занятия велись на родных языках пленников. Идейно-воспитательная работа включала в себя изучение истории СССР, Европы и рабочего движения, основ марксизма, политэкономии. Также десятичасовой ежедневный курс обучения включал в себя изучение русского языка и литературы.

В отличие от основной массы военнопленных активисты-антифашисты не привлекались к созидательному труду по восстановлению инфраструктуры народного хозяйства СССР. У них было свободное время, которое распорядком дня отводилось для чтения. Понятно, какой литературы. За этим процессом бдительно следили советские чекисты. В Красногорском лагере они приносили книги классиков марксизма-ленинизма и живущему в отдельном доме генерал-фельдмаршалу Паулюсу, а затем докладывали начальству, сколько страниц он освоил.

С позиций сегодняшнего дня всё это может казаться нелепым и забавным, но «промывка» мозгов и чтение книг заставляли пленников думать. «Марксизм продемонстрировал мне все происходящие события в новом свете, - вспоминал Генрих фон Айнзидель, в те годы попавший в советский плен немецкий лейтенант-лётчик. - То же самое происходило с множеством молодых офицеров и солдат, которых забрали из лагерей и привезли сюда, в антифашистскую школу. Мы нашли новые критерии суждения, новые цели. Эти цели - социализм, свободное братство свободных людей, всех народов».

Возможно, и сейчас, если вместо биографий Мазепы и Бандеры украинские военнопленные начнут изучать жизнь и подвиги Хмельницкого и Ковпака, и они тоже начнут задумываться о том, как жить дальше?

Цитата

«До сих пор большинство из немцев так и не поняло, что… как победители, они были бесчеловечны и очеловечились лишь в роли побеждённых».

Генрих Бёлль, немецкий писатель, лауреат Нобелевской премии по литературе. 

Первыми на выход пошли «прозревшие»

В лагерях ГУПВИ антифашистской агитацией занимался целый штат сотрудников НКВД: замполит, пропагандист, завклубом, завбиблиотекой. Они проводили с пленными беседы по материалам советских газет и сообщений Совинформбюро. Ежедневно! Немцам рассказывали о преимуществах социалистической системы. «Для души» вчерашние враги занимались в кружках по интересам - по изучению русского языка, шахматам, хоровому пению.

После изменения обстановки на фронтах Великой Отечественной войны в нашу пользу и перехода стратегической инициативы в руки командования Красной Армии на первое место в работе с военнопленными вышел политический аспект, который в послевоенный период стал доминирующим.

Антифашистов в лагерях ГУПВИ стало неизмеримо, многократно больше после начала возвращения военнопленных на родину. Для этого советскими чекистами была проведена акция, носившая ярко выраженный пропагандистский характер. Первыми в Германию были отправлены немецкие военнопленные, которые открыто выразили свои антифашистские взгляды. Понятно, что вмиг «прозревших» оказалось много. Искренне раскаялись, солгали - это категории моральные. Практически же публичные признания в «перековке» помогли многим бывшим военнопленным сделать затем карьеры в Германской Демократической Республике и других странах соцлагеря. Долгий срок плена и доброе партийное слово товарища Сталина перевоспитали даже генерал-фельдмаршала Фридриха Паулюса. Десять лет чтения в плену под присмотром чекистов трудов классиков марксизма-ленинизма превратили убеждённого нациста в антифашиста.

Пригодится ли советский опыт для идейного перевоспитания вчерашних сидельцев в подвалах «Азовстали»? Как денацифицировать украинские войска и всю заражённую фашизмом Украину? Пока вопросы без ответов, но отвечать на них необходимо начинать уже сегодня.